Ходок 7

Поздним вечером, после все того же приснопамятного первого совещания, когда он обмишурился по полной и страдал у себя в номере, к нему без стука вошли пять человек. Ульрих даже испугался поначалу, когда увидел Квинтилиана Магна в сопровождении своих генералов и примкнувшего к ним мидовца, но когда понял, что убивать его никто не собирается, а совсем даже наоборот - будут вербовать, совершенно успокоился и внимательно выслушал все, что ему сказали. Точнее говоря, не сказали, а сделали предложение. Предложение от которого невозможно отказаться.

Как нетрудно догадаться, Обер-Легату предложили дать пять расписок, в которых он обязывался сотрудничать с шестым Департаментом Имперской Канцелярии, в лице генерала Приска Саторния, седьмым - в лице генерала Вассиана Куарта, третьим - в лице генерала Палия Марина, а так же министерством иностранных дел - в лице заместителя министра иностранных дел Германа Транквиллина и с Гранд-Аудитором Квинтилианом Магном лично. Альтернатива у него была следующая: или официальное обвинение в государственной измене вместе с протоколом совещания немедленно отправляются в адрес Имперской Канцелярии, а копия - Прайм-Легату, или же он пишет расписки.

Кстати говоря, на привлечение к вербовке Германа Транквиллина Гранд-Аудитор пошел скрепя сердце - этим действом нарушался баланс сил при дворе - партия противников сближения с Высоким Престолом получала определенные преимущества, и хотя Квинтилиан сам был сторонником этой линии, но нарушать хрупкое равновесие опасался - неизвестно, чем это обернется в будущем. Однако, другого способа гарантированно заткнуть рот Транквиллину, чтобы тот сразу же по возвращению в столицу не побежал с докладом к своему министру, Гранд-Аудитор не видел, вот и пришлось привлечь мидовца к операции.

И хотя Герман, как и все остальные члены комиссии, начиная с самого Квинтилиана Магна и заканчивая последним поваренком, подписывали стандартную расписку о неразглашении любой информации, ставшей известной во время работы комиссии, Гранд-Аудитор посчитал, что пряник и кнут надежнее, чем только кнут. Личная заинтересованность в источнике влияния и расписка о неразглашении лучше помогут заместителю министра иностранных дел держать язык за зубами, чем одна расписка. В своих же генералах Квинтилиан не сомневался. Пожалуй, Квинтилиан и в Германе не сомневался - тот знал, что связываться с Гранд-Аудитором себе дороже, но береженого Бог бережет.

Выбор Обер-Легата предугадать было несложно. То, что с ним будет, если информация о его проколе на совещании всплывет, он себе нафантазировал еще до прихода Ястреба с товарищами. Такой вариант развития событий Ульриха никак не устраивал. "В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов" - это было решительно не для него, и он, правда изобразив душевные терзания и муки совести, расписки написал. Поэтому, на всех последующих совещаниях он сидел тихо и молча, а некоторыми и вовсе манкировал, чему Ястреб с генералами были только рады.

- Хорошо... - Гранд-Аудитор обвел глазами присутствующих. - Если у кого-то есть, что сказать, докладывайте.

- У меня есть, - практически мгновенно откликнулся контрразведчик, - но, нужен маг. - Гранд-Аудитор понимающе кивнул и тут же позвонил в колокольчик. Когда на пороге появился секретарь, Ястреб коротко приказал:

- Позови Фрументия, - после чего добавил: - и побыстрее!

Маг Фрументий Палий был постоянным консультантом Квинтилиана. Пожилой, умный, очень образованный и многознающий, он был как бы "ноутбуком" Гранд-Аудитора, который тот постоянно таскал с собой во время всяческих экспедиционных вылазок, подобных расследованию обстоятельств уничтожения консульства Высокого Престола.

Размер гонорара, суточных и командировочных мага вполне устраивал - император на аудиторских проверках не экономил, справедливо полагая, что информация не бывает одновременно достоверной и дешевой, обычно, или то, или другое. Поэтому Фрументий всегда с охотой откликался на предложения Квинтилиана. Деньги никогда лишними не бывают, даже если человек не беден, а самое главное - магу нравилась такая работа. Нравилось, когда его энциклопедические знания находят практическое применение в распутывании различного рода головоломок.

Дождавшись появления Фрументия, Вассиан Куарт заговорил:

- Сегодня Лордов вели мои люди. Как обычно - издалека.

Ястреб знал, как организована слежка. В распоряжении шпиков шестого и седьмого Департаментов, которые осуществляли наружное наблюдение, было двенадцать карет. Они постоянно сменяли друг друга, а кроме того, регулярно менялись кучер, сидящий на козлах. Вдобавок, никто из соглядатаев не проявлял пристального интереса к северянам - внимание было рассеянным, практически на уровне фона и обнаружить его было чрезвычайно трудно, да и к тому же, в нем не было агрессии. Слежка была поставлена на очень высоком уровне, что впрочем неудивительно, потому что занимались ею профессионалы из Департаментов разведки и контрразведки.

- От дома Витуса Иддера, - начал генерал, и хотел плавно продолжить повествование, но, не тут-то было! - Гранд-Аудитор слегка приподнял бровь, выказывая некоторое недоумение - это имя он слышал впервые. Генерал понятливо покивал, после чего несколько смущенно пояснил: - Мы пока не установили его роль, он всплыл только сегодня, но обязательно это сделаем в самое ближайшее время. - Квинтилиан благосклонно кивнул и Вассиан продолжил: - Но, важно другое. В карету возле дома Витуса сели оба Лорда, а в квартале от "Империума" из нее выскочил один из людей, которые устроили засаду возле "Арлекина" и которых матросы утащили на корабль, после того, как Лорды их нейтрализовали.

- И что? - не понял Ястреб. - Может они его с собой взяли... - он на мгновение задумался, - для опознания, скажем. - Генерал покачал головой:

- Нет. Они уехали вдвоем.

- Точно? - с нажимом спросил Квинтилиан.

- Точно. - Контрразведчик был уверен в своем ответе.

- Что скажешь? - Гранд-Аудитор посмотрел на мага, вольготно расположившегося в глубоком кресле.

- Амулет.

- Мои люди следили с расстояния не меньше двухсот локтей. На такой дистанции морок не работает. Нет таких амулетов. Максимум тридцать.

- Это у нас нет, - улыбнулся Фрументий. - А что есть у этих гратовых северян, одному Творцу известно. Я тут почитал сводки - мутные они какие-то.

- Это точно, - согласился Гранд-Аудитор. - И все же. Если не амулет, то что?

Маг нахмурился, пожевал губами, помолчал и нехотя выдавил:

- Метаморф.

Ответом на это заявление стала мерзлая тишина, установившаяся в кабинете. Никто не знал правда это, или нет, но среди темного крестьянства и прочего малограмотного плебса ходили всякие фантастические, в худшем смысле этого слова, рассказки о метаморфах эпохи Больших Войн, в одиночку вырезавших целые подразделения. Да что там подразделения - города! Справедливости ради надо отметить, что и среди аристократов эти побасенки пользовались нездоровой популярностью, но белая кость всегда делал вид, что не верит во все эти страшилки.

- Ты это серьезно? - прищурился Гранд-Аудитор.

- Почему нет? - пожал плечами маг.

- Так, вроде бы их не существовало, - засомневался генерал Приск Саторний.

- А может просто оборотень? - выдвинул новую версию генерал Палий Марин.

- Может и оборотень, но только не "просто", - выделил тоном маг. - Оборотень может из человека в зверя, и обратно, а чтобы в другого человека, я о таком не слыхал.

- Так что, - каким-то сдавленным голосом начал контрразведчик. - Он в любого так может перекинуться?.. - тут его голос упал до хриплого шепота, - и в... - он не договорил, стрельнув глазами в потолок, но и без этого все присутствующие прекрасно поняли, о ком идет речь.

- Не пользуйся деревенскими словечками, - несколько раздраженно буркнул Фрументий, - тоже мне - козопас. Может принять произвольный облик! - наставительно закончил он.

- А в чем принципиальная разница? - уперся жестким взглядом в мага Гранд-Аудитор.