Страница 54 из 78
С подоспевшим Антоном мы связали ночного гостя. Лидия так и не проснулась, но, слава Единому, была жива. Конечно, если ее состояние можно было назвать жизнью.
— Антон, бегите в громаду, пусть присылают стражников.
Юноша нерешительно посмотрел в сторону сестры.
— А если они захотят увидеть Хриз?
— Скажем, что слегла от нервного потрясения. Не волнуйтесь, я с ними разберусь.
— Я не могу… Сестра может быть против…
— Мне оставить его до ее пробуждения? — раздраженно поинтересовался, кивая на бесчувственное тело. — А если он повторит попытку?
Антон нерешительно топтался. До моего слуха донеслось негромкий скулеж и царапание.
— Кстати, у вас в доме собака?
— Да, только не проговоритесь. Лидия велела от щенка избавиться, только его ведь никто не возьмет с такой лапой… У себя в комнате прячу. Было слышно, да?
— Это он меня разбудил. Идите уже.
Антон ушел, оставив меня наедине с пленником. Руку я перемотал подвернувшимся в ванной комнате полотенцем, мимоходом подивившись завешенному зеркалу. Там же взял кувшин с водой и вернулся к гостю. Вылил на него воду, в которой почему-то оказались лепестки цветов, и встряхнул, приводя в сознание.
— Кто тебя послал? Говори!
Наемник смотрел на меня мутными от боли глазами и молчал. Кровь с разбитого носа успела застыть неопрятными сосульками в его куцей козлиной бородке.
— Позволь тебе объяснить, что произойдет дальше. Сейчас прибудут стражники. Я могу заявить, что ты всего лишь пытался ограбить дом госпожи Хризштайн. Думаю, ты знаешь, что тебе грозит. А могу сказать, что ты пытался по заказу кардинала Ветре убить меня. Что с ним в сговоре. Мне достаточно упомянуть, что ты помогал ему с Заветом, и все. Твоя жизнь не будет стоить и медного гроша. Только от тебя зависит, что я скажу.
— Что ты хочешь? — пробормотал наемник, прикрывая глаза.
— Где кардинал? Укажешь, где он скрывается, и умолчу о твоем нападении.
Я не торопил его, спокойно разглядывая неудавшегося убийцу. Зачем кардинал послал его убить Лидию? Из мести? Или целью был я?
— Что с ней? — головорез кивнул головой на Лидию. — Она даже не шевельнулась, когда…
Я выдержал многозначительную паузу, чтобы прозвучало убедительней.
— Твое счастье, что госпожа пьяна настолько, что… Что не прирезала тебя самолично. Она бы точно не стала с тобой церемониться. Или кардинал тебя не предупредил?
— Я не знаю, где кардинал, — выдавил наконец наемник.
— Зачем он послал тебя?
— Убить ее.
— Зачем?
— Он не объяснил. Просто велел убить.
— Где вы встречались?
— В трактире «Пьяный гусак».
— Это где?
— Рядом с Академией. Зуб даю, ничего больше не знаю! — в его голосе звучала мольба.
Кардинал вот так запросто разгуливает по городу? Или же прячется где-то поблизости? Минуточку, ведь в документах помчицы Малко была указана земля рядом с Академией, часть из которой должна была отойти ему. Я вскочил на ноги. Конечно, Лидия наследовала и эту землю тоже, а вместе с ней уплывала добыча кардинала. Но на что он надеялся, если его ищет Святой Престол?
Передав наемника хмурым стражникам, я вернулся к Лидии. Антон рвался меня заменить, но сон все равно уже прошел, поэтому я отправил юношу досыпать. Дыхание Лидии было все такое же редкое и неровное, я подтянул одеяло на ней до самого подбородка, осознавая, что веду себя глупо, невозможно им согреть, можно только не дать остыть еще больше. Сжал безвольную ледяную ладонь в своей руке, стремясь согреть хоть немного. Мне казалось, что замедленное сердцебиение напрямую связано с температурой тела. Может, положить грелку? Или попробовать утром опустить ее в теплую ванну, чтобы не допустить остановки сердца? Надо будет поинтересоваться у Антона, помнит ли она себя во время приступов, осознает ли действительность во время такого сна.
Потом мысли поменяли направление. С утра отправлюсь прямиком к епископу и поделюсь своими предположениями относительно местонахождения кардинала. Или поехать прямо сейчас? Если кардиналу станет известно, что его план провалился, он может попытаться уехать из города. Часы показывали половину четвертого утра, но в комнате было настолько серо и тускло, что глаза сами собой закрывались. Успокаивая себя, что прикрою их всего лишь на пару минут, я не заметил, как провалился в крепкий сон без сновидений.
Из него меня выдернул болезненный пинок по колену.
— Развяжите немедленно! — Лидия исхитрилась сползти с кровати ровно настолько, чтобы достать до меня ногой. — Быстро!
Слава Единому, она проснулась! Голова спросонья плохо соображала, но я расправил одеревеневшее от неудобного кресла тело, отцепил один узел веревки с кровати, потянулся за другим. Лидия освободившейся рукой меня опередила, мигом стянув с себя все веревки. В единый момент схватила меня за руку и накинула на запястье узел, затянув его. Я слишком поздно понял, что она задумала, потому что через секунду и вторая рука оказалась стянута в захвате веревки, а следом она толкнула меня, опрокидывая на кровать. Окончательно проснувшись, я рванул путы, но узлы на изголовье кровати увязли еще больше, больно пережав запястья.
— Какого демона вы творите!
Лидия ничего не ответила, прижав меня к постели собственным весом, склонилась к моему лицу и зло зашептала:
— А какого демона вы делаете у меня в комнате, а? Вам что было велено… Кысей? Я ведь могу вас так называть? Или слишком фамильярно? — Лидия откровенно издевалась, я чувствовал ее горячее дыхание у себя на коже.
— У вас был приступ, я всего лишь…
Я дернулся, потому что она впилась поцелуем в шею и прижалась ко мне всем телом. Как же глупо попался!
— Какие к демону церемонии в нашем положении, верно? — ее лицо оказалось напротив моего, глаза пугали величиной зрачка.
— Прекратите немедленно! Я требую…
— Что же мне с вами сделать? — с ужасом почувствовал, как Лидия начала неспешно расстегивать пуговицы моей рубашки. — На что покуситься? На вашу драгоценную честь? А может, вот на эту роскошь, а?
Она запустила пальцы в мои волосы и хрипло рассмеялась, что взбудоражило рассудок, против воли возвращая забытые желания.
— Не смейте, — голос позорно дрогнул, ее ладонь уже легла на мою обнаженную грудь и провела по контуру священной татуировки.
— А почему бы не получить все? Но начну я пожалуй с…
Ее рука скользнула к поясу брюк, и я отчаянно забился, пытаясь скинуть с себя Лидию. Несмотря на почти болезненную худобу, она казалась невероятно тяжелой, вцепившись в меня мертвой хваткой. Больно ныли растревоженные раны.
— Не торопитесь, господин инквизитор, вам же некуда спешить… — ее губы продолжали ласкать мой живот, неумолимо спускаясь все ниже. Тело предательски откликалось на ее обжигающие поцелуи, но не менее жгучим был и стыд.
— Послушайте! — дыхания не хватало, казалось, вся кровь прилила к вздыбленной неисполнимым желанием плоти. — Это насилие, слышите! Прекратите немедленно! Или мне надо звать на помощь? Вы хотите, чтобы вас увидел брат?
Она на секунду оторвалась, чтобы томительным в своей небрежности движением распустить волосы.
— Он нас не увидит, не волнуйтесь. Вы же захлопнули дверь, верно? Пока найдет ключ, пока вернется, столько всего можно успеть… Да и не побежит он вас спасать…
Прохладное золото ее волос растеклось по моей коже, вырвав из груди стон позорной слабости. Я отвернул голову, не в силах смотреть вниз, на творимый помимо воли блуд, и отчаянно пытаясь придумать. Придумать хоть что-нибудь, но остановить ее. Я должен остановить, пока не поздно. Пока она не зашла слишком. Не зашла слишком далеко. Пока она…
— Пока вам холодно, — судорожный вздох. — Пока нет дыхания. Пока нет сознания. Эти симптомы… Я их знаю.
Она замерла, и я смог перевести дух. Боже Единый, как же я не хочу, чтобы она останавливалась!