Страница 21 из 37
Внимательно изучив обстоятельства совершения преступления, московские оперативники укрепились во мнении, что они идут по следу той самой банды, что действовала в Москве. Значит, оставалось ждать следующего преступления.
Прошло всего несколько недель. На этот раз бандиты выбрали хутор гражданина Поздняка, что рядом со станцией Паликово подмосковного Верейского уезда. Оттуда поступила страшная весть: в одном доме зарублены сразу восемь хуторян и трое охотников, случайно оказавшихся рядом. Но одной из жертв повезло. Осталась в живых шестнадцатилетняя дочь владельца хутора Кристина Поздняк. Это был первый свидетель, который видел не просто членов банды, но пережил всю трагедию и, значит, мог рассказать столь недостающие подробности.
Кристину немедленно доставили в Москву.
По ее словам выходило, что уже под вечер, когда вся семья - восемь человек - собралась во дворе, неожиданно к калитке подошли двое мужчин и одна молодая женщина. Вид у них был суровый. Они без спроса открыли калитку и потребовали к себе хозяина. Когда отец подошел к ним, они сказали, что являются милиционерами, у них есть мандат на арест и они будут проводить в избе обыск с целью выявления, нет ли в семье излишков продуктов, нет ли оружия. Но никаких бумаг не предъявляли. Отец, по словам Кристины, ничего не мог понять, пытался возражать, но те вытащили револьвер и приказали всем идти в избу. И лица у всех троих, в том числе и у женщины, стали какие-то злые.
В избе все и началось. Один из незнакомцев достал бечевку, связал всем руки и усадил на пол. При этом ни сам хозяин, ни домочадцы- никто не оказал им сопротивления, настолько все были парализованы этим внезапным вторжением. Поздняк полагал, что все это недоразумение, что все скоро выяснится и незнакомцы уйдут. Но те расселись, как у себя дома, и потребовали, чтобы им сказали, где в семье прячут ценности. Поздняк ответил, что в доме ничего ценного нет, есть только немного зерна, картофель, овощи, немного хлеба. Но те не верили, кричали, требовали денег, золото. И тут во двор постучались трое охотников.
- Мы обрадовались, - продолжала Кристина, - думали, что это наше избавл ение. Бандиты вначале испугались, это было видно по их лицам. Но потом, переговорив между собой, вышли во двор. Что там произошло, неизвестно, но, похоже, что они поступили с охотниками так же, как и с нами, обманули их, сказали, что они милиционеры, и попросили принять участие в обыске в качестве понятых. Те вошли в избу, и тут им связали руки, а потом усадили на пол. И тогда двое мужчин стали ходить по избе, открывали шкафы, выбрасывали одежду, постельное белье. Они искали деньги. И очень злились, что их не находили.
Во время своего рассказа Кристина была спокойна. Но с приближением развязки заметно занервничала. И в какой-то момент не выдержала и разрыдалась. Милиционеры не стали ее подгонять, дали ей успокоиться. Ее подробное описание главаря банды - крупного человека с рыжей бородой в армяке, было чрезвычайно важно. По словам Кристины, он был похож, скорее, на крестьянина. Но из каких мест он появился? Его молодая подруга тоже была не из добрых, никакие обращения к ней, мольбы женщин ее не трогали.
- Тот рыжий детина и его подруга собрали все вещи в узлы, затем он вышел во двор, - продолжала Кристина, - что-то там искал, через некоторое время вернулся. Еще походил по комнатам, посчитал узлы и произнес только: "Кажись, все готово, пора начинать". И с этими словами вытащил из-под полы армяка топор. Все сразу поняли, что настал конец, стали кричать. Но тот рыжий никого не слушал. Он подошел к моему отцу и неожиданно с размаху ударил его по голове. Было страшно, в глазах свет померк. Крик стоял несусветный, все метались и даже охотники просили их не трогать, плакали. Один из них говорил, что он отец малолетних детей, что у него мать больная, как она будет воспитывать их одна?
Но рыжебородый не слушал. Он подходил к очередной жертве и бил топором по голове. Так умерли моя мать, братья. И страшный дядька приблизился ко мне. Но в полутьме толком не мог меня разглядеть. Перешагивал через тела, шарил руками. В избе было тесно. Одиннадцать человек, и все в одной комнате. И тот рыжебородый ходил от одного к другому и добивал стонавших.
Я не помню, каким чудом закатилась под кровать и даже ноги спрятала. Это меня и спасло. А под кроватью у нас был лаз в погреб. Я туда рухнула и там потеряла сознание. Сколько пролежала, не помню.
Очнулась, лишь когда наступила тишина и темнота. Я пошарила руками и обнаружила, что вокруг меня лежат тела. Видимо, бандиты нашли лаз и покидали всех убитых вниз. Прислушалась - ни одного стона. Все были мертвы, все до одного.
Я дождалась рассвета, развязала руки и ноги всем убитым. Поплакала. Не помню, как вы карабкалась наверх. Все в избе было залито кровью. Я быстро выскочила из избы. Уже совсем стало светло, я брела по дороге, надеялась кого-нибудь встретить. И пришла в соседнюю деревню. Там я рассказала все, что произошло с нами.
На милиционеров рассказ Кристины произвел огромное впечатление. Она дала подробное описание рыжебородого, молодой женщины. Оперативники понимали, что имеют дело с душегубами и что, если их вовремя не схватить, они натворят еще немало кровавых дел. Так и произошло.
Через несколько дней в Воскресенском уезде было совершено нападение на семью хуторянина Суздалева, состоявшую из восьми человек. И здесь все происходило примерно по тому же сценарию. Жертвам связывали бечевкой руки и ноги, а потом били по голове, но на этот раз увесистой, примерно пятикилограммовой, гирей. А потом всех на всякий случай прирезали кухонным ножом, а одну из погибших, пятнадцатилетнюю дочь Суздалева, еще и изнасиловали. Даже видавшие виды милиционеры и те старались побыстрее выйти из избы.
По деревням поползли слухи о шайке головорезов, которые вырезают крестьянские семьи, а милиция бездействует.
Через несколько дней трагедия повторилась. На этот раз в подмосковной Наре. Бандиты нагрянули к семье хуторянина Иванова, и многодетная семья, тринадцать человек, перестала существовать.
И все же одному удалось чудом выжить. Это был сын хозяина, у которого хоть и была сильно разбита голова, но парень оказался живучим. Врачи не давали шансов на его полное выздоровление, тем не менее он приходил в себя и в короткие минуты просветления давал показания.
Сыщики узнали, что в дом к Иванову под вечер заявились трое и представились милиционерами. Один был рыжебородый, с ним молодая черненькая симпатичная женщина и еще один, внешность которого Иванов-младший описать не мог, ничего приметного в нем не было. Они сказали, что будут производить обыск. И в дальнейшем вся процедура была точно такой же, как и на хуторе Поздняка. Жертв связали, требовали сказать, где они хранят ценности. А потом рыжебородый стал бить каждого обухом топора по голове. И снова были мольбы, крики. Но он не слушал, а вершил свое черное дело. Женщина выносила из избы узлы с вещами.
Самое же главное, что сын Иванова рассказал о том, какая на них была одежда. Он же назвал и часть из похищенных вещей. От вещей тянулась ниточка к рынкам. Значит, можно выйти на человека, предлагавшего их к продаже.
И тут новая трагедия. В Бородинской волости Можайского уезда Московской губернии преступники напали на хутор крестьянина Соловьева, начисто ограбили его, а пятерых домочадцев убили.
Обстановка в Подмосковье в целом становилась тревожной. Кто знал, в каком селении вечером появится эта страшная троица. Крестьяне решили объединиться в дружины и по вечерам устраивать дежурства. Но желающих дежурить оказалось мало. Тогда было решено вооружиться, на ночь семьям объединяться и наглухо запирать все двери. Страх поселился в сознании людей. Многие крестьянские семьи бросали дома и с небольшим скарбом потянулись в Москву. Более того, железнодорожники, которые дежурили на пустынных полустанках, отказывались в одиночку нести службу. Доходило до того, что некоторые просто заколачивали свои служебные будки, покидали небольшие домики с приусадебным хозяйством и уходили в большие селения.