Страница 75 из 141
— Я… я… — Вальмерт замялся пятясь назад. — Я не знаю, как поступить. Такая сила… В моих руках…
— Отойди от него, сволочь! — внезапно размышления учёного прервал гневный возглас лиса. Не успел Вальмерт обернуться, как пушистый напарник дракона запрыгнул доктору на руку и вцепился в камень, всеми силами пытаясь вырвать его из прочной тканевый оболочки нового тела доктора. Доктор, увидев столь дерзкое действие со стороны его бывшего подопытного, в гневе схватил лиса за шею и что есть силы сжал её так, что Атлант и Эпистафей лиса издали еле слышный хруст. Издав истошный вопль гнева, доктор напряг все свои силы и отбросил пушистого напарника дракона в сторону. Видя, как лис корчится от нестерпимой боли, причиненной ударом о металическую колонну и падением на решетчатый пол, доктор хотел было прикончить ненавистного бунтаря, как вдруг жуткая, невыносимая боль, моментально вонзившая свои острые колья все уголки нервной системы, помешала ему довершить его черное дело. Из глотки Вальмерта вырвался истошный вопль; из ушей и носа, быстро уменьшавшихся в размерах, стройными ручейками потекла густая венозная кровь; хруст костей, мышц и суставов, возвращавшихся в обычное состояние, делал этот процесс ещё более ужасающим. В момент принятия доктором своего человеческого обличия лис с ужасом пятился назад, боясь, что с Вальмертом творится нечто ещё более ужасное, чем трансформация в смертоносное биологическое существо. Но когда последний острый зуб на нижней челюсти обессилевшего доктора встал на место и принял прежнюю форму, доктор покачнулся и, словно мертвый, рухнул на пол. Лис, переведя дух и крепко сжав в лапе камень, не долго думая кинулся к дракону. С его спины, проткнутой острыми когтями доктора Вальмерта, сочились струйки холодной бордовой крови, крошечные капли которой падали на обшарпанную когтями металическую платформу. Застав своего напарника в отчаянных попытках подняться с пола, наш герой положил лапу дракона себе на спину и, отчаянно пытаясь помочь своему другу встать, с перепуганной мордой спросил:
— Как ты? Сильно ранен? Надо скорее доставить тебя на корабль.
— Ничего страшного — раны затянутся, — слабым голосом ответил дракон, встав с пола. Кинув взгляд на лежавшего без сознания доктора Вальмерта, он посмотрел на лиса и спросил: — Камень у тебя?
— Да, — лаконично ответил лис, гордо показав светящийся артефакт дракону. — Не волнуйся — он в надежных лапах.
— Хорошо, — сказал дракон. Посмотрев вниз с платформы, он с облегчением увидел улыбающиеся лица своих товарищей по команде: Эронса, Шоргана, с ног до головы испачканного в крови убитого монстра, Норвина, одним глазом подмигивавшего отважным героям, и Айнона, стоявшего в окружении своих пушистых подопечных. Неподалеку от них валялись трупы убитых творений Вальмерта.
— Офицер Эронс, — восторженно закричал лис, показывая смеющемуся офицеру яркий камень, — мы сделали это!
— Да уж, — усмехнулся Эронс. — Я в вас даже не сомневался. Не хотелось бы вас торопить, но нам пора валить отсюда, пока не набежали солдаты этого психопата. Подумать только, как он решился на такой шаг. Я свяжусь с Ширландом.
— Ладно, только давайте по-быстрее, — засмеялся лис, просунув голову через проем между опорами для поручней, — а то как-то уже есть хочется. Да и достали меня эти жуткие твари. Б-р-р! Аж блевать от них тянет. Как вы вообще сумели их нашинковать?
— Мы просто делаем свою работу, дружище, — ответил Айнон, дружески ткнув в плечо стоявшего рядом с ним Шоргана, пафосно положившего бомбомёт себе на плечо. — Профессионализм — ничего более.
— Славно мы с тобой поработали, — сказал дракон, посмотрев на прислонившегося спиной к его ноге лиса. — Остался ещё один артефакт. Но перед этим я был бы не против хорошенько отдохнуть.
— Да-а-а, — мечтательно сказал лис. — Золотые слова…
— Действительно, хорошая идея, — послышался знакомый, всей душой ненавистный голос за спиной дракона. — Вот только, похоже, отдыхать нам всем придется в аду!
Не успели наши герои понять в чем дело, как чуткий слух лиса уловил странное прерывистое пикание неподалеку от себя. Посмотрев назад, он ужаснулся: к нему, вылетев из окровавленной руки доктора, медленно катилась, огибая неровности шершавого пола, разрывная плазменная граната. В тот момент время вокруг нашего пушистого героя остановилось: крик Эронса будто застыл в вязкой массе временного пространства; ринувшийся к колонне Айнон выглядел как манекен, оставленный на витрине спорттоваров. Как раз в этот самый момент в памяти лиса пронеслись, как в тот раз, когда он падал с небоскреба, самые счастливые дни в его жизни. Ничто для него в тот момент не имело смысл. Только пробивающая до костей мысль о том, что вот он — конец всему, конец всем его мечтам и начинаниям, конец всей его ничтожно короткой жизни, волновала его остолбеневшие нейроны. Однако время снова понеслось на всей парах навстречу вечности, когда перед лисом промелькнул силуэт дракона, закрывшего смертоносный заряд своим мощным чешуйчатым телом. Доли секунды… В последнее мгновение перед взрывом лис смог лишь на ничтожные микроны времени уловить взгляд дракона. Этот взгляд… Он… Он не мог сравниться ни с чем… В нем слились воедино страх, отчаяние, счастье, радость, гнев и спокойствие старого горного валуна. Но недолго длился этот момент: через секунду лабораторию потряс оглушительный визг плазменного взрыва, и ударная волна, отбросив доктора и дракона с лисом с шаткой конструкции, потрясла здание комплекса.
Свист, стоявший в ушах ошарашенного и испуганного лиса, мешал ему сосредоточиться на произошедшем. Жутко болит голова… На гидрокостюме видны маленькие надрезы и разрывы, но, похоже, пронесло. Пытаясь унять шум в голове, наш герой схватился за голову и хаотично замотал ей. Внутри тесно связанных нейронов словно прошелся ураган… Все болит и ноет… «Надо встать!» — с этими мыслями лис, пересилив себя, со стоном поднялся с пола. Осмотревшись по сторонам, он увидел, как Эронс яростно избивает Вальмерта и истошно орет на него, не давая даже встать на ноги. Доктор, пытаясь защититься и сплевывая на пол сгустки крови разбитой губы, что-то кричит в ответ, пытаясь заставить офицера остановиться. Но что именно говорили друг другу офицер и доктор, лис так и не понял: чертов свист заглушал все посторонние звуки. Приподнявшись с пола, наш герой, пытаясь выбить из своей головы надоедливый шум, обратил затуманенный взор наверх. Спускаются люди… Бегут куда-то… Вот и Ширланд… Тоже за ними… Кричит что-то… «Что не так?» — задается вопросом лис. И тут он с ужасом понимает, что что-то липкое осело на шерсти его лапы. Посмотрев вниз, пушистый напарник дракона увидел, что его лапы запачканы холодной алой кровью и что он сам стоит посреди небольшого озера красной жидкости, питающей тело любого живого существа.
Навострив уши, лис быстро обернулся в сторону, откуда доносились голоса. То, что он увидел, сразу же сняло с него чувство смятения и заставило затрястись от ужаса и отчаяния: в нескольких метрах от него, окруженный со всех сторон товарищами по команде, в луже крови лежал дракон, который, жадно глотая пастью воздух и в смятении озираясь по сторонам, пытался сдержать потоки крови, хлеставшие из его разорванного и проткнутого осколками гранаты брюха. Из мышечных развалин выглядывали маленькие отростки окровавленных кишок, безжизненно свисавших с тканей брюшной полости. Прогнав из своей головы смятение, лис, поражённый ужасающим зрелищем, вскочил с места и, в спешке спотыкаясь на пути, стремглав ринулся к дракону.
Растолкав всех, наш герой, чуть не плача, обхватил лапами обрызганную кровью морду дракона и, в отчаянии тряся её, заорал:
— Не смей умирать! Слышишь? Не смей! Ты будешь жить! Будешь! Слышишь? — повернувшись к столпившимся вокруг него офицерам «Гиперборея» он в отчаянии, плача навзрыд, закричал: — Чего вы стоите! Сделайте что-нибудь! Пожалуйста!
Но для дракона вся эта внешняя суета вокруг казалась какой-то странной и отчужденной. Все эти голоса, шум, отчаянные крики, попытки лиса разбудить его — всё это казалось ему каким-то, забавным, веселым, несуразным. Будто бы он находился в неком глупом детском телешоу, и все это действо вокруг него представлялось лишь как веселый, звонкий детский смех. Он не чувствовал ничего — только какое-то странное ощущение легкости, спокойствия, вдруг свалившееся на его плечи, убаюкивало его и как-то спокойно и безмятежно внушало ему, что все будет хорошо. Решив, что неплохо было бы отвлечься от этого нагнетающего сабантуя, наш герой медленно закрыл веки. Он слышал, как снаружи суета усилилась, как снова его начинает отчаянно теребить лис, в попытке разбудить. Нехотя открыв веки, он понял, что обстановка несколько изменилась: вот его несут через один коридор, вот поворачивают налево, и уже новый коридор впереди. Бесконечный лабиринт… Слева от него — Ширланд и Эронс, справа — избитый последним доктор Вальмерт, что-то отчаянно кричащий по рации своим медицинским коллегам. За ними тянется широкий кровавый след… Звуки становятся все тише и тише… Суета меркнет… Сабантуй утихает… Еле различимы грубые слова Шоргана: «Если ты ему не поможешь — я тебя на кусочки лично порежу». Вот и Айнон слева. Держится за гравитационные носилки. «Всё будет хорошо… Хорошо… Хорошо… Не бойся… — отрывками звучат эхом в голове дракона мелодичные нотки эльфийского тембра. — Ты выкарабкаешься. Мы верим в тебя».