Страница 7 из 57
- Тогда прощай! - с материнской болью в голосе сказал Тора, коснулась губами сожженного лба, слыша, как дыхание ребенка становится все тише. Боль ушла, сердце замерло. Маленький огонечек вырвался из груди погибшей девочки и весело метнулся к раскрытым, словно объятия, облакам. Оттуда уже проглядывали лучи ласкового солнца.
Люди вокруг ведающей охнули, но воздержались от привычных вскриков: "Ведьма, убийца!". И хорошо. Иначе, она бы им ответила!
- Прощай, маленькая! - встала Тора и пошла прямо к молодому господину. Он с огромным интересом следил за ней, склонив голову на бок.
Робко девушка пересекла пустующий центр площади, прощаясь взглядом со своими оборотнями.
- Берегите себя! - шепот достиг их ушей. Оборотни слышали, понимали, но не уходили. Корки вообще выпускал когти, грозясь прямо здесь перевоплотиться и броситься на зеленоглазого наездника. Мальчишку останавливал только дед Хром, не позволяя наделать больших бед, чем уже сотворено.
- Ты же часть нашей стаи! - донеслось до слуха девушки.
- Я никогда не была ею. Ведающие - часть всего, и сами по себе... Простите!
Ее усадили на лошадь, перед одним из всадников и увезли. Корки порывался броситься за ней вслед, но деду пришлось сломать мальчишке ногу, чтобы удержать.
Часть 4.
В дороге ни один из мужчин не посмел прикоснуться к конвоированной ведьме. Это не могло не радовать ее. После стольких лет мучений, страха, памяти... Хотя, что изменилось? - Ничего! И подтвердилось уже через пару дней.
В замке, расположенном на возвышенности, вдали от города простолюдинов, Тору не считали пленницей. Поселили в комнату слуг, помыли, привели в порядок, залечили раны, чтобы она смогла предстать пред светлы очи хозяина в надлежащем виде. Как выяснилось, ее жизнь сейчас находилась в распоряжении не какого-нибудь там наместника, а самого наследника трона большой империи Сентаи. Впрочем, Торе, неблагодарной ведьме, было совершенно плевать на его титул.
Как-то вечером, служанки отвели ее в покои повелителя. Он сидел в здоровенном кресле с резными ручками и ножками, украшенными золотом и прочими излишествами. На его лице застыло все то же выражение, какое девушка видела там, на площади: надменное, напоминающее ожившее творение неизвестного скульптора, бездушное. К тому же, скучающее от своей власти над миром, от непомерно тяжелого бремени сына великого властелина. Имя молодому правителю было - Этан. В пришедшей ведьме он видел забавную игрушку. Ждал пока она подойдет, исполнит его капризы. И не дождался. Тора отказывалась двигаться с места.
- Подойди! - потребовал он.
- Нет! - услышал в ответ и удивился, а сама Тора и позабыла удивиться тому, что давно не заикается и при этом человеке говорит ровно, без запинок, чисто. - Сперва скажи, что тебе от меня надо.
Он уселся удобнее, мягко и тепло улыбнулся. Как выяснилось позже, если что-то его высочеству Этану не нравилось или шло не так, он умело применял тактику обольщения, скрывая свое негодование, неуверенность за очаровательной улыбкой, а потом, когда жертва расслаблялась, жалил ее неожиданным компроматом, грубостью, приказом, в крайнем случае - ножом. За улыбку ему многое прощали, особенно дамы. Сейчас же гоняться за ведьмой по комнате он считал ниже собственного достоинства дворянина из старшего сословия. В будущем, конечно, этой забавой он не брезговал. Но сейчас...
- Ты действительно ведьма? - спросил принц.
- Я не ведьма. Я - ведающая! Я слышу голоса мира.
- Но как-то ты магией пользуешься? - сощурился мужчина.
- Никак. Я не понимаю, что такое магия. - Ответила девушка. - Я понимаю только мир: природу, сущности...
Этан внимательно осматривал ее, замершую у входа. Казалось, будто она говорит правду. Она тоже внимательно на него посмотрела, и воздух вокруг него стал другим -- искрящимся.
- Предположим, - согласился с ее словами он. - Но за что же тебя люди назвали ведьмой?
- Откуда мне знать? Они назвали - у них и спрашивай! - дернула плечом слишком гордая деревенщина. И привлекала принца своей манерой держаться независимо и смело, говоря на равных, словно сама была, как минимум принцессой. Этану даже стало смешно от собственных мыслей на счет королевской крови в черноволосой гордячке.
Тора же отвечала на его вопросы, надеясь, что принцу надоест ее смелость, и он возьмется за кинжал, лежавший на столике рядом с кувшином. От ветров она слышала о том, как раздражительны эти особы.
Звезды за окном покоев уже манили девушку, призывая своим блеском присоединиться и, обещая помочь найти родных, дожидавшихся ее за гранью жизни. Оставалось только всеми правдами и неправдами переступить черту.
- И о чем же ты ведаешь? - мужчина в распахнутом халате и легких штанах, все же подошел к ней, коснулся щеки тонкой белой рукой, слишком уж похожей на женскую.
Непроизвольно девушка дернулась от его прикосновения и зашипела, но совладав с собой, она всмотрелась в его лицо, не имеющее изъянов. Искала его душу. Однако та слишком глубоко спряталась. Хотя, кое-что все же удалось разглядеть, стоило только внимательно присмотреться, зацепиться за искры в его глазах... И они словно втянули ее в омут его ощущений.
- Тебе скучно... Ты ищешь себе места и не находишь. Почему?
Тору окатило гневом и негодованием. Ей не нравились люди в принципе.
Мужчина злился на кого-то... И не ведающая была целью этой злости. Зеленые глаза расширились, через секунду хищно сузились. Принц Этан не двигался. Теперь его душа сверкнула во всей красе, выбираясь из-за засовов и стен, за которыми пряталась так долго, никому не позволяя любоваться собой. Тора смотрела внимательно, потому что перед ней стоял, потеряв ложные маски, истинный Этан, с его злостью, волнением, пожирающими изнутри, неуверенностью в наступающем дне, страхом перед ночью, которая могла обернуться для него смертью.
- Противник. Ты считаешь его лучшим. Все вокруг так думают. Тебя это злит. Ты хочешь быть на его месте, но и твое тебе нравится... Так? Ты хочешь стереть его с лица земли. Но при этом, твоя любовь к нему велика... - Тора копнула гораздо глубже, внимательно разглядывала красивое лицо, исказившееся удивлением. Теперь ей и самой стало интересно играть в эту игру.
- Что ты сказала ребенку? - быстро отвернулся Этан, задумчиво посмотрел на пламя в камине. Он предпочел снова спрятать свои секреты подальше от ведающей.
- Я спросила, хочет ли она жить.
- И она... - подтолкнул к продолжению принц.
- Нет. Поэтому я просто забрала ее боль.
Он всерьез ушел в свои мысли, вспомнил момент, когда сгоревший ребенок покинул мир. Мужчина поглаживал тонкими пальцами ножку бокала с вином, и Тора напряженно ждала его слов, наверное, сказанных хриплым шепотом: "Забери и мою боль..." Но подобное не в духе властных особ.
После долгой паузы Этан вернулся к расспросам.
- Что еще ты умеешь, ведьма? - не позволяя "читать его душу", он применил оскорбительное прозвище, от которого Тору передернуло.
- Чего ты хочешь, принц? - выдохнула устало она.
А Этан на вопрос только похлопал ладонью по мягкому пуфу для ног возле себя, предлагая занять место там, словно домашней зверушке. Так и быть, не ощущая в нем жажды убить ее (и весьма расстроившись по этому поводу), Тора села.
- Лечить умеешь? - спросил он.
- Да,- кивнула она.
- Определять яды? - его высочество скосил глаза на кувшин полный вина. Тора тоже на него посмотрела.
- В твоем вине нет яда, принц.
Он удовлетворенно кивнул и сделал глоток, потом задал следующий вопрос.
- Петь?
- Я не пробовала, - ее ответ его рассмешил.
- С такими чувственными губами, как у тебя, ты должна уметь!
Девушку смутил и разозлил отпущенный ей при этом взгляд. Но уйти она не смогла, и причинить зло, наверное, тоже не получилось бы. Разговор продолжился.