Страница 128 из 138
— Я очень ценю вас. Вашу дружбу. Вашу службу мне, — голос Альи оставался бесстрастным и ледяным. — И оказал бы милость преступнику, если б он сознался по доброй воле.
Я впервые видела его таким. Не другом Лода, но Повелителем дроу. Спокойным, сдержанным, полным достоинства. С глазами тигра, околдовывавшими прозрачным золотом.
Со своими подданными он был совсем другим, нежели со своими врагами.
И на миг я, пожалуй, почти поняла тех девушек, что мечтали быть рядом с ним.
Ответом ему по-прежнему было молчание. Артэйз не покосился на меня, не заметался взглядом в панике — он смотрел только на Алью, неотрывно и неподвижно.
— Ясно. Жаль, — Повелитель не переменил ни тона, ни позы, но кто-то из дроу нервно выдохнул. — Как вы знаете, кара за покушение на моего советника — смерть. Это не то преступление, которое можно оставить безнаказанным. Мы должны выяснить правду. И, как бы мне ни хотелось просто вас отпустить — придётся допрашивать, — Алья чуть повернул голову: к своему придворному колдуну. — Начинай с любого, Лод. Пытки оставляю на твой выбор. Главное, чтобы потом смогли оправиться.
Когда тот шагнул вперёд, на лицах подозреваемых отразилась богатая гамма чувств: от недоверия до паники.
— И вы поверите словам какой-то человеческой сигинг? — не выдержал один. — Её могли отравить где угодно и кто…
— Благодаря этой сигинг, Сумэйл, мы захватили наследника эльфийского престола, — глаза принца опасно сверкнули. — Благодаря ей сегодня отправляемся на переговоры со светлыми. Благодаря ей, возможно, вернёмся в Хьярту. Так что придержи язык, если тебе больше нечего сказать.
Так меня, оказывается, даже ценят? Лестно.
Сумэйл… знакомое имя. Ах, да: тот самый дроу, что когда-то повеселился с моей предшественницей.
Наверное, поэтому сейчас он впился в меня таким ненавидящим взглядом.
— Прошу прощения, Повелитель, — вскинулся он, — но…
— Если я правильно помню, Лод в своё время лишил тебя одной маленькой радости, — мягко произнёс Алья. — Его смерть в твоих интересах. Я неправ?
Сумэйл осёкся.
И заговорил снова уже другим тоном.
— Повелитель, у меня и в мыслях не было…
— Что было у тебя в мыслях, ты нам и так сейчас ответишь, — ласково откликнулся Алья. — Будешь первым. Лод?..
— Да, я сделал это!
Когда Артэйз шагнул вперёд, дерзко вскинув подбородок, я выдохнула почти с облегчением.
— Да, я сделал это, — повторил дроу, отчётливо и вызывающе: вызвав бурное перешёптывание товарищей и пристальное, безраздельное внимание Альи. — Я хотел убить её. Её одну. И сделал бы это ещё раз, потому что вы сами позволяли нам это — с такими же, как она, и сами делали то же! Эта бы по крайней мере умерла быстро, — Артэйз перевёл взгляд на меня, но в нём не отразилось ни раскаяния, ни сожаления. — Да только их мучения — не преступление, а кара. Или вы уже забыли свою сестру, Повелитель? Я вот не забыл ни её, ни своего дядю, ни…
— Молчать.
Артэйз действительно мигом смолк. Ещё бы: тут и мне стало страшно.
Когда голос Альи так опасно срывается в шипение…
— Да, я делал то же. И делал куда худшие вещи. И это моё бремя, за которое я ещё расплачусь, — Повелитель вернул тону прежнюю размеренность и бесстрастность, но к ним прибавилась странная горечь. — Она из другого мира, и к грехам людей Риджии не имеет никакого отношения. Она была моей пленницей, но стала гостьей. Я говорил об этом и твоему отцу, и тебе. Всем вам. Во всеуслышание, — он обвёл взглядом остальных шестерых, безмолвствовавших за спиной Артэйза. — А ты пролил её кровь в моём доме. Так хотел навлечь на меня гнев Пресветлой?
— Я…
— Молчать, — повторил Алья, тихо и устало, и Артэйз подчинился. — То, что ты сделал, само по себе преступление. Но ты к тому же едва не погубил моего придворного колдуна, моего верного советника и хальдса моей сестры.
— Я не знал, Повелитель! Вы ничего не говорили, что они… с ней… — в голосе Артэйза просквозила растерянность; его взгляд метнулся к Лоду, затем почему-то — к Морти. — Я и подумать не мог, что Миркрихэйр свяжет себя с какой-то…
— Итак, покушение на моего гостя и покушение на моего советника. Преступления перед богами и перед нашим народом, за которые по закону полагается смерть, — Алья явно не желал выслушивать его оправдания: он мог выслушать мольбы о прощении, но не это. — Однако я слишком уважаю твоего отца, чтобы лишить его сына. А потому спрошу его мнение.
Именно тогда в дверь постучали. И хотя я уже знала, на что способен Лод — всё равно удивилась.
Тому, как он в который раз всё просчитал.
…стоя на одной ноге, я покорно зажмурилась, вытянула вперёд правую руку — и, не открывая глаз, коснулась пальцем кончика своего носа: таким странным образом Морти хотела удостовериться, что больше лекарства мне не понадобятся.
— Порядок. Лод хорошо потрудился, — когда я посмотрела на принцессу, она довольно кивала. — Ещё пару дней попьёшь укрепляющие настойки, и только. Повезло, что это был хейлаблосфатх… а не лёмун, к примеру.
— Хейлаблосфатх? — переспросила я, сев обратно на кровать.
— Яд, которым тебя отравили. Разрушает мозг, вызывает паралич и внутреннее кровотечение. Коварная штука. Для исцеления нужно вовремя ввести противоядие, потом излечить повреждённые участки мозга, пока не слишком поздно, а после вывести яд из организма. Как можно быстрее. Иначе рискуешь не умереть, но остаться парализованным… или выжить из ума.