Страница 2 из 24
Честно говоря, ещё учась в академии, я рассчитывал на службу на каком-нибудь стратосферном постунаблюдения, а в качестве подарка от Близнецов - хотя бы самой рутинной должности в космическом флоте. Нет, не на боевом межпланетном корабле конечно, а на одной из огромных орбитальных станций, что сияли раньше в небе яркими белыми звёздами, или на станции в точке либрации у Селены, или даже на самой Селене. Не то чтобы меня привлекало житьё в крутящемся в вакууме "орбитальном колесе", или уж тем более в металлической бочке, зарытой в реголит, а просто именно там, как мне тогда казалось, находился самый передовой, а значит самый интересный, край всех этих событий. Да и месяц службы в космосе идёт за полгода в сухопутных войсках. Но к моему выпуску мы уже потеряли и космос, и даже стратосферу, и я получил предписание во флот, потому что на тот момент не хватало офицеров именно во флоте. Огорчён ли я? Нет! Напротив, это тоже славное место, вполне подходящее, чтобы получить Честное имя. Да и морскую качку я нормально переношу... да и другие плюсы имеются... но о них позже.
Представлюсь. Меня зовут Адиша-Ус, мне скоро исполнится 15 лет, я младший офицер 2 ранга. Моя семья ведёт свой род от Снайпера с Собачьими Глазами, и хотя я не принадлежу официально к династическим военным, у меня имеется родовая татуировка на спине в виде светлоокой собаки. Мои родители, так же как и их родители, традиционно - учителя и наставники, а мой прадед был наставником в школе военных разведчиков. Из троих моих братьев двое - заводские техники, и лишь один, Какада-Ус, пошёл по стопам наших предков и стал наставником. Немногим больше четырёх месяцев назад я был выпущен из Академии войсковой разведки - наследнице той самой школы. Я успешно прошёл все три года - полный курс - и я очень горжусь этим! И мои родители и старшие братья не могли нарадоваться, что я теперь воин, а не гражданский служащий. Радуюсь с ними и я, потому что каждому воину дана великая свобода: свобода выбирать между трусостью и храбростью, позором и честью, забвением и славой. Так учит Хардуг Праведный.
На далёкой северной военно-морской базе Синяя Скала, куда меня отправили со сборного пункта, я прошёл трёхмесячный курс подготовки к службе на океанском флоте. Почти всё это время мы ходили по заливу на торпедном катере и имитировали выполнение боевых задач. Учитывая, что торпедные катера устарели и вообще не применяются в этой войне, можно засчитать это время как адаптацию к неведомой доселе флотской жизни. А заодно и к холоду! Подозреваю, что базу так назвали не из-за цвета скалы (который на самом деле серо-коричневый), а из-за того, что там все синеют от холода. Сразу же по окончании курса, даже не дав пару суток отпуска, нам выдали предписания на боевые корабли, вот мне как раз на "Киклоп-4".
Распишу о судне и команде. "Киклоп" это малый ракетоносец, вооружённый шестью пусковыми установками для многоцелевых крылатых ракет "зазубренное жало". Боеголовки ракет термоядерные, предназначены для гарантированного поражения крупных защищённых целей. Каждый из офицеров готов занять кресло боевого поста и управлять такой ракетой по теленаведению - нас долго учили этому ещё в академиях, и это искусство все мы знаем в совершенстве. Сбить такую ракету после запуска очень сложно, поэтому жалим мы смертельно. Наш экипаж, включая мою персону, состоит из восемнадцати человек: двух капитанов, штурмана, офицера по вооружениям, офицера связи и разведки (то есть меня), офицера-электромеханика, офицера-моториста с двумя помощниками, врача и восьми матросов.
Я вообще не понимаю, почему эту серию назвали "киклопами": судно совсем небольшое и скорее походит на раскормленную черепаху с морской фермы - из-за четырёх расположенных по углам плоского широкого корпуса огромных гибридных турбовентиляторов. Единственное, это что ближе к носу возвышается рубка с основными постами, имеющая полукруглое остекление, которое с большой натяжкой можно посчитать за огромный глаз. Помимо установок с крылатыми ракетами, из вооружения у нашего "Киклопа" имеется противовоздушный ракетный комплекс и две дистанционно управляемые пушечные турели (носовая и кормовая). На базе Синяя Скала, с которой мы и вышли на боевое задание, нам добавили ещё беспилотный аэроплан-разведчик (точнее даже два, второй в виде комплекта для сборки) и этот аэроплан находится теперь в моём ведении, так же как и вся бодяга по разведке целей.
Я и без того благодарил Ардуга Ужасного, что попал на судно с ядерной силовой установкой - надёжное, чистое и обладающее избыточной энерговооружённостью, потому что оказаться на скоростном катере с пироксилиновым двигателем, и уж тем более на одной из смердящих метановых лоханок, мне вовсе не хотелось. Но к ещё большей моей радости, для офицеров на "Киклопе" предусмотрены отдельные двухместные каюты, как на каком-нибудь крейсере! Каюты совсем небольшие, но они укомплектованы по-царски, словно кто-то проектировал не военное судно, а прогулочную яхту. В моей каюте, имеющей площадь чуть больше 4 квадратных метров, помимо неоткидной и довольно широкой двухъярусной койки, помещаются столик с креслом, кухонный узел, рукомойник (с пресной водой!) и даже встроенный в стену цветник с маленьким алтарём. Большой экран показывает картинку с наружных камер так, что я могу видеть круговой обзор с судна, не вставая с койки. На него же выводится навигация и графики с радиолокационной станции и с четырёх акустических антенн. Экран не тот из тонких пластинок с зыбким изображением, что стоит у вас дома, а кондовый флотский экран, прочный и невосприимчивый к электромагнитным импульсам. И показывает он чёткую и контрастную картинку. Иллюминаторов в каюте, правда, не предусмотрено: единственное неэлектронное окно на судне имеет только рубка, да и то часто бывает закрыто броневыми щитами. Для экономии места пищу мы должны принимать в своих каютах, разогревая в маленьком духовом шкафу офицерские пайки. У врача и капитанов каюты побольше, впрочем, капитаны по очереди дежурят на посту управления, поэтому одна из коек почти всегда пустует, каюта же врача одновременно и медпункт. Для офицеров не предусмотрено своей кают-компании, но зато рубка достаточно просторна: там расположены шесть основных постов и при желании можно разместить сверх того ещё двоих или троих человек, так что общие собрания, если в них возникает нужда, проходят там.
У "Киклопа" три режима крейсерского хода: полёт на экране, глиссирование и подводный. Первый - самый скоростной и спокойный: судно просто летит над водой, используя эффект экрана. Если бы мы могли идти на экране постоянно, мы бы достигли самой удалённой в океане цели всего за несколько суток. Но, увы, в отличие от больших судов, для нас такой режим возможен только при не слишком большом - баллов до 5-6 - волнении. При более сильном волнении и порывистом ветре, при интенсивном маневрировании и ещё во многих случаях "Киклоп" плывёт как скоростной катер, и тогда весь его корпус вибрирует и сотрясается, а турбины, тихо поющие на экране и почти бесшумные под водой, воют как голодные шакалы. В случае неподходящей погоды для судна всё-таки предпочтителен подводный ход. При переходе в подводное положение пушечные турели, противовоздушная ракетная установка и наружные антенны, если они были выдвинуты наружу, прячутся внутрь, на остекление рубки опускаются щиты, а турбины меняют режим работы, и судно ныряет, используя свой корпус как гидродинамическое крыло. Ныряем мы быстро - куда быстрее любой подводной лодки - и достаточно глубоко, чтобы скрыться от гидроакустических станций противника - если они где-то у поверхности. И, что нравится мне гораздо больше, благодаря этому свойству судна (способности нырять и плыть под водой) продуктовый набор в пайке расширенный - как у полноценных подводников, - в него входят концентрат вина, сублимированные ягоды, сгущённое молоко, лучшие сорта рыбы и даже настоящее животное мясо!