Страница 5 из 14
Эван внимательно слушал свое дыхание.
Он опустил веки, не закрывая глаз полностью, и мир вокруг него стал зыбким, как во сне, – не было ни прошлого, ни будущего. Эван заставил себя забыть о сегодняшнем дне – о четырехчасовой поездке из Лас-Вегаса, о ноже, вспоровшем его руку, о монотонном жужжании голоса Хью Уолтерса в лифте. Поток воздуха из кондиционера коснулся его затылка. Рана на предплечье пульсировала теплом, и нельзя сказать, чтобы ощущение было неприятным.
Что-то не так было с его левым плечом. Эван расслабил его, опустил на несколько миллиметров, чувствуя, как растягиваются мышцы. Тело и разум слились воедино, и вскоре осталось лишь его дыхание, и мир вокруг стал дыханием, и все остальное перестало существовать.
Какое-то время Эван продолжал сидеть так, растворившись в блаженной неподвижности.
А затем что-то вырвало его из транса. Эван моргнул раз, другой и огляделся. Он понял, что прервало его медитацию.
Звонил черный телефон.
Глава 3
Не хочу, чтобы она сломалась, как я
В звонке телефона не было ничего особенного.
На самом же деле все было не так просто.
На DID-номер 1-855-2-NOWHERE, изначально полученный через болгарскую службу IP-телефонии, звонки поступали через Интернет по туннелю защищенной виртуальной частной сети. Туннель проходил через пятнадцать виртуальных коммутаторов и вел к точке вай-фай, принадлежавшей Джои Делароссе, жившему в квартире 19Н на другой стороне улицы. Оттуда звонок вновь уходил в Интернет через LTE-сеть. Если благодаря какому-то чуду из чудес кому-нибудь удалось бы отследить звонок до этой точки и ворваться в квартиру Джои, Эван мог бы наблюдать за этим из-за щитов на окнах.
После каждого выхода на контакт Эван менял поставщика услуг. Сейчас компания, обслуживающая телефон, базировалась в провинции Цзянсу в Китае, а найти ее там для кого угодно было бы подлинным юридическим и логистическим кошмаром. Телефон свободно подключался к GSM-сети, работал в ста тридцати пяти странах и использовал купленные в автомате сим-карты, которые Эван регулярно заменял.
Эван поднялся и, шлепая босыми ногами по бетонному полу, пошел в кухню.
Как и всегда, первыми словами после того, как он поднял трубку, были:
– Вам нужна моя помощь?
После паузы на том конце раздался голос:
– Вы… То есть… это шутка?
– Нет.
– Подождите. Просто… подождите минуту. – Юная девушка, почти подросток. Испанский акцент, может, родом из Сальвадора. – Это взаправду? Я думала, что вы… Ну, вроде как городская легенда. Миф.
– Так и есть.
Эван подождал. На том конце слышалось учащенное дыхание. Так всегда бывает.
– Послушайте, у меня неприятности. У меня нет времени на то, чтобы валять дурака и… и… – Послышался приглушенный всхлип. – Я не знаю, что мне делать.
– Как вас зовут?
– Морена Агилар.
– Откуда у вас этот номер?
– Мне дал его один чернокожий парень.
– Опишите его.
Первая заповедь: никаких предположений.
– У него была борода, такая неопрятная, с проседью. И сломанная рука. Она висела на перевязи.
Кларенс Жан-Батист. Однажды ночью в его дом вломилась банда амфетаминщиков, захватившая его с дочерью в заложники. Им пришлось несладко.
– Где вы живете?
Девушка назвала адрес: Бойл-Хайтс, Восточный Лос-Анджелес, ниже реки. Территория банды Маленького Ист-Сайда.
– Где мы встретимся? – спросил Эван.
– Я не могу… Я не знаю.
Он вновь промолчал, ожидая.
– Завтра, – наконец сказала девушка. – Завтра в середине дня.
– Куда вы можете подъехать?
– У меня нет машины.
– У вас дома безопасно? – спросил Эван.
– В середине дня да.
– Тогда в полдень.
В полдень. Это удобно. Три часа понадобится Эвану на то, чтобы обойти ближайшие кварталы, изучить дом, проверить наличие цифровых передатчиков и следов взрывчатых веществ. Если это была приготовленная для него ловушка, он предпочел бы идти в нее на своих условиях.
Девятая заповедь: всегда играй в нападении.
Позднее, сидя в «хранилище», Эван, попивая свежий ромашковый чай, проверил Морену Агилар по базам данных.
Бо́льшая часть баз данных, принадлежавших органам правопорядка, не считая спецслужб, подключена к Интернету. Доступ к криминальному и гражданскому досье обычно возможен с любого терминала полицейской патрульной машины – включая лэптоп Panasonic Toughbook в базовой комплектации патрульных машин полицейского управления Лос-Анджелеса. Любой из этих лэптопов имеет доступ к CLERS, CLETS, NCIC, CODIS и сотням других баз данных как в пределах штата, так и федеральных.
Как только вам удастся взломать защиту на компьютере одной патрульной машины, вся система Большого брата окажется у вас в руках.
Эван вовсе не был высококлассным хакером, но он успел побывать в нескольких патрульных машинах и загрузить в их лэптопы обратный SSH-код, обеспечив себе доступ.
Теперь же, сидя в своей тайной комнате, Эван имел возможность вдоволь покататься по информационному суперхайвею, выясняя детали завтрашней миссии и допивая остатки ароматного чая.
Последние сорок пять минут Морена Агилар провела на перевернутом мусорном ведре на крыльце полуразрушенного типового дома, усевшись на свои ладони и расставив локти в стороны. Ее босые ноги нервно стучали по деревянному полу, колени дрожали. Темные волосы были затянуты в хвост так туго, что плотно прилегали к голове до резинки и только за ней свободно курчавились, завиваясь мелким бесом. Бегающие глаза, склоненная голова, на висках блестят бисеринки пота.
Девушка напугана.
Припарковав машину у перекрестка позади ржавого остова брошенного автомобиля, Эван осмотрел улицу в отсоединенный от винтовки оптический прицел. На увядшем газоне во дворе напротив дома Морены показалась молодая мать, тоже латиноамериканка, вышедшая из дома с грудным ребенком на руках. Она усадила малыша на землю, дав ему поиграть с наполненной песком миской из алюминиевой фольги. Ребенок, похоже, был метисом: ярко-зеленые глаза и карамельного цвета кожа. Он принялся ковыряться в этой импровизированной песочнице, а мать закурила «Мальборо» и выдохнула дым в небо, почесывая красное родимое пятно на внутренней стороне руки. Ей было едва ли больше восемнадцати, но лицо ее было мрачным. В заднем кармане штанов девушки зажужжал мобильный телефон. К газону подкатила коляску еще одна молодая мать. Первая предложила ей сигарету, выудив ее из пачки. Они не разговаривали – просто стояли рядом, курили и смотрели на улицу. Две девушки, которым нечего было делать.
Едва Эван убедился в том, что они не представляют угрозы, он опустил прицел, взял металлический чемодан и вышел из своего грузовика.
Завидев его, Морена встала, обхватив одной рукой бицепс другой. Эван ступил на крыльцо. Жизнь не пожалела девушку: на ее лице были заметны морщинки, а в красивых карих глазах отражались пережитые трудности. От нее пахло лаком для волос.
– Я предлагаю обратные закладные, – сказал Эван. – Вы не заинтересованы. Покачайте головой.
Морена так и сделала.
– Я обойду квартал и пройду через задний двор. Задняя дверь вашего дома не заперта. Пусть так и будет. Теперь изобразите раздражение и идите внутрь.
Морена вошла в дом, открыв сетчатую дверь, а Эван сошел с крыльца и продолжил путь по улице.
Десять минут спустя они сидели друг напротив друга на ветхих раскладных стульях в крошечной гостиной. Эван смотрел в покрытое грязью окно. Его черный чемодан, который был заперт, лежал перед ним на кофейном столике. Если набрать комбинацию замка неправильно, чемодан ударит пытающегося открыть его человека несмертельным разрядом тока в сто вольт. В чемодане находились микрофон на голосовом управлении, миниатюрная камера и устройство, глушащее любую прослушку.
И еще бумаги.
Воздух в доме был затхлым. Пахло птицами. В спальне, куда вела дверь из гостиной, щелкал клювом сидящий в клетке взъерошенный попугай. Через дверь были видны два матраса на полу, комод с треснувшим зеркалом и старый футляр для тромбона, прислоненный к давно опустевшему аквариуму.