Страница 25 из 113
Но Костоправ вернулся. Курили уже по второй, когда это произошло.
— Пошли, — пригласил он. — Отказаться уже нельзя.
Леха это и так знал. Почти всем мужикам, которые его сопровождали, он до подбородка макушкой не доставал. Двое взяли Коровина легонько так за локотки, и он уже понял, что вырваться не сможет. Повели.
Свернули за угол длинного складского здания, где располагалось скопище строительной техники, штабелей и вагончиков. Поводили-поводили, попетляли-попетляли и завели в одну из бытовок, на полтора метра врытую в землю. Там было темно, но кто-то сидел. Причем не один.
— Сюда! — приказал Костоправ, указывая Коровину на какую-то табуретку.
Вспыхнула яркая лампа с рефлектором, направленная прямо в Лехину морду. То ли кому-то надо было эту самую морду рассмотреть, то ли постараться, чтоб Леха не смог из-за яркого света разглядеть, кто с ним беседует, а скорее всего — и то, и другое.
Пока Леха, щурясь, пристраивался под светом так, чтобы глаза не резало, Костоправ отошел куда-то влево, пара мальчиков уселась за спиной Коровина, а третий встал у двери, ведущей из бытовки наверх.
— Привет, сява! — услышал Леха глуховатый голос.
— Здрасьте, — кивнул Коровин.
— Так чем ты меня хотел обрадовать?
— А вы кто?
— Предположим, Король Лир. И другой валюты тоже, — скаламбурил гражданин, прятавшийся в темноте за яркой лампой. — Паспортные данные интересуют?
— Мне без разницы, гражданин Король. Вы насчет банкира Митрохина в курсе?
— Имею такую информацию. Как я понял, ты, дорогой, утверждаешь, что знаешь больше. Листочки с дыркой я уже видел. Что дальше? Пушку видел. Что еще?
— Хотите знать, что Митрохин в нашем овраге искал?
— Могу от скуки поинтересоваться. Завтра или через неделю.
— А я могу сегодня сказать.
— Скажи, если не западло.
— Там сто стволов немецкого оружия. Автоматы, патроны. Один у меня дома лежит. Кстати, листочки, где про это написано, у меня там же, в кармашке лежат.
— Загляну на досуге. Я вообще-то не коллекционер. Оружие не собираю, тем более то, которому полета лет с хвостом. Есть еще интересные сообщения?
— Есть, — сказал Леха, — меня по этому поводу ищет товарищ Антонов, он же Барон. А может, и не меня, а вас, ваше величество. Наверное, думает, что это все из-за Коленвала получилось.
— Вопрос, конечно, интересный. И подмечено верно, — похвалил шекспировский герой. — Но ведь тогда получается, что тебя, дружок, надо мочить… И очень срочно.
— Можно и замочить, — Леха вымолвил это как-то очень спокойно и без дрожи в голосе. — Тем более что оружие вас совсем не интересует. И деньги, видимо, тоже.
— Нет, почему же, — возразил Король, — деньги интересуют.
— Вообще-то, Митрохину там, в лесу, не оружие нужно было, а деньги. Они, правда, в другом месте лежат. А листочек этот я случайно с собой не взял. Там адресок был написан, а я забыл.
— И много там?
— Не знаю. Я лично только коробку видел, стальную, но не открывал. Вот таких примерно размеров, — Леха очертил в воздухе кубик со стороной тридцать сантиметров. — Тяжелая очень.
— Неужели не помнишь ничего? В принципе, если пузо утюгом погладить или паяльник в заднице нагреть, многие вещи вспоминаются? Не хочешь попробовать?
— Не, я боюсь, — ответил Леха, опять же удивившись тому, как у него хладнокровия хватает. — И потом, зачем мучиться с инструментом? Электричество жечь, хорошие вещи пачкать? Я в принципе и так могу все сказать, без всякой техники. Только в живых остаться хочется.
— Это всем, не одному тебе, хочется, — произнес Король Лир. — Но жизнь-то — штука суровая. Не всякому удается до старости дожить. Вот ты, например, чем, скажи на милость, заслужил долгую жизнь? Да ничем.
— Как сказать, — заметил Леха, — ну, допустим, что вы меня, мягко говоря, пришили. Нету меня, ничего я уже никому не разболтаю. Сами же говорили, что у вас никого еще не находили. Верно, Константин? — Костоправ чего-то хмыкнул, но невнятно. — Ну вот, видите, товарищ Король, специалист подтверждает. Однако же у Барона — это я вам точно говорю — материальчик найдется, и городские менты его получат. Например, если он тряхнет одну милую девушку, то она ему ради спасения личной жизни четко расскажет, как я ножичком резал Котла. И может при этом вспомнить, что я — мертвенький к этому времени — где-то ей ляпнул, что мне Котла заказал гражданин Король. Я, сами понимаете, в свое и в ваше оправдание ничего сказать не смогу. Если мертвый буду. Опять же, там еще бабушка-старушка была, которая все-все слышала. Под лестницей в том доме бомжей куча — им по бутылке выставь, они все заявления напишут, что видели, как я Котла из дома выносил и клал в его же машину, чтоб отвезти подальше. А при этом еще и вспомнят, что я Короля Лира поминал…
— Это тебе все Барон поручил передать? — спросил Король Лир.
— Упаси Боже! — проговорил Леха. — Я это сам придумал. Но Барон-то поумней меня. Он ведь сейчас, небось, в мою родную деревню поехал. У меня там дома в настоящее время банкирша Митрохина находится. Если она к нему попала — или попадет, к примеру — то вполне может ради своих детишек, конечно, рассказать, как я Мосла с Лопатой замочил из пушки, которую у Котла добыл. А потом найдут еще одного свидетеля — моего другана Севу, который уже сейчас у них сидит, и попросят его показать место, где он нашел труп банкира Митрохина. Для ментов, конечно. А если еще окажется, что убит был Митрохин из пушки, которая нашлась у меня на хате — то все сойдется. А там, глядишь, в деревне свидетели найдутся, что меня с Костоправом видели. Тот же участковый, например, Михалыч. Он же видел, что вы меня увезли. Все ясно. Наняли убийцу… по-нынешнему, как его там? Триллера или триппера?
— Киллера, балбес! — с поощрительной усмешкой поправил Король.
— А, один хрен! Короче, наняли меня, а потом, когда я всех почикал — отрубили, как лишнюю деталь. Если еще и прокурора подмазать, судье чуток отстегнуть… Неприятности у вас получатся, гражданин Король. Похватают, колоть начнут…
— Ну, мужик, — сказал Король Лир, — языком тебя Бог не обидел, это точно. И наплел ты, на прикид, убедительно. Я даже поверил, что от тебя кое-какая польза может быть. Стало быть, ты мне пришел помощь предлагать? То есть скажешь, что ты три трупика набомбил от большой тоски по маме и с большого бодуна. Но посветит тебе, дорогой, 102-я «зе» — а это вышак, между прочим. Ну, мы тебя не замочим, Барон в тюряге не достанет, допустим, но и от государства пулю получить — это не сахар.
— Не скажи, ваше величество! — Леха помотал указательным пальцем перед лицом. — Если я все расскажу, как было, а вы моих свидетелей прикроете, то все повернется либо в неосторожность как в вопросе с Котлом, либо в самооборону, как при Мосле и Лопате. Еще незаконное оружие приписать можно и то, что я у Котла бумажник с деньгами и записной книжкой упер, а также пистолет. И все. Ну, мне, может, и дадут пяток лет, а вы-то вообще ни при чем. И при деньгах, которые можете взять со мной без проблем и нарушения Кодекса. А без меня — только нахалом и с лишними затратами энергии.
— Вот как! — совсем порадовался Король. — Может, тебе и долю в общаке выделить?
— Мне чужого не надо.
Король Лир хмыкнул и сказал задумчиво:
— Повеселил ты меня, хмырь болотный. Действительно, с такой головой и таким боталом общаться приятно. Кино про меня смотрел?
— В смысле, про Лира? Ага. Там какой-то латыш играл.
— Эстонец, вообще-то. Юри Ярвет. Но там еще был такой парень. Олег Даль, шута играл. Вот ты на него здорово похож будешь, когда в СИЗО обалдают. Это я к тому, что взял бы тебя на эту должность. Подходишь! Но все-таки вопрос о твоем помиловании надо еще обдумать. Пока все это, что ты тут насочинял, вилами на воде писано. Барон меня пока не беспокоил…
Сказать дальше он не успел, потому что затюлюкал карманный телефон у Костоправа.
— Да, — отозвался тот. — В чем дело? Куда приехал? В «Колосочек»? В гору поехал? На фига ему туда? Свяжись с участковым, если он еще не под газом, понял? Я сейчас доложу.