Ходок 7

... ишь какие мы реактивные...

... нервным тиком страдаем!..

- Ты ведь умный, клирик... Ты уже догадался о какой должности идет речь. Правда? - очень неприятно ухмыльнулся Генерал-губернатор. - И ты прав! Я попрошу у него должность Имперского Аудитора! Недавно появилась вакансия, так что проблем не будет. Император, как ты понимаешь, мне не откажет. - На клирика было интересно смотреть - он напоминал проколотый воздушный шарик из которого быстро улетучивается воздух. Только вместо воздуха были гнев, спесь, злоба, чувство собственной важности и другие сопутствующие чувства. - И да, ты снова угадал, - ехидно ухмыльнулся Брикус, - первое, что я сделаю - начну расследование финансовой деятельности вашего блядского Братства.

- Я денег не беру! - прошипел Хролф.

- Твое горе, - ухмыльнулся Генерал-губернатор. - Просто все братья... а они берут, - уточнил бакарский градоначальник, - будут знать из-за кого именно я возьму их за причиндалы. Мне скрывать нечего. Все, от Прайм-Легата до последнего золотушного брата с Западного Предгорья будут знать кого благодарить за внимание Имперского Аудитора. - Брикус доброжелательно улыбнулся, но ответной улыбки от клирика не дождался. Есть такое избитое выражение: "побелел, как полотно", и именно оно лучше всего описывало цвет лица Хролфа, которое оно приняло при последних словах губернатора. Высказавшись, Брикус замолчал, не сводя глаз с застывшего перед ним светлого брата. С каждым мгновением молчание становилось все более тяжелым. В конце концов клирик не выдержал, он развернулся и, почему-то перекосившись на один бок, медленно побрел к двери.

... тенденция, однако...

... Дож так же выходил...

... теперь этот хрен...

Когда клирик уже взялся за ручку, его остановил голос Брикуса Валента: - Не вздумай уйти, я хочу послушать, с чем ты пришел! - После того, как за Хролфом закрылась дверь, Брикус повернулся к Шэфу: - Ну, спрашивай!

- Чего спрашивать? - не сразу врубился командор, все еще оставаясь под впечатлением яркого выступления Генерал-губернатора.

- Как чего, - усмехнулся Брикус, - ты же ввалился в кабинет с криком: "Я только спросить!". Вот и спрашивай.

- Хорошо... - Шэф решил сразу взять быка за рога и обойтись без деревенских политесов. А то в провинции, прежде чем попросить у столичного гостя в займы пятьдесят пять рублей сорок копеек, его часа четыре мурыжат расспросами о внешней и внутренней политике, считая, что географическая близость к Кремлю позволяет тому быть в курсе самых засекреченных тайн этой самой внешней и внутренней политики. - Спрашиваю... Тебе уже доложили о происшествии в "Империуме"?

- Про черного монстра?

- Да.

- Конечно доложили. Об этом весь Бакар гудит. После обеда от докладчиков не продохнуть было... - Брикус покачал головой, как бы удивляясь количеству очевидцев, - выгонять пришлось, - улыбнулся губернатор, - работать не давали. А что, тоже хочешь поделиться впечатлениями?

- Да нет... - медленно протянул Шэф и от этих простых слов и от тона, каким они были сказаны, улыбка с лица Брикуса сползла. Через мгновение перед командором сидел не обаятельный Лесли Нильсен, а суровый полководец, водивший свои легионы в самое пекло, но сумевший оттуда выбраться. Военачальник знающий цену жизни и цену смерти, цену дружбы и цену предательства.

- Ваша работа? - прищурился губернатор.

- И да... и нет...

- Не крути! - Брикус так стукнул кулаком по столу, что подскочили бумаги и перо с чернильницей. - Говори правду! - загремел он, но мгновенно сник и тихо, добавил: - Я дам вам уехать из города. Никто вас не тронет. - Он тяжело вздохнул. - Такие ребята хорошие... и чернокнижники! - Чувствовалось, что Генерал-губернатор Бакара сильно расстроен.

- Какие чернокнижники? - поднял брови Шэф. - Ты это, о чем?

- О чем!? - снова разъярился Брикус. - О чем!?! - повторил он. - Да о том, что какое-то порождение Тьмы кидается с балкона живыми людьми! Вот о чем! И о том, что ты с Арамисом имеешь к этому отношение!

- Я даю тебе честное, благородное слово, - глядя в глаза Генерал-губернатору твердо сказал командор, - что мы с Арамисом не только не чернокнижники, но и вообще не маги. Я могу все объяснить, для этого и пришел, но есть ли у тебя время? - Шэф кивнул на дверь в приемную. - Чтобы все было понятно, рассказ будет довольно длинный, придется начать издалека. Как у нас говорят - танцевать от печки.

- Да хоть от свечки! Только не ври! - строго предупредил Брикус. - А эти, - он пренебрежительно махнул рукой в сторону двери, - подождут. Мне от них ничего не надо, а если им надо - подождут.

- Логично, - согласился с Генерал-губернатором командор. - Итак. У каждого Великого Дома есть свой йохар. Йохар - это Хранитель Дома. Если бы не Хранители, мы бы уже давно перерезали друг другу глотки. Что-что, а воевать наше любимое занятие.

- Я обратил внимание, - буркнул Брикус, а Шэф продолжил свой занимательный рассказ:

- Считается, что йохар живет в Перстне Лорда. Правда, кое-кто из наших яйцеголовых считает, что это не так и перстень служит лишь для связи Лорда с Хранителем, но официальная точка зрения состоит в том, что йохар живет в Перстне Лорда. - С этими словами командор продемонстрировал губернатору свой экземпляр, сняв с пальца. Он протянул перстень Брикусу, для более детального ознакомления, но Генерал-губернатор только покачал головой и брать перстень в руки не стал. Похожие сцены возникают, когда какой-нибудь юный натуралист, с совершенно благими намерениями, предлагает своему взрослому родственнику подержать здоровенного жука, или жабу, чтобы тот смог разделить его восторг и получить свою порцию удовольствия. Судя по выражению лица Брикуса, тот полагал перстень Лорда чем-то средним между гюрзой и скорпионом, и брать в руки такой предмет ему решительно не хотелось. В ответ Шэф выразительно поднял брови, как бы говоря, что люди готовы любые деньги заплатить, чтобы только подержать в руках такой артефакт, а тут забесплатно не хотят! Но, губернатор был тверд в своей позиции - Нет! Нет! И еще раз - Нет! Ну, на нет и суда нет, пожал плечами командор, и продолжил: - Принять Перстень может только тот человек, в жилах которого течет неразбавленная кровь Истинных Владык Севера. Любого другого перстень убьет. В связи с этим, время от времени, возникают разные коллизии...

Брикус понимающе ухмыльнулся: - Дорогая, прости, но наш первенец не от тебя.

- Именно, - с такой же глумливой ухмылкой подтвердил главком, после чего оба чуть-чуть похихикали и командор вернулся к основной теме повествования: - В Великих Домах все, как везде. Вокруг Лорда суетится толпа всяких... - Шэф махнул рукой, а Брикус понимающе покивал. - Скандалят, интригуют, подсиживают, карабкаются по головам, за деньги душу могут продать, - Брикус снова покивал. - Но, есть одно серьезное отличие от остального мира - на место Лорда претендентов нет. Поэтому, когда умирает старый Лорд, то не выстраивается очередь из наследников, жаждущих примерить перстень. Старший сын обязан, он не может отказаться, а вот все остальные могут. И бывали случаи, когда Великие Дома гибли из-за того, что не находилось правителей с Истинной Кровью. - Брикус покачал головой, как бы говоря: "И какой только хрени не бывает на белом свете!". Командор в ответ степенно покивал, соглашаясь, что еще и не такая бывает. - Так что, - продолжил командор, - полоснуть себя по ладони и приложить к ране перстень, занятие не для слабонервных! Переживаешь несколько неприятных мгновений, пока не убедишься, что живой! - Шэф нервно сглотнул, как бы заново переживая один из самых драматических моментов своей жизни. Если бы его видел в этот момент старший помощник, то не задумываясь поставил ему шесть баллов за артистизм. - Йохар связан с Лордом Великого Дома узами крови и пока Лорд жив, никак себя не проявляет, но стоит Лорду умереть насильственной смертью, как он начинает мстить.