Страница 27 из 78
Ей было семь лет, когда грянула Катастрофа, и ее приютили чужие люди, в четырнадцать ей впервые позволили взять в руки оружие (это был фламберг, так полюбившийся после и ставший ее постоянным спутником), а в восемнадцать - объяснили цель всей ее жизни. Таша не сопротивлялась, ведь люди, указывающие путь, спасли ее от более плачевного исхода – от смерти. Она была обязана им жизнью, и она была готова заплатить это любую цену.
Их жилищем был город ветра, хотя лучше бы его назвать городом песка. Таша так и называла это место. Город песка – вечный, неустанно выживающий и невероятно жаркий. Вокруг него была пустыня, казавшаяся бескрайней и беспощадной. Яркое солнце слепило, заставляя щуриться и прикрывать глаза рукой. Таша хорошо помнила, что в первое время буквально слепла, когда старейшины давали задание упражняться прямо среди жаркого дня. Ей приходилось держать глаза закрытыми. И это обострило все остальные ее чувства, на которые теперь полагалась воительница.
Народ песочного города – худые, сухие и загорелые люди - обосновался рядом с единственным оазисом в округе. Они сделали островок воды и зелени своим храмом, возведя единственное каменное сооружение, где стоял алтарь бога ветра, которому поклонялись местные.
Только люди, избранные старейшинами, имели право приближаться к оазису и храму. Таша не была одной из них. Она являлась обычной жительницей города песка, за тем лишь исключением, что была отмечена старейшинами и знала, что на нее у них есть свои планы. Они спасли ее после Катастрофы, дали кров, еду и питье - возможность жить. Взамен Таша стала их оружием. Если нужно было отправиться на разведку, то она без сомнений и промедлений соглашалась. Несколько раз подобные походы в пустыню почти оканчивались гибелью девушки, но раз за разом что-то заставляло ее найти дорогу обратно. Зов сердца или же божественное вмешательство? Таша не знала. Единственное, что воительница знала наверняка – это знание давало ей силы жить и совершенствоваться – то, что придет время, настанет час затмения, и ей нужно будет отправиться в свое последнее путешествие.
Старейшины обозначили ее цель ясно и четко. Это было словно высечено незримым клинком в мыслях Таши. На потрепанных бумагах, в которых содержались необыкновенные предсказания и пророчества, было ясно сказано, что настанет час, и дети небесных светил придут из далеких земель, способные изменить сложившуюся жизнь людей и обладающие силами сплотить оставшиеся на Земле народы. Но их благословенные силы могут стать всеобщей погибелью, ведь стихийные боги еще недостаточно наказали людей. Так думали старейшины, и Таша всегда чувствовала желание скривиться при высказанных вслух этих словах. Это было крайне несправедливо. Но старейшины настаивали. Что значат тринадцать лет спокойствия после Катастрофы по сравнению со столетиями страданий и мучений, которые причинили люди природе и планете в целом? Старейшины города песка были крайне убеждены в том, что нельзя допустить того, чтобы дети небесных светил исполнили свое предназначение. Хилый, слабый мир лучше любой войны. И если после первой Катастрофы совсем небольшое количество людей все же выжило, то после второй – не останется никого. Земля станет девственно чистой и невинной, какой была лишь в мгновения своего рождения.
- Стихийные боги будут ликовать, но кто же будет им молиться? Воспевать их имена и устраивать ритуальные празднества? Их алтари и храмы опустеют, никто не обмолвится и словом об их величии. Тишина накроет планету. И тогда кем станет пастух без своей паствы? – задавалась немым вопросом Таша, но вслух, конечно, этого не произносила. Подобное могло бы огорчить старейшин. Воительницу вообще приучили ценить тишину и молчать, ведь молчание – золото. А в разговорах нет истины. Истину можно увидеть лишь в глазах говорящего, в его мимике и еле заметных сигналах тела. Таша стала превосходным специалистом в науке человеческих сигналов. Никто из жителей города песка не смог бы сравниться с ней ни в бою на клинках, ни в навыках выслеживания. Разговаривая с городскими жителями, воительница явственно видела их пороки и плохие, злые мысли. Это заставляло отмалчиваться, хранить их тайны и грязные секреты, становиться сундуком таинств – ящиком Пандоры. Это медленно уничтожало веру Таши в людей и человеческий род, она все больше сторонилась даже мимолетных разговоров, отдавая предпочтение тренировкам и походам в разведку в полном одиночестве. Это закаляло, делало жестче и сильнее. Все это было частью подготовки к выполнению главной и единственной важной миссии Таши.
Когда настанет час солнечного затмения, ей будет необходимо отправиться в свой последний путь. Воительница знала, что это могло значить. Уйдя из пустынного города, девушка никогда больше не сможет туда вернуться. Ее целью было остановить детей небесных светил из пророчества, о дальнейшей судьбе девушки старейшины никогда не упоминали в своих речах. Все было ясно без слов, ведь в городе песка убийство считалось тяжким преступлением. Никто не имел право отнимать жизнь другого человека. А если кто-то и отнимал, то его ждала незавидная участь – кратковременная вечность в пустыне, полной сожаления и холода по ночам. Таша почтенно чтила законы своего города, поэтому даже и помыслить не могла о возвращении после осуществления миссии. Она не думала о том, что будет после. Потому что «после» для нее не существовало. Была только цель, и Таша день за днем готовила себя к последнему выходу из города.