Страница 13 из 34
- Хорошо, пусть будет по твоему, я так и буду утверждать.
В палату вошел врач.
- Господа, больной нужен отдых, она еще слаба.
- Пока, Дорри
Мы попращались.
- Ребята, заходите ко мне.
- Обязательно, - сказала Гамиля.
- Что там было? - пристала Гамиля.
- Мы наткнулись на подбитый самолет, все пассажиры и летчик погибли.
- А с этой миной, правда?
- Да.
- Я так боюсь за тебя. Побыстрей бы кончился этот кошмар.
- Я тоже так хочу.
- Поехали к Шери. Расскажем ей все о Дорри. Тебя опять неизвесно когда выпустят, а мы последим за ней вдвоем с Шери.
- Ты самая лучшая женщина на свете, дорогая.
Гамиля расцвела в улыбке. Мы поехали к Шери.
Жалко что у меня было мало времени. Днем я выехал на Синай.
Утром в штабе переполох. Полковник вызвал меня в свой кабинет.
Там ждут двое в гражданском. Они здороваются и любезно предлагают закурить. Я отказываюсь.
- Вы были в самолете? - спрашивает один.
- Да.
- А корреспондентка была?
- Нет, она снимала мертвецов на земле.
- Вы что видели в с амолете?
- Мертвого пилота и ящики, много мелких ящиков.
Оба кивают головами.
- Ничего не трогали?
- Нет.
- А где были остальные танки-тральщики?
- Они стояли за холмом.
- Вы видели кисть одного мертвеца в стороне от трупов?
- Не обратил внимания.
- Корреспондентка снимала их во всех ракурсах?
- Нет, что вы? Там же кругом мины. Мы даже не протралили полосу вокруг самолета.
- Она в какой газете работает?
- "Дели Ньюс".
- Хорошо. Мы хотим еще задать вам несколько вопросов. Это касается бункера, который вы нашли. Помните?
- Да.
- За вами там ни кто не следил?
- Нет. Я никого не видел. И потом, дорога туда одна, кругом мины и с этой высоты четко видна местность вокруг.
- Вы никому не рассказывали про то, что видели и про привезенные снаряды?
- Нет, кроме полковника Али, никому.
- Спасибо вам за помощь.
Полковник пошел провожать меня. Мы вышли из кабинета и в коридоре Али сказал.
- У тебя ЧП.
- Что произошло?
- Подорвались саперы. Двое убиты, четверо ранены. Один из оставшихся свидетелей заявил, что там очень сложные минные поля, они накладываются друг на друга и попалась смесь противотанковых и противопехотных мин. Я выслал новую команду саперов.
- Значит вашим картам верить уже нельзя?
- Выходит так, - вздыхает полковник. - Ты сейчас протраль участок с подбитым самолетом, его надо вывезти от туда и готовься к Южному району. Поступилро распоряжение все работы закончить через месяц. Сюда вводяться дополнительные силы.
- Попросите у командующего, еще саперов.
- Я уже послал письменный запрос. У меня ведь тоже неприятности. Те два снаряда которые ты мне привез -украли.
- Прямо из кабинета?
- Нет, взорвали грузовик, когда он отправлялся в штаб округа.
- То-то меня ваши разведчики все выспрашивали о снарядах.
- Спрашивали? А о бункере тоже спрашивали?
- Тоже спрашивали.
- Так вот. Бункера нет. Его взорвали, когда туда прибыли наши специалисты. Бункера уже не было. Одни развалины.
Черт знает что. Кто-то опережает египтян.
Полковник заспешил в кабинет, а я у себя в кабинете вызвал Мансура и майора Махмуда.
- Господа офицеры, - обратился я к ним, когда они явились ко мне, - нам сократили сроки разминирования, поэтому мы должны пересмотреть наше планирование. Но сейчас майору Махмуду взять команду танков-тральщиков и протралить остатки вот этого района, которы й я недокончил два дня назад.
- Говорят, вы там что-то нашли, господин капитан?
- Да, там подбитый английский самолет. Его не трогать, аккуратно вокруг него протралить и сообщить сюда в штаб, чтоб выслали охрану и транспортные средства. Вам ясно, господин майор?
- Да. Я могу идти?
- Идите. А вам, господин капитан, составить карту Южного района. Если к вам пришлют дополнительно саперов распредилите их на разведку и маркировку района. Завтра можете представить карту уже северных участков?
- Постараюсь, господин капитан.
- Тогда действуйте.
В 10 утра Мансур представил мне карту северных участков. Я решил возглавить группу для траления части земель по этой карте. Мансуру и Махмуду дал остальные земли. Все шло как обычно. Барабанили осколки, взрывающихся мин, за броней бушевала смерть. Мы уже углубились на два километра, когда страшный грохот возник под днищем танка. Меня подбросила на мешках и я ударился шлемофоном в люк. Ручка вырвалась из гнезда и я руками оперся на броню башни. Затяжные противотанковые мины-мелькнула мысль и тут же второй взрыв швырнул меня на спину. Темнота поплыла перед глазами и я провалился в нее.
* ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. КТО ИЗ НАС БОЛЬНОЙ?
- Доктор, ничего сделать нельзя?
Голоса плыли из далека. До чего же знакомый голос.
- Не могу сказать ничего определенного. Может когда-нибудь все и восстановиться, но сейчас это невозможно.
- Значит калека?
- Не паникуйте, я же говорю, может все и выправиться со временем.
Через щелку глаз вижу Гамилю и белый халат другого человека.
- Он очнулся, - говорит халат.
- Александр, ты меня слышишь?
- Да, - четко говорю я и распахиваю глаза.
Слезы текут по щека Гамили и несколько капель сваливается мне на лицо. Ее голова падает мне на грудь, а я чуствую, что не могу поднять руки, что бы ее обнять. Неужели парализованы руки. Еще раз. Ни как. Теперь плакать хочется мне. Вспомнился башнер сержант Ковров, когда его парализованного выволакивал из танка. Что с ним? Теперь я такой же.
- Успокойся, что ты, - говорю я Гамиле.
А ноги вроде шевеляться, значит еще живем.
- Мне можно ходить, доктор?
- Пожалуй, да, - неуверенно говорит он.
- Ну вот видишь, а ты плачешь. Будешь теперь сама водить машину.
Глухие рыдания раздались на моей груди.
Уже месяц в госпитале. Руки не шевеляться и все попытки врачей, хоть что-то сделать ни к чему не приводят. Приходят друзья и гости. Первой примчалась Шери. Она чмокнула меня в щеку.
- Александр, милый, я все согласовала с Салимом, мы тебе выделим часть денег на леченье.
- Спасибо, Шери. Если бы знала, как я виноват перед тобой.
- Я все знаю, Александр. Не казни себя, ты вел себя тогда так, как велел воинский долг. Сабир бежал и заслужил смерти.
- А я боялся подойти к тебе, боялся сказать правду.
- Это я тебе хочу сказать спасибо. Во-первых, вытащил меня из тупика, создвнного нашим идиотским обществом, а во-вторых, познакомил с моим будущим мужем.
- Кто тебе сказал об этом?
Она поняла, что я хотел сказать.
- Аноним. Прислал бумагу, где раскрыл глаза на твои "подлости".
- Тебя сейчас не могут обидеть, если все узнают об этом?
- Уже нет. Тогда я была одна, теперь мне есть на кого опереться и пусть эти мигеры из общества шипят, мне уже на них наплевать.
- Анонимом может быть только Мансур. Он один видел все.
- Может быть, но теперь это не важно. Я хочу что бы у тебя было все в порядке.
Я потерся о ее голову щекой.
- Если бы я мог, Шери, то обнял бы тебя крепко-крепко. У нас у Русских есть пожелание: "Что бы вы всю жизнь спали на одной подушке". Пусть это будет мое пожелание тебе и Салиму.
Она вспыхнула, нежно обняла меня и ушла.
Пришел Джим с Лоли.
- Ты прекрасно выглядишь, - защебетала Лоли, - мы с Джимом нашли колдунью, она живет на границе с Суданом, говорят она лечит такие болезни.
- Ну если за меня взялась Лола, я точно буду здоровый.
- Она и мертвого оживит, - вступил в разговор Барт. - Тебе привет от Дорри.
- А что с ней?
- Ее перекололи антибиотиками, теперь это отразилось на печени. Похоже Дорри отправят домой на лечение.
- Она не может ходить?