Страница 45 из 58
Гарвы шагали шеренгами — более свободными, чем построение эльфов, но не менее стройными. Каждый из них был вооружен копьем и коротким мечем. На полукруглых, обтянутых кожей щитах зловеще топорщил лапы черный паук — желая, подобно коварному кровопийце, оплести своей сетью весь мир, Моррог выбрал его своим знаком.
Темное войско подходило все ближе к укреплениям, вскоре первые шеренги почти вплотную приблизились ко рвам. Не останавливаясь и не мешая строй, воины Моррога начали преодолевать препятствия. Лишь только первый из них перешел через ров, воздух словно запел — раздался тонкий посвист, из башен взмыла туча стрел, на минуту почти скрыв солнце. Лучники Эллар действовали быстро и хладнокровно, каждое движение их рук было спокойным и отточенным. Едва выпустив стрелы, первая шеренга отступила — из-за нее уже целилась следующая. Не даруя врагу и мгновения покоя, второй ряд уступил место третьему, и так до последнего.
Тяжелые стрелы градом обрушивались с неба, гарвы падали как подкошенные. Вскоре белый песок весь потемнел от разбросанных по нему тел, а глубокие рвы наполнились ими до верха. Много воинов Моррога сразили эллари, но их аримя казалась просто несметной — на место одного убитого тут же становились двое. Под огнем эльфийских стрел они продолжали медленно, но неотвратимо вгрызаться все дальше в берег. Темные фигуры перелазили через глубокие рвы, просачивались между врытыми в землю кольями и снова смыкали ряды. Но эллари не давали противнику передышки: снова и снова сыпались вощеные стрелы, точно град с небес — то один, то другой противник беспомощно вскидывал руки, пронзенный эльфийской стрелой.
Над полем битвы раздался громкий шелест — это воины Инкра разом выставили копья к бою. Лес штыков грозно ощетинился перед фронтом, точно иглы невиданного животного, ветер со свистом завывал между древками. Замерев, ирилай наблюдали, как закутанные с ног до головы в черное воины подходят все ближе — еще чуть-чуть и можно будет уловить холодный блеск глаз над темными повязками… Озерные эльфы с ненавистью стискивали копья, светлые глаза гневно сверкали из-под серебристых шлемов, но бросаться раньше времени на врага было бы чистым безумием — это означало попасть под нещадный обстрел своих же лучников.
Наконец, первые ряды гарвов перешли линию огня… По сигналу трубы инкрийская фаланга с криком кинулась в бой. Продолжая сохранять строй на бегу, озерные эльфы сплошной стеной мчались навстречу неприятелю, могучий поток ветра прокатывался над строем, летя вперед вместе с ними. Один миг, и первые шеренги с грохотом сшиблись, звон щитов и удары копий огласили поле смертельным ревом войны. Переступая через поверженные тела своих и чужих, ирилай неистово теснили гарвов, ярость их не уступала ярости сыновей Хэур-Тала. Желтый олень на их щитах гордо вздымал увенчанную рогами голову, целясь грозными копытами в черных пауков Моррога. В рядах гарвов наступило резкое замешательство — обойдя вражеский фланг, рысий клин беззвучно врезался прямо в гущу черных копейщиков. Едва строй смешался, хэуры тут же рассыпались несколькими полукругами, точно стаи волков, загоняющие добычу; в считанные мгновения края ближайшего строя замкнулись и несколько десятков гарвов оказались пойманными в кольцо — со всех сторон на них грозно смотрели хищные глаза: такой способ атаки и назывался «волчьим браслетом». Не дав своим жертвам опомниться, воины Сиэлл-Ахэль разом, словно по команде, кинулись на врагов. Грозно взмахивали в воздухе когтистые лапы, беззвучно смыкались зубы — теперь на месте, где только что стояли гарвы, лежала лишь куча черных тел. Воины Серой цитадели тем временем уже смыкали смертельное кольцо вокруг следующего отряда врагов.
Стоя с самого края строя, Сигарт уверенно направлял свою стаю, захватывая в оцепление все больше и больше неприятелей. Краем глаза он успел заметить, как чуть поодаль в темной гуще гарвов будто мелькнули языки пламени — это подошли краантль. Рыжие кони вскидывали головы, плясали, то оседая назад, то напирая на врага прикрытыми блестящей чешуей корпусами. В следующий миг Сигарт увидел Кравоя — стоя во главе клина, тот отчаянно пробивался в ряды гарвов; темная масса нещадно смыкалась вокруг скрытых под сияющей броней боков его коня, пытаясь оттеснить от него остальных всадников.
— Не ломать строй! — кричал солнечный эльф. — Всем оставаться вместе!
«Это безумие! Безоружные — они ничто против гарвов! Еще чуть-чуть и их растерзают!» — мелькнуло в голове хэура, однако в следующий момент произошло нечто, заставившее его переменить мнение. Зажатый со всех сторон гарвами, Кравой привстал на стременах, поднял руку и описал ею круг у себя над головой — вокруг него тут же обвилась огненная полоса, похожая на огромный бич… Он взмахнул еще раз, и она, раскрутившись, распалась на три плети, конец которых сходился в кулаке краантль: словно живые, они змеились языками пламени. «Значит, вот что такое «полуденное солнце»!» — подумал хэур… Кравой сделал короткое движение в сторону теснящих его гарвийских копейщиков — сквозь шум битвы до слуха Сигарта донесся жуткий трещащий звук, как будто где-то совсем рядом в одно мгновение вспыхнул пожар. Ближайшие к Кравою гарвы с криками попадали на землю, охваченные пламенем, остальные попятились. Ободренные успехом, краантль кинулись в бой, в руке каждого из них грозно извивалось смертельное оружие. Жрец солнца то и дело разворачивал своих всадников, ища самые уязвимые звенья в цепи черного войска; алые клинья раскалывали ряды гарвов, в закатном солнце огнем сверкали доспехи, конские хвосты на шлемах развевались, точно ковыль на ветру, горящие тинскрааны змеями обвивались вокруг темных плащей, заживо сжигая гарвов, где-то неподалеку с гневным клекотом терзал свою добычу Ктор. Чуть дальше, издавая воинственные кличи, сражались люди Лоргана — вооруженные мечами и кинжалами, они разделывались с врагами быстро и жестоко.