Страница 61 из 71
— Неужели ты теперь старший жрец солнца! Никак не могу привыкнуть к этому.
— Я и сам еще не привык, — признался он. — Я даже не ожидал. Это ведь у вас, в Лунном круге, все просто — дочь старшего веллара становится старшей велларой и так далее… Солнце же само выбирает, кто будет ему служить — каждый раз это становится неожиданностью.
Моав рассмеялась.
— Да брось ты! Думаю, все уже давно знали, кого оно выберет — ты только посмотри на себя. Тоже мне, неожиданность!
Солнечный эльф не знал, что ответить — похоже, он и впрямь еще не совсем свыкся со своим новым положением.
— Ну не скажи! Этого никогда нельзя предугадать. Моя мать, например, могла зажечь факел виденьем на расстоянии пятидесяти шагов, а вот у отца вообще не было магических способностей, зато ему не было равных в борьбе и езде верхом…
— Ты взял лучшее от них обоих, — с любовью проговорила Моав, но тут же покраснела и, быстро выдохнув, перевела разговор на другую тему. — Выходит, ты теперь — самый главный среди краантль?
— Выходит, что так… — почти растеряно ответил Кравой.
Оба звонко рассмеялись, сами не понимая чему.
— Ну и когда же мы будем прощаться с твоей тенью? — закончив, наконец, смеяться, спросила Моав, но Кравой только махнул рукой.
— О, наверное, еще нескоро! Настолько приблизиться виденьем к солнцу, чтобы его лучи стали проходить сквозь тебя — это под силу лишь очень опытным и могучим магам! Мне пока еще далеко до такого. Конечно, она уже немного бледнее, чем у остальных, но это еще почти ничто. Даже великий Иорлай, и тот отбрасывал тень, пусть и практически незаметную…
При этих словах Моав встрепенулась.
— Да, кстати — а как же Иорлай? Сколько я себя помню, он был старшим над жрецами! Куда он делся?
— Ах да, ты ведь ничего не знаешь… — сказал Кравой, накладывая еще по одному пирожному себе и Моав. — Уже полтора года, как он ушел.
— Куда?
— В Рас-Кайлал, — лицо краантль стало задумчивым, его карие глаза, казалось, были устремлены куда-то далеко за горизонт. — Иорлай всегда бредил городом Солнца — там прошла его юность. И вот, наконец, он решил вновь отправиться на родину, туда, куда звало его сердце.
— И как, он дошел? — спросила притихшая Моав.
— Надеюсь… С тех пор как он выехал за ворота Рас-Сильвана, от него не было вестей.
Солнечный эльф умолк, погруженный в неожиданно нахлынувшие воспоминания. Молчала и маленькая веллара. Через несколько мгновений она снова заговорила:
— Стало быть, теперь ты командуешь воинами краантль, как старший в Солнечном круге?
Словно очнувшись от сна, Кравой отвел со лба волосы большим и средним пальцами правой руки. Моав невольно улыбнулась, узнав этот характерный жест — солнечный эльф часто делал так, когда над чем-то задумывался.
— Не то чтоб я ими командовал… Попробуй ими покомандовать! — тень улыбки скользнула по его красивому лицу. — Скорее, рассказываю им то, что великий воин некогда говорил мне самому. Я учу их нападать без злобы и ненависти, бесстрастно, словно огонь!
Карие глаза Кравоя заблестели — было видно, что искусство сражения волнует его гордое сердце.
— Ненависть — плохой союзник… — продолжал он. — Она выпивает силы души, ослабляя ее, притупляет взгляд и делает нетвердой руку.
— Никогда не думала, что ты так любишь воевать… — удивилась Моав.
— Это не война! Точнее, война, но не с противником, а с самим собой.
Он говорил страстно и увлеченно, уже как будто не замечая ни подруги, ни пирожных.
— Умение атаковать рождается здесь! — он указал рукой себе на грудь. — Победа — это равновесие души, которое не способна поколебать целая армия врагов! Само солнце учит краантль этому равновесию, чередуя день с ночью, холод с теплом… Этому же я хочу научить и своих воинов.
Моав удивленно глядела на него, словно не узнавая. В преддверии Великой битвы его слова звучали почти зловеще… На некоторое время в комнате воцарилось молчание — каждый размышлял о своем. Наконец, Кравой поднялся с пола и подошел к окну. Высунув голову, он бросил взгляд на небо, расцвеченное всеми оттенками алого.
— Солнце село, скоро соберется Круг песен — думаю, там все просто горят нетерпением снова увидеть тебя! Я так давно не слышал, как ты поешь, — добавил он.
— Ну, так идем скорее! — с улыбкой отозвалась Моав.
— Не идем, а бежим, пока не заняли лучшие места!
Он схватил ее за руку и увлек за собой. Смеясь, они в три прыжка скатились с витой лестницы, с топотом промчались по коридорам замка и выскочили на улицу, все еще держась за руки. Вот уж и впрямь был прав Кравой — он частенько поговаривал, что все краантль немного чокнутые от яркого солнца!