Страница 66 из 99
— О, господи, — выдохнул Гофф. — Большая часть высшего комсостава ВВС.
— Нам нужно, чтобы все погибшие и пропавшие генералы были немедленно заменены, — сказал президент. — Также, мне нужно немедленно переговорить с их заместителями. Я не могу даже попытаться начать планировать ответ на этот удар, пока не узнаю, что у нас есть и что есть у них.
— Мои сотрудники уже работают над этим, господин президент, — сказал Венти. — Я уже разговаривал с заместителем командира 966-го крыла информационной борьбы полковником Тревором Гриффином. Он вылетает из Сан-Антонио и будет в Пентагоне через несколько часов. Отделение СТРАТКОМ в Пентагоне готово предоставить вам доклад по состоянию стратегических сил в любой момент, когда вы будете готовы.
— Пусть Гриффин свяжется со мной, как только будет готов, — сказал Торн. — Что по гражданской обороне и убежищам?
— Губернаторы пострадавших штатов и нескольких соседних задействовали Национальную гвардию, — ответил Гофф. — Мы также взаимодействуем с Федеральным Агентством по чрезвычайным ситуациями и Северным Командованием США по вопросам обеспечения зон поражения и оказания помощи пострадавшим. Слишком рано оценивать степень загрязнения — большинство боеголовок взорвалось под землей и имели крайне малую мощность, так что опасность радиоактивных осадков должна быть минимальной.
— Слава богу, — пробормотал президент. Он устало протер глаза. — Хорошо. Итак, мой первый приказ — выяснить, что мы потеряли, и что у нас осталось. Я не могу многого сообщить американскому народу или миру, за исключением того, что я жив, наша столица уцелела и наше правительство по-прежнему работает. Однако очень скоро начнут задаваться вопросы, каков будет наш первый шаг. Это все, что мне пока нужно знать. Мы проведем следующее совещание через час или ранее, если того потребует обстановка. — Он отключил связь.
— Рад снова вас видеть, Таггер, — сказал Патрик Маклэнехэн. Он находился в центре боевого управления, разговаривая с полковником Гриффином из штаба Разведывательного управления ВВС по защищенной линии видеосвязи. В данный момент он деловито просматривал потоки данных, передаваемых в Баттл-Маунтин из 70-го разведывательного авиакрыла, базирующегося в Форт-Мид, штат Мэрилэнд, где несколько технических специалистов и аналитиков просматривали последние спутниковые снимки. — Рад, что вы в деле.
— Хотел бы только, чтобы причиной этого не был чертов русский удар, — сказал Гриффин.
— У нас будет куча проблем в самое ближайшее время, Таггер, — сказал Патрик. — Уж это я точно могу гарантировать. — Последовала краткая пауза, когда они задумались о разрушениях, выведших из строя Оффатт, Майнот, Эллсворт, Уайтман, и все другие объекты, ставшие целями российских крылатых ракет. Америка подверглась крупнейшему в своей истории удару по собственной земле — и теперь их задачей было представить президенту иные варианты действий, помимо ответного ядерного удара.
— Доклад выглядит неплохо, — сказал Патрик, чтобы нарушить молчание.
— Последняя сводка, — сказал Тревор Гриффин. — Последний NIRTSat прошел всего пять минут назад. Ребята, у вас самые лучшие игрушки, которые я только видел.
Это действительно было так, подумал Патрик. Четыре спутника NIRTSat, запущенные Джоном Мастерсом всего несколько часов назад — быстро прошли над Южной Сибирью, фотографируя сотни тысяч квадратных километров территории сверхширокополосными радиолокационными и инфракрасными камерами каждые двадцать минут, а затем моментально передали снимки на Баттл-Маунтин. Изображения были проанализирован посредством сравнения размеров, плотности и цифровых сигнатур обнаруженных целей с эталонными данными известных военных объектов.
— Ладно, ребята, вот, что мы имеем, — начал Таггер. — Начнем с бомбардировщиков. Русские понесли некоторые потери своих бомбардировщиков в ходе атаки, но удар был очень эффективен и нам крепко дали под задницу. У них остается сто пятьдесят или около того самолетов, рассеянных по десяти базам. Они потеряли около четверти самолетов в ходе первого налета, но это никак не сказалось на них. Безусловно, судя по всему, они перевооружаются и готовятся к новому удару — и на этот раз им будет даже легче его нанести. Их следующий удар может быть нанесен по любой военной базе и любому правительственному учреждению в Северной Америке.
— Использование заправщиков впечатляет — они проявили уровень организации, равный нашему, — отметил Таггер. — Они подняли бомбардировщики с максимальной загрузкой и минимальным запасом топлива, заправили их с заправщиков в ходе набора высоты, а затем заправили их на большой высоте заправщиками из Якутска перед началом удара. Они заправлялись весь путь до цели, и у нах остался огромный запас на обратный полет. К тому моменту, как бомбардировщики вернулись в Сибирь, танкеры уже приняли топливо в Якутске, встретили бомбардировщики и повторили ту же процедуру на посадке. Вопросы?
Патрик ничего не сказал, но медленно кивнул, так как ознакомился со спутниковыми снимками баз, переданными ему Гриффином.
— Теперь давайте рассмотрим состояние российских ракет наземного базирования, — продолжил Таггер. — SS-18 в Алейске и Ужуре определенно находятся в полной боевой готовности. Наибольшее число ракет развернуто в Ужуре — четыре центра управления запуском, каждый из которых управляет двенадцатью ракетными шахтами. В Алейске только два центра управления запуском.
— Касательно вашего, Патрик, вопроса о конструкции центров управления запуском. Русские прекратили модернизацию центров управления запуском SS-18 в пользу мобильных ракетных комплексов. Они полагают, что мы атакуем ЦУЗ, так что предпочли идею иметь возможность выпустить ракеты до удара вместо того, чтобы пережить атаку. Так что ответом станет то, что ракеты, такие как «Лонгхорн», адаптированные для поражения бункеров — бронебойный наконечник, ускоритель и замедленный взрыватель — с неядерными боеголовками повышенной мощности на основе термонитрата смогут, по нашему мнению, поразить центры управления запуском SS-18. Мы лишь должны быть уверены, что доберемся до них раньше, чем они запустят ракеты.
— Реальная проблема, это SS-25, - продолжил Тревор Гриффин. — Эту уроды мобильны в пределах дорог и у них достаточно времени на развёртывание. Мы рискнули и проверили все известные пункты базирования SS-25, и я полагаю, это несколько окупилось.
— Наибольшее соединение, в Канске, располагает сорока шестью установками, но все они находятся в пунктах базирования, несмотря на то, что они все равно могут запустить ракеты оттуда, мы надеемся, что это следствие неисправности или неповиновения. Самое малое соединение, в Дровяной, даже не вывело установки с базы — они находятся в гаражах. Оба эти соединения географически изолированы, так что я полагаю, без присутствия взрослых, местные командиры сами решают, развертывать им своим луноходы, или нет. Похоже, в этих случаях речь идет об очень ограниченном развертывании.
— Три других ракетных соединения отследить труднее, — признал Таггер. — Они рассредоточились очень быстро и оставили в пунктах базирования намного меньше сил — возможно, не более четверти. В Барнауле, Новосибирске и Иркутске они ушли от наблюдения. Мы можем следить за теми, что остались в гарнизонах, но более семидесяти ракет на данный момент мы не отслеживаем.
— То есть, мы нацелились на гарнизоны, и надеемся, что сможем обнаружить остальные, — сказал Патрик.
— Мы осмотрели пункты дислокации, — сказал Дэйвид. — SS-25 могут быть мобильны, но их можно обнаружить и остановить в гарнизонах, а в открытую они обнаружимы и столько же уязвимы, как дерево. «Стелсхоки», оснащенные широкоформатными датчиками легко могут заглянуть внутрь гарнизонных укрытий посредством радиолокационных и инфракрасных систем, а также обнаружить установки под листвой и камуфляжем.
— Но мы определенно получили и сюрприз, — продолжил Таггер. — Мы не следили за ними специально, но все равно наткнулись на это. На активность в старых пунктах дислокации SS-24 в Красноярске.