Страница 61 из 71
– Гарик, лучше не говори мне этого. Я ему жена и не хочу слышать о нем гадости… Он рассказывал мне об этой ситуации совсем по-другому.
Оба тяжело вздохнули. Гарик выругался.
– И что мне теперь делать? Со мной всё оговорено. Я должен какое-то время подержать тебя у нас. Сама знаешь, что ничего хорошего с тобой там не произойдет. Мне уже практически уплачено…
– У меня нет сейчас денег,– честно ответила Рита, решив, что Гарик предлагает ей перебить заказ Жанны.
– Да не в деньгах дело.
– Гарик, послушай… Когда вы были у меня на Державинской, я знала, что действительно должна. Тогда, я поступила честно. Я вернула деньги.
– Я помню. И даже знаю, что товар ты тогда действительно выбросила в окно… Нашлись потом свидетели, и товар нашёлся, но деньги ты уже отдала…
– Суки,– Рита не удержалась,– если б ты знал, чего мне стоило найти тогда эти деньги.
– Я знаю,– Рита не удивилась, эти люди могли узнать все что угодно,– до сих пор не могу простить себе этого. Мы когда узнали крепко от…ли того подонка.
Риту передернуло при воспоминании о своем первом мужчине.
– Выходит, что вы мне должны деньги, ведь товар-то найден…
Оба мрачно рассмеялись, понимая дерзость Ритиной шутки.
– Сумасшедшая, под любыми процентами та сумма получится на порядок ниже этой.
– Я понимаю…
– Будешь должна мне одну услугу,– Гарик в упор посмотрел на Риту, подойдя к ней почти вплотную. В глазах девушки он прочитал нечто, неподдающееся описанию. Это не было отчаянье, не был страх, не было также презрение, это было беспокойство за мир собственных рушащихся иллюзий. Гарик вдруг сдался. – А, – махнул рукой он, – Ничего ты мне не будешь должна. Только так, если еще хоть раз влипнешь… Я помогать не буду. Свой долг перед тобой я возвращаю сейчас.
И оба поняли, о чем идет речь. Они собирались докурить и вернуться на кухню, как вдруг оттуда донесся грохот и маты. Пулей влетев в кухню, Рита застала страшную картину. Вырывающегося Алексея крепко держал Олежка. Окровавленный нож, явно выбитый из рук Алексея, валялся возле стола, Жанна с окровавленной щекой с воплями бросилась за спину Гарика:
– Он сумасшедший, хватайте девчонку, пошли отсюда!!!– кричала она.
– Мы не будем заниматься этим делом, Жанна, я разберусь с твоими долгами и ты сегодня же уедешь из города,– спокойно произнес Гарик,– живо иди одевайся, мы сейчас выйдем,– прикрикнул он. В кухне остались лишь четверо. Гарик спокойно двинулся к все еще вырывающемуся Алексею. Рита преградила ему дорогу.
– Не надо, Гаричек, я сама,– она взглянула на мужа. Ее большой и сильный Леша, гонявший в детстве всех дворовых хулиганов, побеждающий в универовских драках, выглядел маленькой тряпичной куклой в объятиях улыбающейся горы мускул.
– Леша успокойся,– неуверенно произнесла она, глаза мужа были совершенно безумны, с его губ стекала пена бешенства.
– Сука! Какая она сука!– кричал Алексей,– Рита беги, беги от них!!!
– Леша успокойся,– Рита истерически повысила голос. Потом взяла себя в руки, умело размахнулась и залепила Алексею пару пощечин. Он вздрогнул, нервно замотал головой, после чего в глазах его появилось осмысленное выражение.
– Успокойся,– повторила Рита,– все уже хорошо,– и усадила Алексея на табуретку, приняв его из рук, уже ослабившего хватку, почувствовав успокоение пациента, Олега. Рита проводила молчащих гостей до двери. Спокойно закрыв ее, Рита опустилась на колени и тихо заплакала. Леша поднял ее и тревожно заглянул ей в глаза. Он уже пришел в себя.
– Ты обманул меня,– тихо прошептала девушка, дрожащими губами,– это,– она кивнула на дверь,– был твой долг.
– Ты не веришь мне,– Леша почему-то вспылил,– каким-то Гарикам веришь, а мне нет?!
Рита мягко отстранила его, прошла в кухню и принялась молча мыть посуду.
– Заюшка… Что ты пообещала им взамен?
– Мы никогда больше не будем разговаривать на эту тему, слышишь,– Леша кивнул,– и еще, ты никогда, ни у кого больше не будешь занимать денег! Ты обещаешь?
– Обещаю.
Рита ушла спать, завтра рано утром надо было идти на работу.
Жизнь шла своим чередом. Прошло уже полтора года с того момента. Внешне все забылось. Рита уже привыкла. Она даже пыталась внушить себе, что она счастлива. Кажется ей это удавалось. Она почти рассчиталась за свою квартиру, и собиралась, в качестве сюрприза, когда выкупит ее полностью, позвать Алексея переселяться к себе. Любила ли она его? Теперь Рита с уверенностью могла сказать, что любви на свете в принципе не существует. То, что испытывает к ней муж, было ничем не большим, чем обычное самовнушение. Самой любви нет, есть лишь потребность любить кого-то, поэтому люди и женятся, живут вместе. Часто думая о своих отношениях с Владимиром, Рита пришла к выводу, что столь острые чувства были вызваны всего лишь авантюризмом обоих. Этого было нельзя, а посему это было, и было здорово. Кроме того, ведь её отношения с Володей никогда не были полными, поэтому и длились так мучительно долго. Потому Рита и помнила Морозова до сих пор – из-за незавершенности, из-за незаконченности. Рита даже убедила себя, что, если б они с Володей хоть раз позволили себе забыть о сковывающих их факторах и отдаться страсти постельных отношений, то на этом все их чувства и закончились бы. Всё, что можно испытать вместе было бы испытанно, и оказалось бы совершенно ничем не отличающимся от всех других подобных советов.
– Рита, у меня есть шикарный шанс получить огромную прибыль… Пока не буду рассказывать, но обещаю, заюшка, скоро у тебя будет своя квартира. – Алексей, примчавшийся откуда-то из недр своих взбалмошных дел, прервал Ритины размышления.
Про себя Рита рассмеялась: “Надо же, не соврал”.
– Нет уж, лучше расскажи, а то опять наделаешь глупостей… – попросила она.
– Ну, заюшка, ну я же тебя просил никогда не разговаривать со мной в таком снисходительном тоне.
– Господи, ну почему же я должна притворяться и не говорить тебе, что я думаю, а?
Леша явно был озадачен очередной идеей. Он взял листочек и начал что-то сосредоточенно считать.
– Знаешь,– вдруг сказал он,– если бы на твоем месте был кто-то другой, я бы давно сбежал.
– Неужели?
Алексей явно собирался с силами, чтобы сказать что-то очень важное.
– Понимаешь, ты никогда не рассказываешь мне ничего, ты замкнутая…
– Я просто самодостаточна.
– Да нет, просто ты не любишь меня, так ведь?
– Опять эти люблю, не люблю… Леш, прекрати…
– Я не могу прекратить… Я не могу! Я люблю тебя и готов кричать об этом на весь город.
– Зачем? О любви не надо кричать…
– Тьфу ты, я знаю, но, быть может, если я буду кричать ты, наконец, поймешь это…
– Я понимаю…
– Ты понимаешь по-своему.
– Леш, ну что за ссора на ровном месте, а?
– Для тебя чувства – это ровное место… – он чуть не плакал.
– Господи, ну ведь ты уже стал сильным… Зачем же ты опять начинаешь канючить и ныть.
Алексей стукнул кулаком по столу и ушел в комнату, Рита пожала плечами, продолжая резать лук.
– Я чувствую себя рядом с тобой ничтожеством,– Алексей вернулся и закурил.
– Ну да, конечно, самим своим существованием, собственной удачливостью я унижаю тебя,– Рита впервые за последний год разозлилась на него по-настщяему.
– Да не удачливостью, причем здесь это… Бесчувственностью.
– Тогда почему же ты со мной, раз тебе так плохо?
– Потому, что я люблю тебя… Потому что иногда, когда вместо холодной и чужой ты превращаешься в любящую и родную я задыхаюсь от счастья…
– Послушай,– Рита впервые осознала, как тяжело Алексею жить с ней,– я не считаю себя виноватой, потому что все что я говорю – правда. Заметь, ведь ты действительно вот уже несколько лет живешь почти полностью за мой счет.
– Ну, ты же знаешь, у меня были неприятности, я сейчас становлюсь на ноги… И потом, при чём тут деньги?!
– Даже маленькие дети в годик уже ходят, а вот в два уже даже бегают.