Страница 92 из 126
Ведь как отплыли те шесть карфагенских трирем к Мессине, дабы у неё к той римской эскадре Салинатора присоединиться, так на следующий же день и мы в Остию отчалили. Добрались, конечно, не за два дня, а за три с половиной. Оставшиеся полдня до Рима добирались и на постоялый двор устраивались — на сей раз нашёлся подходящий из числа приличных, так что в инсулах жильё подыскивать и в забегаловках питаться нам не понадобилось. На следующий день я навестил патрона, дабы засвидетельствовать своё клиентское почтение, вручить подношения, да перетереть насчёт нашей ситуёвины. Типа посоветоваться, а фактически — попросить о поддержке на всякий пожарный. Остаток дня Рим с компанией смотрели — после Карфагена он, скажем прямо, хоть и не показался совсем уж Мухосранском, но особо никого и не впечатлил. Потом все отправились в ту деревню к фиктивным хозяевам, а там ведь люди живут простые, и нравы у них простые, так что без пьянки с ними в давешней местной таверне, ясный хрен, не обошлось. Дела решать пришлось, естественно, уже на следующий день — тут как раз и спохватились, что фиктивные хозяева Васкеса и Серёги в этом году мобилизованы — один на войну с бойями в Цизальпинской Галлии, другой в Грецию с Глабрионом. Ну, это-то с самого начала было предусмотрено — «хозяина» Хренио старший сын евонный замещал и доверенность на то от отца имел, да и соседи в курсе были, включая и старосту-примипила. С Серёгой же ещё проще оказалось — его «хозяин» ещё от собственного отца не отделился, так что тот и так имел право распоряжаться имуществом сына как патерфамилиа.
Вот с «семьями» нашими пришлось головы поломать. Изображать на сей раз васькинскую Антигону с сыном снова Летицию с её мелким Луцием наняли, чем ейный свёкр был весьма доволен, поскольку после расчёта мог купить ещё одного вола на смену старому. Для Володи в аналогичном качестве нашлась блондинка с мелкой шмакодявкой и совсем уж крошечным пацаном, как ему и требовалось вместо Наташки. Законный муж означенной блондинки за аналогичную оплату, ясный хрен, тоже ничего не имел против. Но в основном-то дефиците оказались молодые симпатичные брюнетки с подходящей мелкой детворой, потому как срамиться на Форуме с дурнушками нам всем было как-то в падлу. Для Серёги в качестве юлькиной заместительницы пришлось кузину Летиции с её мелкой девкой в соседней деревне разыскивать, там же нашли — не без труда — и такую же примерно с мелким пацанчиком для Велтура вместо его Милькаты. И тут, пока мы мозги сушили и хлопотали со всеми этими поисками и сговорами, на что ещё день ушёл, меня вдруг осенило, что и Софонибе с Икером абсолютно нехрен перегринами оставаться, когда можно заодно и их римскими гражданами заделать, а я хоть и вольноотпущенник-эрарий, но во всём прочем весь из себя как есть римский гражданин, в квиритской трибе прописанный, и сам теперь на римском Форуме своих рабов освобождать имею полное законное право. То, что я её ещё беременной в Карфагене освободить успел — кто об этом в Риме знает и кому это вообще интересно?
Вот только где теперь фигуристую смуглую брюнетку с мелким пацанчиком искать, когда из ближайших деревень весь этот редкий для Лациума ресурс мы выбрали почти подчистую? Но кто ищет, тот ведь всегда найдёт. Один из соседей свёкра Летиции припомнил, что у старосты-примипила через две деревни живёт племянница смугленькая и с подходящими статями, да ещё и с подходящим по возрасту спиногрызом. Поговорили с примипилом, прогулялись с ним туда, посмотрели евонную племянницу. Ну, она скорее тёмной шатенкой, чем брюнеткой оказалась, но это-то — хрен бы с ней. Хуже оказалось то, что у мужа примипиловой племянницы отец и дядя при Каннах убиты, и как тот услыхал, что его супружнице на Форуме финикийским именем назваться предлагается, так упёрся рогом и едва совсем уж в дурь не попёр. Я уже хотел переключиться на другое семейство, во дворе которого заметил мельком тоже более-менее подходящую бабёнку, но примипил поклялся, что всё уладит, и полдня втолковывал упрямцу, что ему нового вола покупать взамен павшего и в долги влазить, а он за кольчугу ещё из долгов не вылез, и за такой подарок судьбы богов благодарить надо, а не фыркать. Решили вопрос, как и следовало ожидать, в местной таверне за кувшином вина, после которого национально озабоченный гегемон, почесав загривок, признал, что финикийские имена и в самом деле могут быть не у одних только проклятых карфагенских пунов. А примерно на половине второго кувшина он потребовал от меня клятвы в том, что ни один из родственников означенной Софонибы в Ганнибаловой войне не участвовал. Мне, конечно, нетрудно было в этом поклясться, но для пущей убедительности я настоял на несколько иной формулировке — что ни о каком участии хоть кого-то из её родственников в ИТАЛИЙСКОЙ кампании Ганнибала я не слыхал даже краем уха. И тут я был кристально честен — бастулоны из Секси, в том числе и дядя Софонибы по матери, служили на флоте, в том сухопутном походе Ганнибала никак не задействованном…
— Ну и гадюшник же этот ихний Нерезиновск! — в очередной раз поведал нам своё эпохальное открытие Серёга, — Юльке рассказать — хрен поверит! Тесный, пыльный, столпотворение даже на Форуме! И так-то жарко, а тут ещё эти римские гегемоны, млять, столпятся как сельди в бочке, надышат и напердят…
— Я тебе советовал лёгкую полотняную тогу приобрести, — напомнил я ему, — Нахрена ты в эту официозную — здоровенную и шерстяную — вырядился?
— Ну так положено же!
— Кому положено? Пока ты ещё не освобождён и не внесён в списки граждан, ты ЕЩЁ не участник судебной процедуры, а её предмет. А когда ты уже освобождён — всё, процедура закончена, и ты УЖЕ не её участник — я ж тебе разжёвывал. А внесение налога и прописка в трибе — обычная бюрократическая рутина, а не какое-то там тебе ВИП-мероприятие с дресс-контролем. Ну и ради чего было в собственном поту вариться?
— Ну, для солидности…
— Для солидности, млять! Я Софонибу освобождал, так и то в полотняной тоге был, и нормально всё прокатило.
— Так ты ж не сравнивай! Это у тебя прокатило с твоей перекачанной харизмой, и кто там глядел на твою полотняную тогу?
— Да брось ты эту ерунду! А то по нам не видно, что мы ни разу не патриции и даже не старожилы, а как есть свежеиспечённая лимита из вчерашних варваров! А то по нашему акценту и медленному говору на латыни этого не слышно! А для вчерашнего варвара и не такое, как тога не по форме, простительно…
— Ну, вообще-то Сергей прав — эта Верания, которая твою Софонибу на Форуме изображала, ТАК на тебя украдкой посматривала! — заметил Хренио.
— Ага, едва не текла! — добавил Володя, — Если бы не муж ейный рядом…
— Ну, тёрлась то плечиком, то буфером, — припомнил я, — Нашли, на что глазеть!
— Так она и с той Летицией потом явно насчёт тебя шепталась, судя по взглядам, я же говорил тебе — у тебя был верный шанс! — напомнил испанец.
— Ну так я ж объяснял тебе, почему ну их на хрен, такие шансы…
Он имел в виду ту пьянку в более-менее солидной забегаловке, когда мы отмечали с гегемонами-патронами наше «освобождение» и гражданство, после которой мы им ещё и поход в ближайший лупанарий проспонсировали — тем, кто после пьянки был ещё в состоянии. Муженёк той Верании оказался в числе тех, кто был уже не в состоянии — и в таверне-то, дорвавшись до халявного фалернского, налакался его так, что едва под стол не свалился, и в принципе-то воспользоваться этим можно было вполне. Ага, не заметишь тут, как эта течная сучка так и норовит всеми своими выпуклостями об тебя потереться! Но только — на хрен, на хрен, потому как и я заметил, что они с Летицией шепчутся, а с ней мы, помнится, в тот раз пошалили маленько. Бабы есть бабы — сегодня дружат, а завтра не поделят чего-то и полаются, а полаявшись — заложат друг дружку со всеми потрохами, да даже и без ссор языки у них куда длиннее, чем следовало бы. А деревня есть деревня — мало того, что слух разнесётся, так ещё ж и отсебятиной почти от каждого передавшего приукрасится. И если эта вертихвостка ещё хоть какой-то повод для подобных сплетен даст, так и это ещё до кучи вспомнят — ага, преувеличенным минимум в «стандартные» три раза. А это ж не кто-нибудь, это ж всё-таки бывшие «хозяева», а у римлян в их законах и обычаях пунктик такой есть, по которому если вольноотпущенник к бывшему хозяину непочтителен, так тот может своё былое решение об освобождении неблагодарного раба и пересмотреть. Так что — на хрен, на хрен!