Ходок 7

Переодевшись, компаньоны перебрались на козлы и карета, ведомая твердой рукой командора, двинулась в путь.

- Ну, я готов! - предвкушающе улыбнулся Денис любимому руководителю.

- К труду и обороне... - меланхолично отозвался верховный главнокомандующий, думая о чем-то своем.

- К тому, чтобы выслушать план предстоящей операции, - мягко поправил его старший помощник.

- Какой операции? - удивился главком. Причем искренне. По крайней мере Денис никакой фальши не уловил.

- Мы что же не в гостиницу едем? - нахмурился Денис. Вместо само собой ожидаемого утвердительного ответа, верховный главнокомандующий выдал свою фирменную паузу, неприятно удивившую старшего помощника. Свой вопрос он, положа руку на сердце, подразумевал риторическим и его несказанно обеспокоило то обстоятельство, что мудрый руководитель не спешит развеять его сомнения. Наконец Шэф соизволил ответить:

- Еду, - буркнул он. Чувствовалось, что главком о чем-то напряженно размышляет, а вопросы Дениса мешают этому процессу, чему командор совершенно не рад.

Первоначально - после разгрома пятерки Святоши, но до посещения особняка Гистаса Грине, Шэф планировал подкатить к "Империуму" на бандитском шарабане, на котором компаньоны и рассекали все утро, а в качестве приманки использовать Дениса. Ловить их, так сказать - на живца. В качестве оного должен был выступать старший помощник, восседающий на козлах. Главкому же, притаившемуся в недрах кареты, отводилась роль засадного полка, который будет нужен только для того, чтобы подстраховать мстителя.

Проще и эффективнее Шэфу было бы действовать в одиночку, но Денис так рвался в бой, так жаждал лично "отмстить неразумным хазарам", что главком решил ему в этом не препятствовать. Однако, проанализировав ситуацию после посещения дома Змея, верховный главнокомандующий решил сменить приоритеты, отдав пальму первенства охране магического имущества. Поэтому силы пришлось разделить. И в этом главком был безусловно прав. Согласитесь, что две Пчелы, неважно какого цвета, да еще в шкирах! - это явно избыточные силы для уничтожения пятерых, или сколько их там, разбойников. Это примерно, как послать авианосец с полным фаршем сопровождения: крейсера, эскадренные миноносцы, фрегаты, подводные лодки, суда обеспечения и прочая ботва, на борьбу с сомалийскими пиратами. По новому плану Денис отряжался на охрану дома, а Шэф на разборку с криминалом.

Изменение первоначального плана повлекло за собой потребность в дополнительном транспортном средстве - ведь теперь пути-дорожки компаньонов расходились. На первый взгляд могло показаться, что командору было бы логично воспользоваться бандитской каретой. Но, при внимательном взгляде на ситуацию в целом, выяснялось, что это не совсем так, а точнее - совсем не так. Конечно, воспользоваться ею Шэф смог бы без каких-либо трудностей - технических проблем не было.

Но вот только Денис, в таком случае, был бы вынужден добираться до Грибного Поля пешком. Дело в том, что никакой "таксист" туда бы не поехал. Ни за какие коврижки. И этого гипотетического извозчика можно было понять - какой смысл брать большие деньги за поездку туда, откуда ты вернешься и без полученных денег и без транспортного средства? - Никакого! Это, как пойти прогуляться по ночному Гарлему, нацепив белый ку-клукс-клановский балахон. Ну-у... почти. В Грибном Поле гуляке бы не вставили горящий крест сами знаете куда. Местные нравы были все-таки помягче, почеловечнее что ли.

- В смысле? - не понял старший помощник. - Что значит "еду"?

- Я поеду в "Империум".

- А я? - округлил глаза Денис.

- А ты... - командор щелкнул вожжами и экипаж прибавил ход. - Сейчас доедем до перекрестка... не помню, как улицы называются, но на глаз знаю. Я там выйду, поймаю "такси" и двину в "Империум", а ты дуй в Грибное Поле - будешь наш дом охранять.

- В смысле - девчонку? - поднял бровь Денис.

- Можешь и девчонку, - не стал возражать Шэф, - но за ее пропажу - выговор с занесением, а если пропадет "Эйфелева башня", вместе с молотым фарханом... - верховный главнокомандующий не успел уточнить, что будет в этом случае, потому что старший помощник его перебил:

- Я все понял - ведерная скипидарная клизма!

- С патефонными иголками, - ухмыльнулся командор. - Это хорошо, что ты такой понятливый. Но! На всякий случай, уточняю! - Чтобы ни одна собака внутрь не проникла, ни ночные, ни маги - они сейчас все должны зашевелиться, - он поморщился, - наверняка почуют, что можно половить рыбку в мутной воде. Постарайся миром, но если полезут напролом - не стесняйся, мы в своем праве - это теперь наша собственность.

- Да... Но я сам хотел... - начал было Денис, однако мудрый руководитель слушать его не стал:

- Дэн, я все понимаю - праведный гнев, жажда мщения...

- Справедливости! - с напором поправил его старший помощник. Однако верховный главнокомандующий ни в какие дискуссии по этому поводу вступать не собирался, и невозмутимо продолжил, пропуская возражения и уточнения мимо ушей:

- ... но перерезать этих остолопов даже без шкиры - чести никакой, а уж в шкире... - Шэф пожал плечами. - Это просто работа. Грязная работа.

- Так давай поменяемся! - обрадовался Денис. - Ты - в Грибное Поле, а я - в "Империум".

Шэф поморщился. На его лице появилось выражение, какое бывает у папаши, пытающегося по-хорошему договориться с упрямым отпрыском, который сильно неправ. Например, хочет начать обед с шоколадки, а затем отказаться от супа и котлет, мотивируя отказ своей сытостью. Конечно же, проще и эффективнее было бы выдрать упрямца широким ремнем с армейской пряжкой и прекратить бесполезную дискуссию, но взрослый пока что сдерживается. И главком приступил к увещеваниям:

- Во-первых, я хочу устроить костюмированное представление для местной публики.

- Гнев йохара? - мгновенно сообразил старший помощник.

- Именно. А то все про него слыхали, а никто не видел. Пора показывать. И повод, как раз, есть.

- Понятно...

- Во-вторых, как ты вероятно догадываешься... Вернее, я надеюсь, что догадываешься, - ухмыльнулся верховный главнокомандующий, вызвав встречную ухмылку старшего помощника - мол, ваше высокоблагородие вставьте ваши сомнения себе, сами знаете куда, - после шоу придется прыгать. - В ответ Денис неохотно покивал, признавая правоту командора, а тот поинтересовался: - Вопросы есть?

- Нет.

- Ну, тогда в третьих, а по существу - во-первых - это приказ. А приказы не обсуждаются. Ферштейн?

- Ферштейн.

Денис изобразил обиженный вид, надулся и замолчал, но хватило его ненадолго - всего на пару минут. После чего он решил, что хорошенького понемножку - хватит комедию ломать, надо делом заниматься. Оставались непроясненными несколько вопросов, а он этого очень не любил. Тем более, что время и место для прояснения были подходящими. Пока они едут, делать все равно нечего, да и подслушать разговор никто не сможет.

- Шэф, у тебя же не всегда была шкира. Так ведь? - Денис сделал паузу, подождал, но не дождавшись ответа на свой, честно признаемся - риторический вопрос, продолжил: - Но ты ведь как-то обходился. Да? - На этот раз верховный главнокомандующий отмалчиваться не стал и издал какой-то звук - что-то среднее между тем, когда прочищают горло при легком першении и продувкой носа при начинающемся насморке. При желании, этот звук можно было принять за утвердительный ответ. Приободренный этим обстоятельством, старший помощник перешел к главному вопросу, который его занимал: - Шэф, скажи честно, ты ведь мог его сразу же убить? - И так как командор молчал, Денис конкретизировал претензии: - Без того чтобы ломать комедию... - и уточнил: - с моим участием. - Следует отметить, что на своем участии он сделал ярко выраженный негативный акцент. - Не люблю, знаешь ли, чтобы меня втемную использовали.

- Я не люблю, когда меня держат за болвана в старом польском преферансе, - пробурчал себе под нос командор. - Тоже мне, Штирлиц нашелся.