Страница 4 из 27
— Я должна идти. Отец ждет меня дома.
Она дарит мне робкую полуулыбку, обходит меня и садится в свой внедорожник.
Я позволяю ей уйти, потому что у меня нет слов. Она не замужем. Эрнестин говорила, что мистер Мейсон живет со своей женой и детьми. Я не ожидал, что она окажется его дочерью. Понятия не имею, сколько ей лет, но собираюсь выяснить. Она живет со своим отцом. Облегчение наполняет мое тело. Черт, надеюсь, что она совершеннолетняя. Я буду ждать ее, несмотря ни на что, потому что знаю, что она не может быть настолько молодой. Наверняка, ждать не больше года.
Бобби, черт бы его побрал, хихикает. Я поворачиваюсь и смотрю на него таким убийственным взглядом, что он должен был уже сбежать отсюда, но бесстрашный помощник шерифа со смехом говорит мне:
— Ей двадцать один год. Удачи, мужик. Она привлекла внимание каждого свободного парня, который видел ее сегодня. Ее отец — какая-то шишка из Финикса, вот почему я помог ей. Она приглянулась Девину, Кольту, Джои и Элайдже.
— Она моя, — рычу я.
Я должен был обозначить это. Демонстрация силы раньше никогда не являлась частью моего делового поведения, и, учитывая это, я не могу поверить в то, что сделал. Так или иначе, это ни имеет значения: те парни должны знать — Лили для них недоступна.
— Вас понял, мистер Давенпорт.
Он идет к своей патрульной машине, продолжая хихикать себе под нос, а я возвращаюсь к своему грузовику. Она ушла, таким образом, мне незачем там оставаться. Дорога очистилась, пока мы разговаривали, и теперь я должен ускориться, чтобы добраться на работу вовремя.
Всю дорогу Лили не выходит у меня из головы. Заезжая на свое парковочное место, я вижу свою помощницу. Ее глаза широко открыты и она смотрит на меня так, словно все же боялась, что я не приду. После вчерашнего разговора, я уверен, что сегодня она должна была появиться возле моей двери с куриным бульоном или еще с каким-то дерьмом.
— Спокойно, Дана. Я человек. И могу опоздать.
Я прохожу мимо нее, потому что она смотрит на меня так, как обычно — голодная и жаждущая мой член. Я готов был уволить ее в прошлом году, но она действительно упорно работает для меня. Я догадываюсь, что она думает, будто я влюблюсь в нее, но этого не случится. Она милая женщина моего возраста, но, как по мне, у нее слишком скучный характер. Особенно теперь, когда я нашел своего снежного Кролика…
Я сижу за своим столом, пока мои сотрудники начинают делиться идеями и потенциальными возможностями, но все, о чем я могу думать — моя маленькая белоснежная Лили. Ее лицо раскраснелось от холода, но я не могу дождаться ее румянца, после того как оттрахаю ее. Я не обращаю внимания на мужчин передо мной, поскольку уплываю в мечты о том, как однажды, холодной зимней ночью, она окажется у моей двери с какой-то просьбой. И я поступлю, как любой другой хороший сосед — приглашу ее войти и согреться. Тогда я буду держать ее в своем доме, так же, как держало чудовище красавицу Белль. Я готов даже обустроить библиотеку для ее удовольствия — что угодно, лишь бы было похоже на сказку. У меня будет она.
Кеннет прерывает мои фантазии:
— Итак, вы думаете, это сработает?
— Послушайте, оставьте мне свои отчеты, я посмотрю их позже. У меня сейчас голова от боли лопнет, я не могу сконцентрироваться. Я прекращаю заседание.
Они все в шоке смотрят на меня, но я поднимаю бровь, давая им понять, что не стоит даже спрашивать. В прошлом я никогда не брал выходной, так как пять лет тому назад унаследовал компанию от своего дяди, поэтому понимаю их беспокойство. Что бы ни случилось, я был здесь, работал в холод, жару… всегда, при любых обстоятельствах.
Концентрация на работе помешала мне стать подобием своих родителей и превратиться в наркомана. Я знаю, что превращаюсь в своего дядю, старого скрягу. Прошлое десятилетие я провел, беспокоясь о неспособности уравновесить свою жизнь. Мне едва исполнился двадцать один год, когда прямо со дня рождения, меня, в невменяемом состоянии, упекли в тюрьму. После этого я пообещал себе, что не буду пить снова. Так что с вечеринками были покончено. Искушение может разрушить человека, и я знаю — Лили, возможно, мое разрушение. Но все же я готов рискнуть.
Теперь мой дядя выглядит намного лучше, чем когда я встретил его. Мы не были знакомы до моих двадцати двух лет. Я был сантехником, когда меня попросили приехать в этот особняк и починить кое-какие неисправные трубы. Поскольку дело было в соседнем городе, проблем это не создало. В первый раз, когда я встретил Джона Давенпорта, я понятия не имел, кто он. Мои родители никогда не упоминали о нем, потому что задолго до того как я родился, у них были какие-то проблемы и они умерли прежде, чем смогли их исправить. Джон также не знал обо мне. Только потом мы осознали свое родство. Он не мог поверить, что родители отказывались говорить мне о нем. Он действительно отличный парень. Он усердно работал, чтобы иметь возможность рано уйти на пенсию.
Когда прошел шок от взаимного узнавания, все улеглось и встало на свои места. Всю свою жизнь мой дядя посвятил работе, таким образом у него никогда не было детей, и он так и не нашел женщину, на которой хотел бы жениться. Даже при том, что я взрослый мужчина, он относится ко мне, как к собственному сыну. Открывая двери своего дома и предоставляя шанс поработать в своей компании, он словно дал нам обоим шанс начать новую жизнь. Именно из-за него я стал тем, кто есть сегодня.
— Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете, босс, — мурлычет Дана.
Теперь, и правда, болит не только та голова, что в штанах. Я не встаю, пока все сотрудники не выходят из кабинета, ведь мой член создает огромную выпуклость в штанах. Я знаю, что Дана не возражала бы увидеть ее, но это не предназначается ей. Все это для моей Лили, которая получит это, как только я смогу заполучить ее в свой дом. Это было давно, но я все еще знаю как трахаться. У нас с Лили будет восхитительный секс. Я уверен в этом.
Только десять утра, и все же я заканчиваю дела. Не могу ни на чем сконцентрироваться, а будучи инвестором, концентрация просто необходима. Возможно, после того как мой член перестанет быть главным, я буду в состоянии вернуться на путь истинный. Так почему я чувствую, что это будет невозможным? Я никогда не хотел киску так сильно, даже когда был подростком и мои гормоны бушевали.
Так как я достаточно замкнут, я уверен, о моем поведении будет судачить весь город. Несмотря на то, что у меня не было соседей на протяжении трех лет, я не стану приветливей. Я знаю, что должен буду проехать мимо ее дома, прежде чем доберусь до своего, поэтому решаю остановиться. Наблюдение за ней — теперь моя миссия. На самом деле мы толком и не пообщались в прошлый раз, но это произойдет сегодня.
Я подъезжаю к их дому, когда другая машина, выезжая с улицы, проезжает мимо меня. В машине я вижу мужчину, женщину и каких-то детей позади. Возможно, у моего Кролика есть родные братья или сестры, она не очень много о себе рассказала, перед тем как сбежать.
Я паркую свой грузовик за большой елью. Хочется заехать к ним, но я стараюсь не быть похожим на преследователя-маньяка. Я сижу и раздумываю о законном оправдании своего внезапного визита, но ничего не могу придумать. Я уже собираюсь уезжать, когда она выходит из дома и направляется к своему внедорожнику. Лили не замечает мой грузовик, поэтому хватает то, что ей нужно, и возвращается обратно в дом. Она всего в паре шагов от двери, когда большой взрыв сотрясает их дом и отбрасывает моего Кролика в сторону. Я выпрыгиваю из грузовика и бегу к ней.
Лили
Не могу поверить, что отец отправил меня сюда для того, чтобы постучать в дверь нашего, предположительно грубияна, соседа. Я не хочу иметь дело со старым маразматиком и его поведением. Если бы не возможность сбежать от моей ужасной мачехи, я бы не приехала. Я плетусь по дороге к дому на холме, но внезапно начинаю нервничать. На небольшом участке подъездной дорожки снег растаял, видимо, от двигателя, но повсюду все укрыто белоснежным покрывалом. Я вынуждена стучать в дверь потому что, хоть это и особняк, я, блин, не могу найти дверной звонок. Это место напоминает мне дом Чудовища из сказки «Красавица и Чудовище». Здание большое, темное и очень непривлекательное, и все же я должна быть здесь. Я начинаю беситься, замерзая и стоя тут. Уже собираюсь уйти, но вспоминаю, что это важно для моего отца.