Страница 23 из 78
- Тогда объясни мне, Мартин Вуд, если тебе не понравились ухаживания Финна за мной, и если ты набросился на меня с поцелуями просто от скуки, какого черта тебя вообще все это волнует?
- Меня и не волнует, - тихо ответил Мартин. Больше в его взгляде не было недовольства. Была какая-то странная усталость. Но это только сильнее разгневало Уну. Она сжала руки в кулаки, сдерживая себя что есть сил. Внутри бушевал гнев, готовый вырваться в любую минуту на свободу. Уна одновременно боялась и хотела этого.
Наступила тишина. Травница ощущала, как все внутри нее пылает огнем обиды. Глаза заволокла пелена злости, казалось, что она готова просто наброситься на Мартина с кулаками. Где-то совсем рядом снова послышался шум воды, но Уна не придавала этому значения. Учитывая то, что она теперь является Слышащей богини леса и трав, неудивительно, что ей то и дело слышатся разные необъяснимые звуки.
- Уна, - Мартин сделал шаг в сторону девушки и протянул руку, пытаясь дотянуться до ее щеки. Травница вспыхнула гневом и отвернулась.
- Не смей прикасаться ко мне, - отчеканила девушка, а потом гордо пошла вперед, мысленно надеясь, что Вуд поймет, что сейчас ее лучше не тревожить. Наверно, он все же понял это, потому что последовал за ней в полной тишине.
Они так и не устроили привал и шли всю ночь. Уне несколько раз казалось, что что-то не так. Ветер был слишком холодным, и она продрогла до самых костей. Деревья не спасали от холода, травница даже стала замечать, что под ногами уже появляются опавшие листья. Это могло значить лишь то, что наступала осень. Самое промозглое время года.
Пару раз Мартин пытался завести с ней беседу, но Уна стойко игнорировала его, хотя было откровенно нелегко. Тон Вуда вдруг стал каким-то извиняющимся, ласковым и спокойным. Но и это не смогло разжалобить травницу. Она была обижена, и обида эта была все еще сильна.
На следующее утро Мартин все же заставил девушку остановиться на отдых. Она молча кивнула и, облокотившись о дерево, прикрыла глаза. Есть не хотелось. Хотелось просто уснуть, а проснувшись оказаться в теплой кровати. Травница как будто наяву ощущала жар от костра в хижине Финна. Там было уютно, да. В ее собственной хибаре вряд ли будет когда-нибудь также.
- Тебе нужно хоть немного поесть, - заявил Мартин и протянул девушке кусок хлеба с сыром. Уна приоткрыла глаза и с усмешкой посмотрела на него.
- Ешь свой хлеб сам, Вуд, у меня есть мои травы. И если я захочу поесть, то я сама позабочусь об этом, не сомневайся.
- Ох, ну хватит, - покачал головой Мартин и уселся рядом с травницей. Девушка вздрогнула, скривилась, но все же решила, что убегать не будет. Это, в конце концов, он пришел на ее место, ему и уходить. – Ты же знаешь, что я не собирался тебя обижать, Уна.
- Тем не менее, у тебя это отлично получилось, - пожала плечами девушка. От близости тела Мартина было не по себе. Гнев почти полностью исчерпал себя. Травница ощущала тепло своего спутника даже сквозь ткань одежды. И это было невыносимо. Часть Уны хотела немедленно сбежать подальше от Мартина, но другая часть – чтобы он снова обнял ее своими сильными руками и прикоснулся своими губами к ее губам. Девушка ощущала себя изголодавшейся по тем эмоциям и чувствам, хотя прошло совсем немного времени.
- Ты поняла все неверно, - заявил Мартин и накрыл своей ладонью руку Уны. Она снова вздрогнула, и он, конечно же, это заметил. Поэтому на его губах появилась легкая ухмылка победителя.
- Что ты делаешь? – тихо поинтересовалась травница, когда Мартин стал легко поглаживать ее руку своими пальцами. Эти прикосновения отдавались дрожью в теле Уны, но она все еще пыталась держать себя в руках.
- Пытаюсь вымолить у тебя прощение, - улыбнулся Вуд и чуть наклонился к лицу девушки. Уна не шевельнулась. Она изучающе смотрела в лицо Мартина, замечая, что у него довольно длинные ресницы. А еще на щеках проскальзывают еле заметные веснушки. Рядом с бровью имелся давний шрам, и травнице захотелось знать, как Мартин его получил. Тем не менее, она молчала, не двигаясь с места. – Уна.
- Что? – почти шепотом проговорила девушка.
- Могу я тебя поцеловать? – также тихо спросил Мартин. Уна прикрыла глаза, пытаясь справиться с собой. Ей хотелось, очень хотелось, ответить согласием. Но все еще не прошедшая обида камнем лежала на сердце.
- В прошлый раз ты не спрашивал.
- Да, - согласился Мартин и чуть приподнял уголки губ, словно припоминая. – А теперь спрашиваю, чтобы ты потом не кидалась обвинениями, что я, цитирую: «набросился на тебя с поцелуями».
- О, раз уж мне дают возможность выбора, тогда я отвечу отказом, - ухмыльнулась Уна, торжествующе замечая во взгляде Мартина недовольство. – Раз уж ты снизошел до вопроса, то я отказываю тебе, ясно?
- Правда? – проговорил парень, а и его руки обвили талию Уны, сильнее прижимая к себе. – Но почему я тогда ощущаю, как ты дрожишь в моих объятьях?
- На улице осень, Мартин Вуд, - усмехнулась травница, что есть сил сдерживая себя от позорной сдачи в плен этому самодовольному парню. Ей становилось все труднее сдерживаться, чтобы не послать все к чертовой матери и не позволить Мартину все-таки поцеловать ее. Это было похоже на самую настоящую пытку.
Мартин весело улыбнулся, а потом слегка задел пальцами обнаженный участок на спине Уны. Девушка мгновенно выпрямилась, еще сильнее прижимаясь к телу парня. Не контролируя себя, она провела языком по своим губам, мысленно представляя, как было бы приятно ощутить снова вкус губ Мартина.