Свободные

Недобро прищурившись, Оливия вышла. Вернулась эта стерва уже в сопровождении своего отца. Тот, бросив на меня хмурый взгляд, заявил, что хотел сделать всё по-хорошему, ну раз я не согласен, то вскоре отправлюсь к Карлосу. Но перед этим, мне дадут вдоволь полюбоваться, как его люди развлекаются с моей рыжей девкой. От его слов я похолодел. Тогда-то я понял, они хорошо подготовились. И если за свою жизнь я уже устал бояться и страха почти не испытывал, то какое я имею право подставлять под удар Кристу? От одной мысли о финале в случае моего отказа, мне становилось дурно. Меня загнали в угол. И, не видя выхода из ситуации, я дал своё согласие.

А дальше всё понеслось в бешеном ритме. Я открыл свою фирму в сфере грузоперевозок с обширными планами на будущее. Женился. Стал узнаваемым человеком. Со стороны моя жизнь казалась идеальной. А на самом деле… Идиотское существование, жизнь под постоянным прессингом влиятельного тестя. Жена, которую я на дух не переношу. И постоянная тоска. У меня не было сомнений, что Криста в курсе моей женитьбы и, зная девушку, я догадывался, как она это восприняла. Для неё я теперь последний урод, обыкновенный лжец и предатель.

Четыре месяца назад у Уйта случился инсульт, который приковал его к постели и сильно подкосил здоровье. По сути, старик одной ногой был в могиле, но всё никак не подыхал. За этот год с лишним я сумел укрепить своё положение, обзавестись нужными связями. Как только Уайт отправится на тот свет, я обрету долгожданную свободу. Я успел подстраховаться и больше не боялся преследований Дона. У властей ко мне претензий тоже больше быть не могло. Я был совершенно чист. Мне не было дела, что станет с империей старика после его кончины. Меня интересовала лишь свобода от этих оков.

Только всё это мечты осуществимы лишь после того, как Уайт покинет этот мир. До того момента, я вынужден продолжать играть отведённую мне роль. Даже будучи присмерти, старик оставался очень влиятельной фигурой. И моя стерва-жена не уставала об этом напоминать. Одним из условий нашего соглашения со старым ублюдком было то, чтобы его любимая дочурка была мной довольна.

Затушив, неизвестно какой по счёту, окурок в пепельнице, я направился в спальню. На моё счастье, Оливия уже побывала в ванной и теперь видела десятый сон. Приняв душ, я собрал запасной комплект постельного белья и направился спать на диван в гостиную. Хоть в этом вопросе у меня осталось право выбора.

***

Уже битый час я обсуждал вопросы финансирования издания с этим идиотом Флетчером. У меня сложилось впечатление, что он человек не особо далёкого ума, но с гигантскими амбициями, которые, скорее всего, и помогли ему достичь определённого успеха. Когда, наконец, бумаги были подписаны, я вздохнул с облегчением. Я планировал задержаться в Нью-Йорке и проконтролировать некоторые моменты лично, хоть изначально моя цель была иной…

Выйдя из кабинета, я нарочно пошёл длинным путём, через редакцию. Оказавшись в помещении, где суетились люди, я окинул его взглядом и замер, разглядывая девушку. Весь воскресный день я провёл, ссорясь с женой и вспоминая Кристу. Словно моральный мазохист, я раз за разом прогонял в голове воспоминания, получая от них болезненное, извращенное удовольствие.

Приехав в Нью-Йорк, я был полон планов и надежд. Рассчитывая на скорую кончину Уайта, я навёл справки о девушке. Жизнь у неё была тоже не сахар, и мне было чуть ли не физически больно читать о её бедах. Было горько, что меня не было рядом и я не смог поддержать её в те моменты, когда был особенно нужен. Не удивительно, что она возненавидела меня. От одного воспоминания о её взгляде, полном лютого холода, презрения и неприкрытой ненависти, мурашки пробегают по телу. До вечера субботы я был твёрдо настроен расставить все точки над «i», и, если понадобиться, вновь завоевать девушку. Но с приездом Оливии всё ужасно усложнилось и я просто не знал, что делать дальше. Эта сука ничем не побрезгует, а я меньше всего хотел, чтобы эта дрянь навредила девушке.

Моя супруга, как бы дико это не звучало, любила меня. Правда, какой-то извращённой любовью, но всё же. В этом я был уверен. У каждого из нас было множество связей на стороне, но Оливия всегда была спокойна, зная, что деваться мне некуда и я вернусь к ней.

Однако я видел её взгляд, когда она увидела меня с Кристой. Опасный взгляд с нотками сумасшествия. По всей логике, я должен отступить и оставить Кристу в покое. Только почему-то у меня чувство, что если я сделаю это сейчас, то это будет окончательный конец. У меня не останется шансов. Может, это и эгоизм, но я совсем не хочу её терять.

Потому я замер, растерянно разглядывая профиль девушки. Словно почувствовав мой взгляд, Криста повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. Её взгляд обдал меня таким презрением, что я невольно содрогнулся и поспешил выйти из редакции. Прав я, если я сейчас уйду в сторону и оставлю всё как есть, то потом будет поздно. Но действовать сейчас слишком рискованно.

В очередной раз судьба поставила меня перед отвратительным выбором, вынуждая или отступить, или рискнуть и не только своей жизнью. За себя я не боюсь, и готов сыграть в эту игру, вот только имею ли я право рисковать жизнью Кристы, втягивать её в это дерьмо? Ведь Оливия не из тех, кто привык проигрывать или мириться с поражениями.

Глава 4. Криста.

Стены родной квартиры дарили покой и ощущение защищённости. После того, как Адриан в сопровождении своей жены покинул вечеринку, я тоже не смогла там долго оставаться. Я была благодарна Эндрю, что тот не стал допытываться и сделал вид, что всё в порядке. Но разговора мне не избежать, это точно.

Меня трясло после танца с Адрианом, в душе было небывалое смятение. Он заявил, что ему нужна я. Мне стало от этого страшно. Кому, как не мне, знать, на что способен мужчина во имя достижения желанной цели.

А ещё я злилась. Как он может? После всего, через что мне пришлось пройти по его милости? Неужели у него не осталось ничего святого или хотя бы капли уважения ко мне? Уважение? Да откуда ему взяться, ведь я сама сделала всё, чтобы его не было. Именно поэтому он снова появился, уверенный, что я буду рада стать его любовницей. Что же, его ждёт разочарование.

Откинувшись на спинку дивана, я прикрыла глаза. В голове вспыхнули образы сегодняшнего вечера. Он всё такой же, как и четыре года назад. Всё тот взгляд, руки, запах. Там, в зале ресторана, в его объятиях, на какой-то краткий миг мне показалось, будто и не было этих четырёх лет, наполненных горечью. Вот он, Адриан, такой до дрожи родной и вместе с тем совершенно чужой.

Тоска, такая чёрная безысходность накатила на меня, что с губ сорвался болезненный стон отчаяния. Почему он так поступил? За что он так со мной? Ведь он же обещал, я ему так верила! Глаза начало неприятно печь, и я тряхнула головой, призывая контроль. Да я похоже совсем спятила! Сижу тут, готовая разреветься. Безвольная тряпка.

Джонсон только и ждёт, когда я ослаблю бдительность, чтобы затащить меня в постель. Он ублюдок без моральных табу, ему плевать на жену, ему плевать на меня, ему вообще на всех плевать! Снова я вспомнила злое лицо мужчины, когда появилась его жена и нарушила его планы.

Конечно, на невинную овечку эта Оливия не тянет, но и такого скотского отношения вряд ли заслуживает. Интересно, она знает о похождениях муженька? Если верить жёлтой прессе, знает, более того, и сама порой погуливает от него. Может зря я её жалею? Чёрт. Да какое мне вообще дело до всего этого?!