Страница 41 из 63
Святое дерьмо, я засунул Эшлин в шкаф.
— Привет, Дэн.
Я напряженно улыбнулся.
— Генри, как вы?
— Хорошо-хорошо. Я просто раздумываю... Можем мы встретиться в моем кабинете ненадолго? Насчет Эшлин?
Насчет Эшлин. Эти слова эхом отдавались в моей голове. Мои мысли с пугающей скоростью проносились в моей голове. Все мое тело напряглось. Он знает. Я задумался, сказал ли ему Джейс, если он действительно опустился до этого. Прочистив горло, я заговорил:
— Я дежурный на обеде.
— Не беспокойся, — сказал он. — Это будет быстро. — Громкий шум донесся из шкафа, и Генри приподнял бровь. — Ты слышал это?
Я начал быстро кашлять, делая все возможное, чтобы прикрыть шум, который издала Эшлин.
— Слышите что-то? Да, одну из моих лампочек нужно заменить. Она издает странный шум. В любом случае, я встречусь с вами в вашем кабинете через секунду.
Он нахмурился, уставившись в мой потолок, прежде чем поблагодарил меня и ушел. Я провел руками по лицу, пытаясь освободиться от собственной нервозности. Я открыл шкаф и Эшлин вышла. Я скользнул руками в карманы.
— Он знает? — прошептала она.
Я пожал плечами.
— Все в порядке. — Ее зеленые глаза выглядели менее напряженными. — Мы в порядке.
— Нет. Мы нет. Ты знаешь, я представляла это прежде... — Она покачала головой. — Почти пойманы в школе. Я думала, что это будет сексуально и авантюрно. Но в действительности, ты засунул меня в шкаф.
Мой разум работал с бешеной скоростью, пытаясь найти способ, объяснить ей это.
— Я знаю. Мне жаль. Я просто...
— Если тебя поймают, что ты встречаешься с ученицей, будут проблемы, — пробормотала она. — Я такая глупая.
— Эшлин...
— Я сама виновата, правда. Я живу в своих книгах. Я все романтизирую. Но правда в том, что это неромантично — быть чьим-то секретом. — Ее длинные ресницы заморгали, и она перенесла свой вес с ноги на ногу. — Ты не можешь делать это. Ты не можешь снова затащить меня в свой класс.
— Я знаю! — я закричал слишком громко, но мое сердце агрессивно билось в груди. Я хотел пнуть что-нибудь, потому что был в таком замешательстве. Я ненавидел то, что не могу видеться с ней. Я ненавидел то, что когда мы были вместе, она смотрела на другие парочки, которые держались за руки, и ее губы подергивались от зависти. Я ненавидел все в нашей ситуации.
Я вошел в кабинет Генри, где он уже был, и закрыл за собой дверь. Он занял место за своим столом. Первое, что я заметил, было фото Райана и его сестры, расположенное на его столе. Нигде не было Эшлин и Габи.
— Спасибо, что встретился со мной... — он звучал нервно. Гораздо более нервно, чем, если бы отец узнал, что у его дочери была связь с учителем. Он не знал. Святое дерьмо, он не знал. — Я хочу попросить тебя об одолжении.
Я изогнул бровь и откинулся на спинку кресла.
— Чем могу помочь?
— Ну, как ты знаешь... — он поднял рамку с фото, что была лицом к нему, и уставился на нее. Когда он поставил ее обратно, у меня была мимолетная возможность взглянуть — близняшки. Они обе были там. Стояли лицом к Генри. — Эшлин моя дочь. Она пережила многое, потеряв сестру...
— Соболезную, — прошептал я, и именно это и имел в виду.
Он прочистил горло и проговорил натянуто:
— Спасибо. Но дело вот в чем. Мама Эшлин разбирается со своими проблемами и ей нужно личное пространство. Поэтому Эшлин приехала, чтобы остаться со мной. Ее мама, Ким, только что позвонила мне и сказала, что пришло письмо из колледжа мечты Эшлин в Калифорнии. Они просят еще одно рекомендательное письмо. Она пережила так много....
Калифорния.
Слово снова и снова проигрывалось в моей голове. Она пробежало по моей коже, растаптывая меня правдой.
Я медленно кивнул, желая выбежать из его кабинета, найти Эшлин и обнять ее. Я хотел сказать ей, что она не может уехать. Что она не может оставить меня. Что после окончания школьного года мы сможем быть вместе. Но я не мог. Генри продолжил:
— И я знаю, что, возможно, это выходит за рамки... Я не думаю, что она справится с еще одним разочарованием. Это чересчур. Я планирую рассказать ей о письме позже на этой неделе. Но как ты думаешь — если только ты чувствуешь, что можешь, — думаешь, мог бы написать рекомендательное письмо? Опять же, ты не обязан этого делать. Мне просто нужно, чтобы у нее было больше взлетов, чем падений.
Я положил руки на край его стола. Мог ли я написать письмо, чтобы помочь ей поступить в колледж мечты в Калифорнии? Мое горло пересохло, и глаза резко начало жечь. Я моргнул несколько раз, желая закричать: «Нет! Она не может уехать! Она не может оставить меня!»
Мои глаза снова закрылись. И когда я открыл их, то сказал: «хорошо». Я согласился помочь отправить Эшлин прочь — жить ее собственной жизнью.
— Это будет честью для меня.
Когда я повернулся в сторону стола Эшлин, она смотрела в моем направлении. Выдох облегчения покинул ее губы, когда она поняла, что насчет Генри все в порядке. Мои ноги привели меня к ее столу, где она ела вместе с Райаном и Хейли.
— Привет мистер Д, присоединитесь к нам за обедом? — пошутил Райан.
Я улыбнулся и покачал головой.
— Ах, нет. По шкале от одного до неуместного... это будет на самой вершине. — Я видел, что Эшлин слегка рассмеялась на мой комментарий, от этого все ощущалось правильным. Я так чертовски сильно скучал по этому звуку. — Эшлин, я должен отвести тебя в кабинет завуча. — Хейли спросила почему. Я был поставлен в тупик. — Я не знаю. Он просто попросил позвать ее.
— Может, Генри видел засос, — усмехнулся Райан.
Я наблюдал, как щеки Эшлин покраснели, и она провела по волосам, чтобы сильнее прикрыть ими шею. Она встала со своего места, взяла свой рюкзак и последовала за мной из столовой.
— Следуй за мной, — прошептал я ей.
— Что происходит? — спросила она.
Я повернулся и увидел замешательство в ее глазах. Печальный вопрос застыл в ее взгляде.
— Ты доверяешь мне?
Она выдохнула. Ее красивые полные губы приподнялись.
Тем не менее, она не последовала за мной.
Она шла рядом со мной, наши шаги были так идеально синхронны.
Мы шли по лестнице, которая привела нас к другой лестнице, ведущей на цокольный этаж. Помещение было в полной тишине, не считая труб и шкафов, в которых были все выключатели питания. Мы дошли до темного угла, где лежали несколько снятых с петель дверей у другой маленькой комнатки.
Я поднял дверь, что блокировала вход, в комнатку, и убрал ее с пути. Эшлин опустила книгу, что была прижата к ее груди, и зашла в помещение.
— Чего хотел Генри? — спросила она вслух.
Я не решался сказать ей. Я не хотел говорить этих слов, потому что если сделаю это, они будут означать, что Калифорния на самом деле была выбором.
— Ты эм... — Дерьмо. — Ты поступаешь в колледж в Калифорнии? — я поставил это как вопрос.
Ее глаза расширились, и она быстро отвернулась от меня. Ее тело сотрясалось нервной дрожью.
— Университет Южной Калифорнии. Габи заставила меня подать заявление. Я не думала, что поступлю. — Она развернулась, ее светлые волосы развевались возле ее лица. — Я поступила?
Я видел это... выражение чистой радости на ее лице. Ее нефритовые глаза так ярко сияли.
Габи могла заставить ее отправить заявление, но это была ее мечта.
— Им нужно еще одно рекомендательное письмо, — выдавил я. Выражение ее лица сменилось на разочарованное. — Эшлин, это замечательно. Они заинтересованы! — я хотел, чтобы она снова была счастлива. Я был рад, когда она снова улыбнулась. — Это здорово!
Ее губы приподнялись, она не была в состоянии сдержать свою радость.
— Это здоров, да? Так что он хочет, чтобы ты сделал с этим?
— Он хочет, чтобы я написал его.
— И ты сделаешь это? — спросила она нервно.
— Конечно.