Страница 22 из 40
– Только не до того, как получим по куску торта, который принесла твоя женщина, – произнес Райдер, посмеиваясь, и улыбнулся Трине. – Я влюблен в твой банановый хлеб. Если ты когда-нибудь свалишь от Нава, осознав, что он не тот, с кем ты хочешь провезти вечность, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
Трина была удивлена, что они принимают ее за подружку Наварро. Очевидно, мужчины считают, что она значит для их брата гораздо больше, чем просто женщина, с которой он занимается сексом. После того, как их нашли голыми, свернувшимися в конюшне, Трина сознавала, что Райдер и Адам знают о сексе между ней и Наварро, но они восприняли это как нечто большее. Это подсказало Трине, что Наварро, по-видимому, не поделился с ними обстоятельствами ее пребывания здесь. Взгляд Трины метнулся к Наву, но тот лишь подмигнул и улыбнулся.
– Она слишком сообразительна, чтобы бросить меня ради тебя, Райдер. Ты состоишь в группе и проводишь в дороге большую часть времени.
– Ты еще не слышала, как я играю и пою, – Райдер поиграл бровями, глядя на Трину.
Она рассмеялась.
– Ты можешь попробовать, но я – однолюбка. Ты зря потратишь свое время. – Трина решила сменить тему. – Надеюсь, вы все любите шоколад, потому что я принесла с собой «Шоколадную смерть». За него можно умереть.
Мужчины рассмеялись. Когда они покончили с ужином, Трина нарезала торт, наградив каждого из Рейнов огромным куском, а себе положила маленький ломтик. Казалось, стоило ей посмотреть на этот торт слишком пристально, и ее бедра начинали полнеть, а в джинсах становилось тесновато. Трина села, наблюдая за мужчинами, пробовавшими ее торт. Наварро застонал, потянувшись через стол к руке Трины, и сжал ладонь, прежде чем отпустить.
– Божественно.
– Вот почему этот торт назвали «смерть». Он убивает всю диету, – Трина встала, доев свой кусок. – Я помою посуду, так что ты можешь пока поговорить с братьями.
Резко поднявшись, Наварро схватил ее за руки.
– Ты этого не сделаешь. Я готовил, а ты принесла десерт, значит, Адам и Райдер помоют посуду, прежде чем отправиться в бар. – Он потянул ее в сторону гостиной. – Доброй ночи, мальчики. Увидимся утром. Не забудьте насухо вытереть посуду после того, как помоете ее.
Наварро запер дверь спальни и прислонился к ней, улыбаясь Трине.
– Привет. Наконец, мы одни.
– Привет.
– Я так сильно хочу тебя. Снимай всю одежду.
Она разделась. От волнения сердце женщины забилось чаще, а взгляд Наварро заставлял ее томиться от возбуждения. Он смотрел на Трину, как на шоколадный торт. Будто она была чем-то, к чему мужчина жаждал прикоснуться губами. Наварро скинул свои сапоги.
– Как там Уиллоу и ее малыш?
– Отлично, и здоровы, как лошади, – усмехнулся он. – Я не хочу говорить о них. Хочу поговорить о том, что сделаю с тобой этой ночью. Готова ли ты попробовать что-то новое?
– Я готова сделать для тебя, что угодно, – ответила Трина честно.
Она уже была обнажена, когда Наварро разделся. Трина открыто рассматривала его тело, наслаждаясь каждой очерченной линией мышечного пресса. Стоило Наварро остаться совершенно голым, он тут же сократил расстояние между ними, стиснув ее бедра. Он приподнял тело Трины, рывком расположив на своей груди, ее руки обвились вокруг его шеи. Рот мужчины завладел губами Трины, прежде чем она смогла вымолвить хоть слово. Трина ответила на поцелуй. Страсть, с которой Наварро обрушивался на нее, превращала колени в желе. Хорошо, что они были обернуты вокруг его талии.
Мужчина шел до тех пор, пока Трина спиной не завалилась на кровать, когда он уложил их обоих. Наварро выпустил ее, опершись на руки, чтобы не раздавить. Он усмехнулся, оторвав от Трины свои губы, и их взгляды встретились.
– Я собираюсь подняться и хочу, чтобы ты встала подо мной на четвереньки.
Она кивнула, выпуская мужчину. Когда он приподнялся над ее телом, Трина медленно перевернулась на кровати, все еще оставаясь под ним, так как его руки, удерживающие вес, ограничивали ее движения, но она все же встала на четвереньки. Наварро протянул руку, перекидывая волосы Трины через другое плечо, прежде чем пройтись по оголенной коже своими губами.
Это было великолепное чувство, когда его губы, язык и зубы терзали Трину. Наварро поднимался все выше вдоль ее шеи, и она наклонила голову, предоставив ему лучший доступ к чувствительной коже. Рука мужчины обхватила Трину за талию и спустилась ниже вдоль живота к ее холмику. Пальцы Наварро нашли клитор и стали потирать его, тут же на ощупь обнаружив, что она была влажной, а потом легко скользнули в ее набухшую плоть. Тихий стон сорвался с полуоткрытых губ Трины.
– Я хочу тебя. Никаких игр этой ночью, детка.
Она кивнула.
– Да.
Он пододвинулся, прижимаясь к спине Трины и отпустил клитор. Наварро пристроился позади женщины и обхватил свой член, направляя эрекцию в ее киску. Он вошел в Трину одним сильным толчком бедер. Это заставило женщину ахнуть, а затем застонать, когда Наварро без перерыва начал вбиваться в нее. Освободившейся рукой он уперся в кровать рядом с ней, помогая себе удержаться, стремительно входя в Трину сзади. Пальцы руки, лежащей поверх ее холмика, надавили на клитор, яростно поглаживая чувствительный комок нервов. Трина опустила голову, громко застонав в матрас, ее пальцы вцепились в постель.
Комнату заполнило их тяжелое дыхание, громкие стоны Трины и шлепающий звук врезающихся в ее задницу бедер Наварро. Вбиваясь в нее, он изменил наклон, и для Трины это стало невыносимым – новые ощущения были слишком сильными, слишком чувственными. Трина ахнула, ее тело напряглось, и она кончила, выкрикнув имя Наварро. Мужчина отозвался. Выпустив клитор, он обеими руками обхватил бедра Трины и выпрямился, еще яростнее вбиваясь в нее. Он выкрикнул имя Трины секунду спустя, в то время как его сильные бедра рванулись к ее заднице, пока он изливался в женщину, высвобождаясь.
Когда Наварро повалился на бок, он увлек за собой и Трину, оба тяжело дышали. Трина нашла в себе силы улыбнуться, ее развеселило, что Наварро так и не разорвал их контакт, даже повалив на кровать. Женщина все еще была насажена на его член. Наварро придвинулся ближе, его грудь плотно прижалась к ее спине, и он закинул поверх Трины свое бедро, удерживая на месте.
– Ты останешься на ночь, верно?
Она посмотрела через плечо, заставляя себя открыть глаза и встретить взгляд его прекрасных глаз.
– Если ты хочешь этого. Не похоже, что кто-то ждет меня дома, – она улыбнулась, чтобы смягчить слова.
Наварро вернул ей улыбку.
– Хорошо. Я еще не сделал с тобой того, чего хочу, а к тому времени, как буду готов заснуть, надеюсь, ты уже будешь не в силах пошевелиться.
– Что еще ты хочешь сделать со мной?
Он начал двигаться внутри нее, заставив застонать в экстазе. Наварро пригвоздил ее к кровати, и Трина не могла пошевелить ногами с его бедром поверх своего тела и второй ногой, удерживающей их на месте. Она не могла поверить, что он по-прежнему был тверд, но доказательство этого двигалось внутри нее, доставляя невероятные ощущения. Наварро остановился через несколько минут, а Трина уже готова была кричать, чтобы он продолжил. Она была близка к тому, чтобы кончить.
Мужчина убрал с нее свою ногу.
– Встань для меня на четвереньки и пошире раздвинь бедра, – он отстранился от Трины.
Она встала на четвереньки, раздвинув бедра, и повернула голову, наблюдая, как Наварро встает на колени. Трина действительно получала удовольствие от этой позы с ним. Когда он играл с ее клитором, одновременно трахая, это действительно возбуждало Трину. То, что он раз за разом приводил ее к оргазму, поражало женщину. Наварро знает, что такое клитор и не боится играть с ним. Она усмехнулась, подумав об этом.
– Что? – он улыбался.
– Я просто думала о том, каким же образом ты узнаешь, как заставить меня кончить.
Она заметила, что он потянулся к комоду рядом с кроватью и достал оттуда несколько предметов, но из-за того, что мужчина загородил их своей спиной, Трина не смогла разглядеть, что это. Наварро снова оказался позади нее, присаживаясь на колени, а затем придвинулся ближе, устраиваясь поудобнее. Она склонила голову, чтобы посмотреть, что он делает.