Страница 40 из 80
Я не мог позволить себе подобную речь, да и ему не стоило. Глядя на брата, понимал - если пылкая тирада убедит землянку, останусь должен ему до конца своих дней.
Мелена растерянно оглядывалась по сторонам. На туристические шар-мобили, сродни кладке яиц невдалеке от корабля, на наш, куда вел ее Сэл. Молчала. Все ждали ее ответа.
Мей намеревался шагнуть к землянке, но я упредил его, выкинув руку вбок. Сосед напоролся на импровизированный шлагбаум и совершенно не по-принцевски прошипел:
- Пусти!
- Стойте оба! - наконец-то выдавила Мелена.
- Рэм, - она посмотрела в глаза так, что мне захотелось упасть на колени. - Я поверю Сэлу и поеду с вами, хотя результаты расследования все равно буду ждать… Но при одном условии…
Я кивнул. В лепешку расшибусь.
- Рэм… - повторила Мелена. - Поклянись нашей связью, что никогда бы не пошел на подобное. Не то, что не делал этого сейчас… а то, что ты не пошел бы на такое в принципе! Ты понимаешь, о чем я?
Конечно, я понимаю, Мелена. Тебе претит связываться с существом, настолько подлым и расчетливым, каким выставлял меня Мей. Я с трудом поборол порыв подскочить к ней в один прыжок. Прижать к груди эту маленькую, хрупкую женщину - такую сильную, несгибаемую. За чьими плечами, похоже, ни одна потеря, ни один удар в спину.
- Мелена… Клянусь жизнью, честью, клянусь всем, чем захочешь. И… нашей связью, что никогда бы не предал, таким образом, твое доверие. Больше того! Клянусь, что не способен замыслить ничего подобного! Никогда и ни при каких обстоятельствах!
Она наклонила голову вбок - изучала мое лицо. Я не должен был позволять эмоциям отражаться на нем, этикет верианцев строг в отношении подобного. Но сейчас, презрев все, расслабился, выпустив чувства наружу. Безысходность от одной мысли, что больше она мне не поверит. Ужас, до черноты в глазах, от мысли, что Мелена больше никогда не пойдет со мной рука об руку. Желание убить Мея за его лживые обвинения!
Краем глаза заметил, что искандец тоже не сумел удержаться в рамках протокола. Ноздри его раздувались, брови сошлись на переносице. В итоге, там и на носу образовалась сеть мелких складок, прямо как у собаки, когда та скалится. Рот искривился в немом крике.
Мелена тоже мазнула взглядом по Мею. По ее лицу я понял, что этот первый, возможно решающий бой, выиграл.
Землянка шагнула ко мне, взяла под руку, и, подняв глаза, заявила:
- Я верю тебе, Рэм, до тех пор, пока не увижу результаты расследования! И горе тебе, если они окажутся такими, как намекал Мей. Тогда мы больше никогда не пересечемся даже взглядами.
Такая хрупкая - любой верианец, даже женщина, обездвижили бы землянку без особого труда - и такая сильная. В груди екнуло, теплые струйки поползли к животу.
Я облегченно выдохнул. Служба безопасности верианцев - самая неподкупная организация планеты. Руководят ей унги, и наши династии им одинаково безразличны. В глазах Мея мелькнули досада, ярость, обозначив безнадежность его положения. Но желания радоваться страданиям искандца не было. Он всего-навсего до последнего сражался за возможность контакта с той, без которой и мне не хотелось двигаться с места. Даже моргать, даже пальцем шевелить. Я понимал, что толкнуло искандца на подлость, какой никогда за ним не замечал. Не жажда власти, не желание победы любой ценой. Глухое отчаяние при мысли, что единственная не дает ни единого шанса.
Я ненавидел Мея и сочувствовал ему одновременно. Странное сочетание эмоций.
Теплая рука Мелены, переплетенная с моей, заставляла снова любить весь ми. Даже Мея любить. А брату я прямо сейчас готов был отдать любое из своих сердец, любую из своих провинций.
Сэл облегченно выдохнул и произнес:
- Давайте позволим туристам покинуть корабль, - обеими руками указав на шары-мобили - наш и искандский.
Мей стрельнул глазами в сторону Мелены, она отвела взгляд.
Посмотрел мне в лицо с изрядной долей вызова:
- Мы прибудем посольством! И решим вопросы драки и всего прочего между нашими державами! - бросил слишком нервно.
- Безусловно. Буду ждать встречи, - мне удалось ответить почти спокойно.
Мелена чуть заметно улыбнулась - уловила разницу наших интонаций. Слава богу. Как обычно, я вспомнил, что уже какое-то время едва дышал. Глотнул побольше воздуха, и повел Мелену к шару-мобилю.
14
(Мелена)
Когда Мей швырнул в лицо Рэму обвинения, на какую-то долю секунды я почти поверила.
Переводила взгляд с одного принца на другого. Их каменные лица - напряженные, суровые, мало говорили о честности владельцев. Но после речи Сэла… не знаю… Едва ли кто-то бросился бы столь пылко, безоглядно защищать существо, на чьей совести нечто постыдное, гадкое.
Для меня все решили ни слова Рэма, ни его клятва, а пламенный монолог его младшего брата. То, как он с готовностью поручился за старшего всем, что имел и чем дорожил. Или даже не слова? Пожалуй, нет. Не слова. Слова мало стоят на чужой планете, о традициях которой я пока безумно мало знаю. Рвение Сэла, вот что отрекомендовало для меня Рэма. Мало найдется знакомых мне существ, чьи родственники, друзья, да кто угодно кинутся так вступаться. И уж точно подобного вряд ли удостоится расчетливый мерзавец, каким пытался представить Рэма Мей.
До шара-мобиля мы шли молча. Звуки шагов тонули в неожиданно мягкой, хоть и утрамбованной земле. Я видела бороздящие небо машины на страницах туристических проспектов, но вживую - ни разу. Хотя на Земле вроде бы запускали производство, закупив здесь лицензию и технологию.
Летательный аппарат одновременно напоминал наш вертолет и космическую ракету - еще один раритет моей далекой молодости. Остроносый, но в остальном совершенно круглый, он серебрился на солнце. Мельницы лопастей наверху уже начили разбег, но изящные шасси еще прочно стояли на земле. Шар-мобиль выглядел безупречно красивым, даже изысканным.
Внутри машины уместилось бы человек пятнадцать. Верианцев, наверняка, меньше, учитывая их несколько более крупные размеры. Окна из материала, сродни слабо затемненному стеклу, располагались в метре от потолка. Ближайшие разделяло расстояние не больше двух моих ладоней. Должно быть, обзор тут потрясающий!
Вдоль стен шли два полукруга удобных кресел. Опустившись в одно из них, словно утонула в облаке - настолько мягких и удобных в транспорте прежде не встречала. Мало того, они подстраивались под седока. Мое осторожно поддержало голову, сымитировало изгиб спины. Рэм внимательно посмотрел в глаза и уселся рядом. Сэл - через два кресла от меня, справа.
Дверь захлопнулась сама, замок издал резкий щелчок. Не успела ничего сообразить, шар-мобиль взмыл ввысь. Здание телепорта вмиг превратилось в игрушечный домик, вокзального вида, как и коллега с Земли. Еще недавно бескрайнее поле вокруг каменно-пластиковой двухэтажки превратилось в куб, не больше альбомного листа.
С двух сторон к полю подбирались лесные поросли, кажется хвойные. С других - очерчивали ярко-голубые ленты рек. Когда шар-мобиль набрал еще высоты, из-за леса выглянули длинные горные гряды. На самых высоких пиках Шапками Мономаха сверкал россыпью бриллиантов чистейший снег.
Что поражало, ближайшие города пестрили разноцветными крышами вдалеке от телепорта. С высоты птичьего полета они выглядели крохотными островками цивилизации среди океана дикой природы.
На родной Земле все было с точностью до наоборот. Растения с трудом выживали на подступах к каменным джунглям, и с неба представлялись потрепанными жизнью частоколами между населенными пунктами.
Миориллия мне уже нравилась.
Шар-мобиль добавил еще высоты. Над головой вздыбилась пышная перина облаков - их холмы напоминали арктические сугробы.
Отличие Миориллии от Земли из иллюминатора самолета все больше бросалось в глаза. Не было ровных квадратиков полей, идеальных прямоугольников лесов, геометрического узора городов. Все здесь дышало неправильностью, прекрасной и естественной. Даже форму населенных пунктов по линейке не расчертишь. Дороги не рассекали их тела ровными порезами.