Страница 20 из 78
В прошлый раз, в лесу, травница ощутила, как волна невероятной энергии словно прошла сквозь ее тело, проникая в каждую клеточку организма, заставляя забыть саму себя, стать частью чего-то большего. Тот жесткий импульс был совершенно неконтролируемым. И чувство собственного бессилия перед подобной силой заставляло Уну злиться. Не то, чтобы она была из тех людей, которым важно было всегда все держать под контролем. Но травница привыкла быть в ответе за саму себя и свои поступки. А в тот момент Уна явно не управляла ни своим телом, ни своими действиями.
- Уна… Вот-вот начнем, - прозвучал голос Финна позади, и травница покорно кивнула, хоть и знала, что вожак лесного народа не может видеть этого. Она закрыла глаза, ощущая на себе множество взглядов. Но сильнее всего жег взгляд серых, как пасмурное небо, глаз Мартина. Уна знала, что он ожидает ее чуть поодаль, в тени деревьев, но его взгляд выдавал его с потрохами. Он беспокоился, и этот факт заставил травницу почувствовать, что ее собственное волнение постепенно исчезает, как будто его и не было.
Зазвучала тихая песнь. Уна медленно поднялась на ноги, хотя никто ей этого не подсказывал. Ощущая, как легкое платье струится по телу, она поняла, что нужно делать, словно кто-то легко вложил мысли ей в голову. Возможно, так оно и было, ведь в ритуале была замешана богиня леса и трав. Все вокруг сейчас почти кричало о присутствии кого-то сверхъестественного, кого-то, способного стереть всех их с лица Земли и кого-то, также могущего даровать жизнь и силы.
Слова песни было не разобрать, Уна подумала, что песнь вообще могла быть на неизвестном ей языке. Несмотря на то, что говор лесного народа и травница, и ее спутник понимали без проблем, девушка отмечала проскальзывающий акцент в разговоре с тем же Финном. Но сейчас травница не стала думать об этом.
В голове Уны мысли сменяли друг друга со скоростью света. Девушка широко раскрыла руки, словно впуская давнего друга в свои объятья, и тут же почувствовала, как все ее естество затрепетало от вторжения неизвестной, необузданной и совершенной энергии. Зеленоватое свечение окутало ее с ног до головы, в груди появилось ощущение невероятной легкости. Казалось, что вся тяготы Уны, все заботы и усталость, были стерты в одно мгновение. Травница почти ощущала касание своей богини, с каждый вздохом понимая, что никогда раньше не чувствовала себя настолько контролируемой, но одновременно с этим – свободной.
В одно мгновение Уна поняла, что больше ей не слышно песни. Она не видела, как вокруг костра затанцевали необыкновенный танец девушки из лесного народа, прославляющие своими грациозными и страстными движениями свою богиню. Костер вдруг вспыхнул в тысячу раз сильнее, озаряя пространство на множество метров вокруг. Уне показалось, что она не видит совершенно ничего. Только всепоглощающий свет, ослепляющий, но не дающий и шанса закрыть глаза. Танцы, костер, свет… Все это было неважно. Было невероятно важным только то, что, как только Уна в очередной раз моргнула, в пламени костра она узрела женский силуэт. Догадаться, кем была эта женщина, не составило никакого труда. Богиня была одета в прекрасное платье, окутывающее ее фигуру так плотно, что травница легко могла различить каждую складочку на идеальном теле богини. В свете огня глаза богини сверкали яркими изумрудами, заставляя чувствовать покорность.
- Что я должна сделать, скажи мне, – вопросительно прошептала Уна. Она знала, что богиня ее прекрасно слышит. Даже если бы травница задала этот вопрос мысленно, богиня все равно услышала бы ее.
Силуэт в пламени указал рукой в сторону, и Уна перевела свой взгляд туда. Кто-то подавал ей пучок трав. Травница осторожно и медленно приняла травы и поднесла их к лицу, вдыхая пьянящий аромат. Наверно, она могла бы определить, какие именно это были растения, но сейчас это было неважно. Уна еще раз глубоко вдохнула аромат трав, слыша их зов, уже чувствуя их вкус на языке, и только потом осторожно взяла несколько травинок в рот. Их вкус показался очень знакомым, почти родным. Уна без промедления проглотила травы и снова обратила свой взгляд на силуэт богини в огне. Та уже указывала рукой в другую сторону. Уна чуть повернула голову в сторону и увидела, что ей подают серебряный кубок. Приняв чашу, травница поднесла ее к лицу и снова вдохнула аромат. В голове возникло легкое головокружение, и Уна поняла, что в чаше вино. Не теряя ни мгновения, она выпила все до капли. Ягодный вкус винного напитка застыл на губах, и травница провела по ним языком.
Через мгновение песнь громовым раскатом снова возникла в сознании Уны. Казалось, что кто-то резко включил громкость, потому что все звуки вокруг просто оглушали. Травница хотела закрыть уши руками, но какая-то сила удерживала ее от этого. Она опустила свой взгляд в землю и заметила, что ее собственные руки плетьми висят вдоль тела, совершенно не слушаясь ее мысленных команд.
- Впусти меня в себя, Уна, - прозвучал знакомый голос богини леса и трав. Уна зажмурилась, ощущая, как все ее тело начала бить сильная дрожь. Если бы не сила, удерживающая ее на ногах, девушка уже бы упала прямо на холодную землю. Это было чем-то невероятным и необъяснимым. Травница чувствовала, как все внутри нее борется, сопротивляясь энергии богини. Это было ужасно и, наверно, неверно. Девушка чувствовала себя так, будто внутри нее началась самая настоящая война. И она не могла ничего с этим поделать. – Впусти меня!