Страница 74 из 117
Мой муж тут же воспользовался отсутствием свидетелей, продолжив меня целовать уже более страстно. И все же нам пришлось прерваться, поскольку в комнату из портала вышла куча народа, начиная с моих родственников с Элаэль и заканчивая Олатаниэлем, на котором с каждой стороны висело по эльфийской сестричке. Увидев эту забавную картину, мой муж зарылся лицом в мои волосы, чтобы не рассмеяться вслух, лишь его плечи слегка подрагивали.
Олатаниэль посмотрел на нас с Анриэлем и улыбнулся:
— Пришел попрощаться, вот забираю девушек с собой.
— До встречи, Декабрина, — пропели сестрички в один голос.
И эта троица, по очереди обняв меня, тут же исчезла в портале. Ортон решил поговорить с моим супругом наедине, отпросив его у меня. Я согласилась, пусть мои любимые мужчины помирятся, все равно им еще общаться друг с другом придется. И лучше, если это будет происходить мирно.
Нейтон ворковал с Элаэль, а я потихоньку вытаскивала лишние, по моему мнению, вещи из чемодана, но тот все равно остался достаточно объемным.
Вернулись довольные друг другом мужчины, и мы собрались вылетать. Как же мне не хотелось покидать своего мужа! Но придется, моя новая семья жаждала меня видеть.
Поцеловав Анариэля и немного поплакав у него на плече, я была готова к полету. Муж сам посадил меня на уже обернувшегося дракона и попросил возвращаться поскорее. Жаль, но сопровождать меня он не мог, а телепорты в империи Драконов не работали, магия чешуйчатых их попросту блокировала.
Я радовалась полету и грустила одновременно. Даже очарование драконьих гор потускнело без него.
Нас встретил Арвиль и, обняв каждого, повел в комнаты. Вечером был торжественный ужин, на котором Нейтон представил своим родителям Элаэль в качестве избранной им невесты. Девушка очень смущалась, но император и его жена отнеслись к ней очень тепло. До свадьбы было еще далеко, но Нейтону, как дракону, не терпелось объявить кузину моего мужа своей избранницей. На лице моего племянника так и читалось — «моё», когда он смотрел на девушку. А влюбленная в него Элаэль была совсем не против собственнических устремлений наследника императора. Ее родители уже дали предварительное согласие на этот брак, но Нейтону еще предстояло самому просить руки девушки у них.
На следующий день мы отправились в пещеры навестить родителей. Нам были очень рады, теплая атмосфера, царившая в этой семье, помогла мне не так скучать по мужу. Вернулись во дворец мы только через три дня.
Арвиль решил не устраивать торжественных приемов, так как помолвка Нейтона и Элаэль должна была состояться только после официального согласия родителей девушки и владыки. Я не находила себе места, прошла всего неделя без мужа, а я уже ужасно соскучилась. Пытаясь хоть чем-то занять себя, я устраивала катание на коньках, а иногда создавала иллюзии из моего бывшего мира, развлекая семью императора и придворных. А по ночам неизменно плакала, зато на следующий день ходила сонная до самого вечера, пока на мое странное поведение не обратила внимания императрица.
— Девочка моя, пойдем-ка ко мне в комнату, — и Эльма, взяв меня за руку, повела за собой. — Ты не замечаешь ничего необычного в себе?
— Нет, только по мужу скучаю очень, — ответила я.
— Ну да, а как же перемены настроения по нескольку раз за день? Отказ от пищи, особенно, если еда с резким запахом? Да и спать ты постоянно хочешь. Разве это тебе ни о чем не говорит?
Я только пожала плечами:
— От еды с запахом мяса меня всегда тошнило, спать хочу потому, что полночи плачу.
— Дорогая, я не буду торопить события, но тебе надо срочно показаться целителям.
— Я заболела?
— Да, и я знаю эту болезнь, — рассмеялась Эльма, выразительно погладив себя по аккуратному животику, уже явно выпиравшему под свободным платьем императрицы.
— Вы думаете, что я могу быть беременна? — у меня даже голос изменился, вот к такому обороту в своей жизни я, точно, не была готова.
— Тебя это пугает?
— Я как-то об этом не думала еще, — ответила я растерянно.
— Но ты любишь своего супруга?
— Да, очень, но ребенок… Интересно, а ушки у него, какие будут? — и я потрогала свои аккуратные маленькие ушки, которыми всегда гордилась. Затем вспомнила, какими нежными на ощупь и чувствительными они были у Анариэля. Я согласна, пусть у малыша будут такие же .
Императрица откровенно смеялась, глядя на перемену выражений на моем лице:
— Поверь, ушки - это не главное!
К нам в комнату зашел Арвиль и спросил меня, чем мы так заняты с его женой. В ответ императрица, все больше веселясь, поведала, что мы обсуждаем форму ушей у моего будущего ребенка.