Страница 96 из 112
Конечно, будь Роки в другой ситуации, он не рискнул бы лететь на такой развалине даже внутри Скопления. Но выбирать не приходилось. И жаловаться было некому: полковник сделал все, что обещал и теперь даже пальцем не шевельнет.
Уложив свой нехитрый багаж в грузовую ячейку и недовольно ворча себе под нос, Роки поудобнее устроился в пилотском кресле и задремал. Его разбудил сильный и болезненный пинок в подошву, а сердитый голос заставил вздрогнуть:
— Убери ходули с пульта!
Роки ошеломленно заморгал, уставившись на незнакомое узкое лицо с сигарой в зубах. Не вынимая сигары, оно проворчало:
— Освободи кресло!
Роки, зашипев от боли в ноге, вскочил с кресла, сгреб пришельца за ворот рубашки и собрался было врезать прямо в сигару… но рука его застыла прямо на полпути. Ошеломленный Роки опустил руку и покраснел. Перед ним была женщина!
— Извините… я подумал, что это пилот.
— Правильно подумал, это я и есть. — Ее глаза источали явное презрение.
Заправив за пояс рубашку, она сняла шляпу, выставив на обозрение свою голову с коротко подстриженными волосами. Шляпа приземлилась на навигационный стол, а сигара, аккуратно затушенная, последовала в карман рабочих брюк, чтобы не сперли, надо полагать. Не смотря на злую гримасу, Роки заметил, что без сигары у нее красивый рот.
Заметив его внимательный взгляд, далетянка сухо сказала:
— Давай договоримся с самого начала: ты держишься подальше и от моего кресла и от меня тоже.
— Значит, это твое корыто? — спросил он.
Не удостоив его ответом, девушка направилась к пульту, чтобы набрать данные на курсографе.
— «Далет-Космотранс, инкорпорейтед». Вопросы есть?
— Интересно знать, каким образом ты доберешься до Сол на этакой развалюхе? — мрачно буркнул Роки.
— А ты пожалуйся полковнику, парень, — ее зеленые глаза полыхнули недобрым светом. — По мне, так за такие деньги стоит рискнуть. Разве не так?
— Если есть один псих, это еще не значит, что найдется и другой, — произнес Роки довольно кислым тоном.
— Я тебя силком не держу. Иди и поищи себе другую, если моя посудина тебе не по вкусу. — Девушка выпрямилась. — Только сдается мне, парень, что в твоем нынешнем положении приходится брать, что дают.
— А ты, похоже, успела сунуть нос в мои дела? — нахмурился Роки.
— Знаешь, что, парень, ты для меня — ноль без палочки, и мне плевать, что я везу, если меня за это не посадят. Так ты летишь или раздумал?
— Лечу, — буркнул Роки и пошел искать каюту.
— Только не вздумай сунуться в мою каюту! — рявкнула ему в спину пилот.
Роки чуть не сплюнул. Да, это была типичная девица с дикого Далета — едва освоенного, с мизерным населением и с суровым климатом. На этой планете уважали крепкие мускулы и презирали чины. Он даже предположил, что эта далетянка, зная кто он такой, вполне могла продать его по дешевке властям Сола Третьего.
— До старта осталось две минуты. Приготовиться к взлету. — Донеслось из интеркома.
На мгновенье у Роки мелькнула мысль плюнуть на все и покинуть корабль, но он тут же взял себя в руки. Между тем взревели дюзы и двигатели, в ожидании команды пилота, заработали на холостом ходу. Роки, по опыту зная, что некоторые старые корабли стартуют довольно резко, лег на койку. Свист дюз перешел в гром, и корабль стал подниматься, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Как только они покинули атмосферу, корабль судорожно вздрогнул, сбрасывая отработанные взлетные ускорители. Некоторое время корабль двигался по инерции в полной тишине, а потом привычные уши Роки уловили визг ионных двигателей, принявших разгонную эстафету в открытом космосе. Он бросил взгляд в иллюминатор: слабо светящаяся полоска ускоренных частиц по мере разгона корабля постепенно превращалась в иглу. Роки нажал кнопку интеркома.
— Совсем неплохо, даже вполне прилично для далетянина, — прокомментировал он.
— Держи свои восторги при себе, — буркнула в ответ девица.
Момент перехода на сверхсветовую скорость Роки определил только по басовитому гудению реактора, сменившему мурлыканье, и по слегка померкшему освещению, никаких субъективных ощущений не было. Но, несмотря на большой опыт, Роки не переставал удивляться самому феномену перехода, и поэтому не отрывал глаз от иллюминатора.
Первым признаком этого перехода было смещение света звезд в голубую часть спектра. Чем дальше они двигались, тем ярче разгорались звезды, превращаясь из тускло-красных в белые, и, наконец, в кромешной тьме небосвода запылал миллиард сварочных дуг. Эти звездные массы здесь, на более высоких «це»-уровнях пятикомпонентного пространства, где скорость света не имела предела, не соответствовали звездам первоначального континуума, а были, скорее, их проекциями. А «Идиот» взбирался по компоненте «це» все выше и выше.
В скором времени свечение звезд сместилось к ультрафиолетовым и рентгеновским полосам спектра, так что Роки был вынужден закрыть иллюминатор и смотреть только на флюоресцирующий обзорный экран, где звезды походили на сверхновые, так что корабль летел в волнах голубого пламени. В кабине заметно потеплело от избытка лучистой энергии и девушка-пилот выставила защитный экран. Переход, наконец, закончился, и Роки снова нажал на кнопку интеркома.
— Скажи, дитя Далета, на каком мы уровне?
— Девяносто тысяч, — прозвучал короткий ответ.
Губы Роки скривились в короткой усмешке. Она довела скорость до критической, будто так и надо. Конечно, если лучевой экран выдержит, все будет в полном порядке, но если нет… Тогда корабль лопнет как пузырь и превратится в газовое облако.
— Может, помочь? — спросил он.
— Сама справлюсь, — огрызнулись из рубки.
— Не сомневаюсь, но я не привык болтаться на борту без дела. Может, подкинешь мне какую-нибудь работенку?
— Что ж, — смилостивилась она, — приходи в рубку.
При его появлении она повернулась в кресле и тут он опять отметил, что, несмотря на свою неизменную сигару в зубах и рабочую одежду, эта гордая и энергичная девушка еще и очень красива. Пограничный Далет рождал не очень обходительных людей, зато здоровых..
— Возьми в картотечном ящике «це»-карты, — кивнула сна на стол, — и проложи курс с максимальным лучевым давлением.
— А почему не минимальным? — нахмурился Роки.
— Нам будет нужна вся внешняя энергия, которую мы сможем получить: реакторы у нас не такие уж мощные, — ответила девушка. — Иначе нам придется приземляться для дозаправки.
«Вот так всегда и бывает, — думал Роки, доставая из ящика „це“-карты. — Чем дальше — тем хуже! Раньше, пару веков назад, полет на Сол Третий на подобной развалюхе назвали бы подвигом, но и сейчас, во времена совершенных кораблей, это тоже подвиг. Подвиг идиотизма.»
Не прошло и тридцати минут, как у Роки уже был готов план курса, при котором «Идиот» мог извлечь из разности в лучевом давлении высших уровней компоненты пространства половину необходимой энергии. Сначала пилот просмотрела его довольно равнодушно, но потом взглянула на часы и удивилась.
— Быстро же ты управился.
— Спасибо, — поблагодарил он.
— Как же ты с такой светлой головой отмочил такую глупость?
— Вот уж не думал, что мои дела тебя заинтересуют, — нахмурился Роки.
Девушка вздохнула, но промолчала, приняв безразличный вид.
— Для всех цивилизаций Галактики, — продолжал Роки, — космическая контрабанда означает смертельную угрозу; это уже не раз было доказано. Например, на Тау Второй. Туда тайком провезли партию иносистемных домашних животных, а в результате погибли миллионы людей. Я действовал на основании исторического опыта.
Кисло глядя на Роки, она пробурчала:
— Твои дела меня абсолютно не интересуют.
Роки, удивленный такой переменой, замолчал. Им предстояло длительное путешествие вдвоем и она, пожалуй, могла бы быть полюбезнее. Роки снова заговорил:
— По твоему, я сделал глупость?
Не отрываясь от работы, она презрительно фыркнула:
— С каждым может случиться. Хорошего тут, конечно, мало… — Она помолчала и добавила: — У нас на Далете дураков не наказывают — нет нужды, ибо они и так долго не протянут.