«Аленка» шоколадка

А потом я провожала ее в порту. Когда она пошла на посадку, я стояла и смотрела ей вслед. Я вспомнила, как когда-то Вахтанг сказал мне: если тебе смотрят вслед, значит, ты по настоящему нужен этому человеку.

Женька была мне нужна. Она была моей единственной и самой близкой подругой. Но она была нужна и Джону. И это я тоже понимала. Понимала и знала, что скоро Женька покинет Россию навсегда. От этого было как-то грустно и пусто.

Я смотрела Женьке вслед до тех пор, пока ее и вовсе перестало быть видно, затем развернулась и пошла к выходу.

После нашего возвращения из Египта жизнь пошла обычным чередом: дом, работа, занятия, встречи. Иногда мы пили кофе с Женькой в кафе, иногда вместе ходили на занятия по йоге.

На какое-то время я совсем забыла про обещание, которое дала Кире – начать снова писать.

Он звонил часто, почти каждый день. Мы с ним подолгу разговаривали, и я продолжала убеждаться в необычной духовной близости этого человека со мной. Он понимал меня с полуслова, нам нравилась одинаковая музыка, одинаковые книги и фильмы и даже одеколон и духи мы покупали одного парфюмерного дома. С ним можно было обсудить любой вопрос и поговорить на любую тему.

Сначала он не напоминал мне о данном обещании. А вот, неделю назад позвонил и сказал:

– Мира, я должен уехать. Это будет долгая поездка, я не знаю, сколько времени она продлится. Может месяц, может три. В это время у меня не будет связи. Места, в которые я еду, очень глухие. Там нет ни телефона, ни Интернета. Но я обязательно вернусь и сразу позвоню тебе. А ты в это время должна начать писать свою книгу. Помнишь, ты обещала?

– Помню, – ответила я.

Потом, когда Кира уехал, я вдруг подумала, что мало что о нем знаю. Нет, конечно, он рассказывал о себе. И про маму с папой, и про брата с сестрой. И про то, как личное не сложилось. Мы много и часто беседовали. Но я никогда не спрашивала его о работе, о профессии. Вернее я всегда думала, что он гид-экскурсовод, поэтому вопросов не задавала. Но эта странная командировка приоткрыла жизнь Киры с неожиданной стороны. Значит, есть у него какое-то занятие еще. То, о чем он мне не рассказывал.

Сейчас я поняла, как привыкла к его звонкам. Я откровенно скучала за Кирой.

Мой Тим, несколько дней назад, тоже уехал в отпуск вместе со своей девушкой. Они собирались вернуться только через три недели.

Сегодня улетела Женька, и я осталась совсем одна. «Наверное, эта пауза дана мне не случайно. Действительно пришло время начать писать. Или хотя бы разобрать все, написанное ранее», – с этой мыслью я покинула здание аэропорта, и пошла ловить такси.

– Мира!…Мира! – услышала я вдруг за спиной голос. Я оглянулась и увидела Мухаммеда, который шел прямо мне навстречу.

– Привет! – я остановилась, – опять чартерный рейс?

– Да, – Мухаммед подошел близко. Даже слишком близко.

Я невольно отодвинулась:

– Как твои дела?

Мухаммед подошел ближе:

– Почему ты так быстро меня забыла? – он дышал прямо мне в лицо, – ведь я так любил тебя… Ты забыла меня слишком быстро. У тебя есть другой мужчина? – глаза его стали холодными и колючими.

Первой моей реакцией был страх, который проснулся где-то в животе, но потом я вдруг успокоилась. Я была в своей стране, дома. Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Нет. Другого мужчины нет, – я говорила уверенно, поскольку это было чистой правдой, – а с тобой отношения закончились, когда ты меня ночью одну на перекрестке оставил.

– Ты обиделась на меня? – он улыбнулся.

– Нет. Не обиделась. Поняла тогда, что отношений у нас нет.

– Ладно, ладно, – торопливо сказал он, стараясь замять тему, – не заводись.

Наверное, он хорошо помнил наш последний разговор и то, что сам назвал меня сумасшедшей.

– В конце концов, мы можем остаться друзьями. Так? – и он вопросительно посмотрел на меня.

– Так, – ответила я успокаиваясь.

– Как твоя жизнь идет? – продолжал он задавать вопросы.

– Все у меня хорошо, – ответила.

– А я в Германию еду учиться водить новый самолет, – похвастался он.

– Здорово! – я подумала, что пора идти, на улице быстро темнеет, а мне далеко ехать, – ты знаешь, Мухаммед, мне пора. Приятно было встретиться, – и я собралась уходить.

– Подожди, Мира, – остановил он меня.

– Что? – я вопросительно посмотрела на него.

– Можно тебя попросить передать небольшую посылку одному человеку?

– Какую посылку?

Он открыл дипломат, который держал в руках и достал оттуда большую плоскую коробку.

– Вот эту, – он протянул мне коробку, – она не тяжелая.

– Что это? – снова спросила я.

– Это мой знакомый просил передать своим друзьям в России. Сувениры из Египта. Если ты возьмешь это, сильно меня выручишь, мне не нужно будет ехать в город и искать этих людей. Ведь я опять могу заблудиться… – улыбнулся он, намекая на нашу первую встречу.

– А я их где искать буду? – не поняла я.

– Они сами тебя найдут, я им дам твой телефон. Они тебе позвонят, и вы встретитесь.

Брать коробку мне не хотелось. Однако, непонятное чувство вины, которое вдруг поднялось внутри, сыграло свою роль.

– Хорошо, – я протянула руку и взяла коробку.

Мухаммед заулыбался:

– Спасибо.

– Да не за что, – я заторопилась. На улице темнело, и мне было нужно срочно ехать домой. – Счастливого пути.

– И тебе тоже, – Мухаммед махнул мне рукой и, развернувшись, пошел в сторону аэропорта, а я побежала к стоянке такси.

Приехав домой, я занялась разными делами, и совсем забыла про коробку, которую поставила на столик у входной двери. Обратила я на нее внимание уже ночью.

Любопытство, конечно, не порок… У меня вдруг возникло непреодолимое желание посмотреть: а что там, в коробке? Если бы в городе была Женька или Тим, я, наверное, посоветовалась бы с ними. Но Женьки в городе не было, и Тима тоже. И даже Кирин телефон не отвечал уже неделю. Пришлось решение принимать самой. Колебалась я не долго.

И вот уже я развязываю веревку и поднимаю крышку.

В самом центре коробки, лежало два, плотно завернутых в бумагу предмета. Все остальное пространство в коробке было заполнено бумагой и тканью.

«Наверное, что-то хрупкое», – подумала я и начала разворачивать предметы. Любопытство толкало меня дальше.

«Я же уже открыла коробку. Глупо остановиться на полпути и не посмотреть что здесь», – оправдывала я себя.

Первым предметом, который я развернула, была статуэтка девушки. Даже мне, человеку далекому от истории и археологии при первом взгляде стало понятно, что эта вещь очень древняя. Ее состояние было далеко не идеальным, время оставило свои отпечатки.

«Ничего себе сувениры для друзей!» – подумала я, начиная осознавать, что влипла в какую-то нехорошую историю.

Я достала из коробки второй предмет и стала его разворачивать. Он был упакован очень плотно. Но когда я его, наконец, развернула, у меня в руках оказался… коптский крест… достаточно большого размера. Он был сделан из неизвестного мне металла и, несмотря на следы времени, был в хорошем состоянии.

«Так… и что же теперь делать?» – мысли мои лихорадочно заметались. Я понимала, что найденные мною вещи, это не простые сувениры. Это исторические ценные вещи. «Обломки древних цивилизаций» – так называла это Женька.

Несколько минут я думала. Потом открыла компьютер и полезла в Интернет. Что мне нужно искать я не знала, поэтому забила в поисковик слова «древнее захоронение в Египте, клады, коптский крест, находки».

Материала было много и разного, но эта статья привлекла меня сразу. В ней шла речь о том, что в маленьком городке на западном берегу Луксора ученными был обнаружен клад коптов, ранее разграбленный «черными археологами». Ученные получили древние рукописи с деревянными обложками, книги и предметы. В статье говорилось, что вероятнее всего самые ценные из клада вещи были изъяты «черными археологами» и проданы. Предполагаемо клад мог содержать ритуальные вещи, кресты, статуэтки людей.