Страница 12 из 34
- Просто. Он ничего не понимал по английски, а когда я ему показала подпись генерала на письме, он просто махнул рукой и я здесь.
- Ты чего-нибудь ела?
- Там на полке, консервы, хлеб и кола.
- А это ты кого ограбила?
- Тыловик молоденький попался, прямо из армейской лавки все и выдал.
- С тобой не соскучаешься.
- Естественно.
Я достаю консервы, хлеб, колу и, вскрыв банки, ножем начинаю есть. Поднимается Дорри, потягивается и тоже подходит к столику.
- Дай чего-нибудь мне.
Отрезаю ей кусок хлеба и накладываю ломоть колбасы. Вскрываю бутылку колы, передаю тоже. Дорри садиться рядом. Мы с жадностью голодных людей едим пищу. - Как твоя спина?
- Болит. Залей мне еще раз иодом.
- Потом. Я сейчас пойду в бараки помоюсь. Весь липкий от пота.
- А я уже, помылась. Как примчалась сюда, сразу же пошла искать воду.
- Убери все. Я сейчас приду.
Беру из шкафчика полотенце и выхожу из машины.
Дорри скинула купальник и лежит голышом на диванчике на животе. Вокруг некоторых царапин и разодранных ран появилась непрятная краснота. Я протираю ваткой с иодом все ее ранки. Наконец, все кончилось, но я невыдерживаю и опускаю обе руки вниз. Дорри сей час же отжимается на локтях и ее грудь влилась в мои ладони.
- Только по-осторожней, пожалуйста. У меня спина.
- Тогда вставай.
Мы меняемся местами. Дорри умеет из мужчины выжимать все. Пять часов она мучала меня...
Мы лежим в полудреме и пытамся еще что-то рассказать друг другу.
- Дорри, - встрепенулся я, - ты еще статью не отправила?
- Когда же. Я ее даже не писала. Завтра напишу.
- Полковник Али просил про чемоданчик ни чего не писать.
- А что там?
- Там переписка между двумя государствами.
Сразу оживляется Дорри.
- Кто с кем?
- Вот этого я тебе сказать не могу.
- Александр, сначала подразнишь, а потом в кусты.
- Тебя подразнишь. Сама кому хочешь голову оторвешь.
Разговор опять теряет нить и мы засыпаем.
Проснулся я от жары. Дорри лихо распласталась на половине моего тела. Кондиционер не выл, вышли из строя аккомуляторы. Я выбрался из под Дорри и открыл дверь. Ночной прохладный воздух и обильный свет луны ворвался внутрь фургона. Вдруг я похолодел, на полу небрежно валялись смятые документы из чемоданчика. Куда бы их спрятать? Раздумывать не приходиться и запихиваю их в щель кондиционера. Благо, что он теперь не работает.
Дорри развалилась на диване. Я ложусь на край и притискиваю ее к спинке дивана. От боли в спине она подпрыгивает, падает мне на грудь и тут же опять засыпает.
Утром Дорри уезжает. Она долго целует меня.
- Обратись к врачу, как приедешь в Каир, - говорю я ей.
- Проявлю пленки и сразу же обращусь, - отрывается она от моей шеи. Скажи, Маснсур твой друг?
- Уже нет.
- Опасайся его. Он предложил мне рассказать про тебя такое, от чего все общество Каира ахнет.
- И за что же?
- За постель, естественно.
- Это ты тогда влепила ему пощечину?
- Не только за это, но и за другое..
- Я буду умницей и последую твоему совету.
На глазах у нее вдруг появляются слезы.
- Я наверно дура. Мне кажется влюбилась в тебя до безумия.
- Это ужасная болезнь. Как приедешь в Каир обратись к другому врачу. Кстати, Дорри у тебя есть знакомые которые говорят на идишь и им можно доверять?
- Есть, а зачем тебе?
- Мне нужно перевести один секретный документ.
При слове "секретный" Дорри выпрямляется и слезы мгновенно исчезают с ее лица.
- Я могу с ним ознакомиться?
Я достаю кожанную тетрадь утащенную из бункера и отдаю ей. Дорри бегло ее просматривает.
- Похоже это журнал боевых действий. Знаешь, я отдам тебе его через неделю. Клянусь, без твоего разрешения журнал в чужие руки не попадет.
- Я тебе с трудом, но поверю.
Мы смеемся.
- Мне пора, - вдруг заспешила она. - Пока.
Дорри выскочила из фургона машины.
Полковник Али встречает меня у дверей штаба.
- Сегодня разминирования на твоем участке не будет.
- ???
- Приехали из Каира комиссия, по твоим следам поедут к самолету.
- Хорошо, я тогда пошлю саперов на южный участок, пусть уточняют границы полей.
- Я тебе предлагаю отпуск на два дня. Хочешь, поезжай в Каир.
- Хочу. Только дайте газик.
Полковник кивает головой.
- Документы возьми у писарей и отправляйся. Прихвати своего дружка, Мансура, а то изведет нас совсем.
- Есть.
У Мансура своя машина. Он быстро сматывается, а я уточнив задание саперному капитану, выезжаю через два часа.
В Каире я остановился в отеле и сразу стал звонить Гамиле.
Служанка сообщила, что госпожа с утра куда-то уехала и до сих пор не появлялась. Я попросил ее записать мой номер телефона и стал звонить к Шери, но ее тоже дома не оказалось. Пришлось сходить в ресторан поужинать в одиночестве и завалиться в номере на шикарную кровать.
Меня разбудил звонок.
- Але... Это я, Гамиля. Как, прямо сейчас? Хорошо, выезжаю.
Гамиля ждала меня у дверей. Она сразу же обняла и поцеловала.
- Как я соскучалась по тебе, Александр.
- Разве ты одна дома?
- Нет, отец дома, но он спит, а служанка ушла.
Я потерся своим носом о ее нос.
- Здравствуй, радость моя.
Она засмеялась. Я поднял ее на руки и понес наверх.
- Где ты была?
- Мы с Шери, Салимом, Лолой и Джимом были в ресторане. Кстати, слышал новость, Дорри в больнице. Джим сказал, что она ездила к вам на Синай, а после, когда возвратилась, здесь в Каире ей стало плохо.
- Что у нее?
- Заражение крови.
Я остановился на верхних ступеньках.
- Она жива?
- Джим говорит, откачали.
Мы опять начали шествие наверх. На кровати Гамиля резвилась как ребенок. Мы так устали от любви, что утром проспали приход служанки и отъезд генерала. Гамиля пошла заказывать завтрак, а я пошел бриться и мыться в ванну. На стенке висела аптечка и мои руки залезли рассматривать бутылочки и порошки с арабскими и английскими надписями. Бутылочка "Дарамизола" на английском языке, показалась мне самой лучшей и выкинув из нее все пилюли, засыпаю свои М-801, которые пригоршней вытащил из кармана. После этого бутылочку становлю на место и продолжаю мыться.
Гамиля дала мне телефоны Джима, но его нигде не было и только позвонив к Лоле, я узнал, что он у нее. Джим дал мне адрес частной больницы, где лежала Дорри.
- Поехали к ней? - предложил я Гамиле.
Она кивнула головой.
Нас долго не могли пропустить к Дорри, наконец переговорив с главным врачом, мы очутились в ее палате. Дорри пожелтела, но в глазах мелькнул блеск, когда она увидела меня.
- Привет, Дорри, - Гамиля подошла к ней и поцеловала в лоб.
- Здравствуйте, ребята. Вот сплоховала. Александр от мины спас, а от заразы нет.
- Что произошло? - заволновалась Гамиля.
- У них такая мина есть поганая, называется попрыгунчик. Я нечаяно задела ее, а Александр сбил меня с ног и этим спас. Мина взорвалась в воздухе и осколки прошли мимо, зато при падении ободрала о камни спину.
- Ужас-то какой.
- Ты статью написала? - спросил я.
- Да и уже отправила главному редактору.
- А негативы, тоже?
- Да, а что?
- У тебя кадр был, где трое мертвецов с чемоданчиком?
- Какие мертвецы? - ахнула Гамиля.
- Я потом тебе все раскажу. Дорри, ты не помнишь?
- Были. Ох и дура же я, ведь ты просил меня, что бы я не раскрывала этот факт. Что же теперь будет?
- Можешь позвонить редактору и попросить уничтожить эти негативы.
- Думаю уже поздно. Редактор имеет вот такой нюх, только заикнись, тут же начнет копать.
- Теперь начнуться неприятности.
- Для тебя?
- Для всех нас. Только если мы будем утверждать, что чемоданчик только видели, но его не брали и твердо будем на этом стоять, можно еще всего избежать.