Страница 18 из 282
— Противник открыл ответный огонь, у них была одна винтовка, и два пистолета-пулемёта. Но наши снайперы были хорошо укрыты, и первыми же выстрелами сумели подстрелить двоих. У одного была перебита пулей кость голени. Этот понял, что ему не уйти, и сразу же принял яд.
— Матёрые волки...
— Ещё какие! В итоге, взять живым, хотя и раненым, удалось только одного. Оглушило его, пуля снайпера удачно чиркнула по голове. Третий, раненый, отстреливался до последнего, отступая вниз по склону, спрятался за кедром. Там его и добили. Из ДШК. Побоялись, что уйдёт. Прямо сквозь кедр и саданули очередью.
— М-да... История... Этот, живой который, заговорил?
— Пока молчит. При них нашли карты района Озёрска, видимо, шли к комбинату «Маяк».
— Ясно, — Хрущёв нахмурился. — Мотогондолу разведчика нашли?
— Да, в тот же день, 2-го февраля. Она в лес упала. Всмятку. Да ещё и обгорела. Толку с неё не будет.
— А что там за история с радиоактивностью на одежде?
— Ерунда. На нескольких вещах фон был слегка повышен. Примерно в три раза выше естественного. Скорее всего, Кривонищенко на одежде притащил, он же на «Маяке» работает. Проверяем, — рассказал Иван Александрович. — Сам понимаешь, если бы там что-то рвануло, радиация была бы на всех вещах, и фон был бы повышен не в три раза, а в десятки раз.
— А что за груз был?
— Обычные расходные материалы. Съестные припасы, батареи для радиостанции и приборов, регистрирующих радиацию, запасная одежда, патроны для оружия.
— Так как ты считаешь, что с этими ребятами в «той истории» произошло? — спросил Хрущёв. — Не лавина, и не ракета?
— Нет, — убеждённо покачал головой Серов. — Для лавины там слишком пологий склон. Ракеты с Байконура в северном направлении не запускали. Больше того, у нас ещё нет ракеты на гептиле, имеющей дальность более 2000 километров, а от Байконура до Новой Земли больше трёх тысяч. Эта версия возникла из-за внешнего сходства факела стартующей ракеты с огненным шаром, на большом расстоянии, а также из-за того, что Холат действительно находится почти на одной линии с Байконуром и площадкой Д-II на Новой земле, где «кузькину мать» рванули.
— Хочешь сказать, что доморощенные исследователи слишком вдумчиво курили глобус? — усмехнулся Никита Сергеевич.
— Вроде того, — криво ухмыльнулся Серов.
— Чисто теоретически, а если в «той истории» полигон действительно был в районе этой горы? А стреляли с Байконура? — Хрущёв приложил к глобусу транспортир для вычисления дистанций, такой же, как был у Королёва. — По дальности вроде проходит.
— Ну какой там полигон? Полигон, это же не поле чистое, там должны быть средства измерения, обслуживающий персонал. Народ ввели в заблуждение остатки РЛС на Чистопе, но она к полигону не имеет отношения. И потом, полигон предполагает ровную безлесную поверхность. Чтобы обломки и место попадания легче искать было. Куда там стрелять? В тайгу? И ищи потом, куда попали. Ещё там манси оленей пасут. Будь там полигон, их бы выселили, — отмахнулся Иван Александрович. — Опять же, ну вот представь, я, как руководитель страшной кровавой гэбни, отдаю приказ уничтожить всех туристов, как нежелательных свидетелей. Чтобы и следа не осталось. Что сделают мои верные палачи? Там рядом две реки. Спустить трупы в полынью — в два счёта, а дальше рыбы поработают. Унести подальше в тайгу и прикопать — тоже запросто. Можно вообще подложить под трупы по тротиловой шашке — разнесёт в клочья, и следов никаких не найдут. Нет. Тем, кто их убивал, нельзя было шуметь, и их было мало. Меньше, чем туристов. Трупы к реке таскать в их планы не входило.
— Этот Ракитин в целом довольно грамотно разобрался и просчитал, что повреждения внутренних органов вполне убедительно свидетельствуют об избиении с целью убийства, без применения оружия, — пояснил Серов. — Ракетную версию он тоже убедительно опроверг. Ну, а насчёт его измышлений о «контролируемой поставке» радиоактивной одежды я тебе уже объяснил.
— Там всё проще было. Ребята эти оказались не в то время и не в том месте. «Мы не ждали вас, а вы припёрлися». Американским агентам менять точку выброски груза было уже поздно. Отменять заброску они не могли — у них кончались припасы. Они решили инсценировать смерть туристов от холода — заставили их раздеться и выгнали на мороз, зная, что ночью похолодает. Туристы пытались оказать сопротивление, эти попытки подавили быстро и очень жёстко, профессионально. Об этом свидетельствует множество телесных повреждений, которые можно получить только в ходе рукопашной схватки с хорошо обученными противниками. Когда агенты поняли, что наследили, они добили четверых оставшихся и сбросили трупы в овраг. Приняли груз, и быстро ушли. Судя по сообщениям об огненных шарах, самолёт осветительными бомбами подсветил местность, чтобы легче было искать груз, на случай промаха.
— М-да... — задумчиво произнёс Никита Сергеевич. — И что ты намерен делать с этой проблемой? Я имею в виду — проникновение американских разведывательных групп в окрестности наших ядерных объектов?
— Принимаем меры, — Серов нахмурился. — Сам понимаешь, обеспечить безопасность всей нашей северной границы крайне сложно. Из-за её протяжённости. Да и места там глухие. Мы сейчас разрабатываем комплекс мероприятий. Видимо, понадобятся небольшие дирижабли-беспилотники, наподобие тех, что сейчас уже строятся в Долгопрудном, для патрулирования. С телевизионными системами высокой чёткости и аппаратурой дальней связи.
— Ну, и с американским «атомным спецназом» будем разбираться. Книга Ракитина, надо сказать, навела нас на интересные мысли. Есть такой американский полковник, Борис Паш, он же Борис Фёдорович Пашковский. Из эмигрантов. Он стоял у истоков создания специальных разведывательных групп США, работавших по атомной тематике. Впрочем, с 1957 года он вроде как в отставке... Думаю, надо будет его навестить...
— Следов только не оставляйте, — предупредил Хрущёв.
— Само собой. В общем, эта история заставила о многом задуматься, — Иван Александрович усмехнулся. — Если у Келдыша, Фока и Лентова при моей жизни прогресс наметится, надо будет зайти к Ракитину, поблагодарить лично. А заодно и объяснить, что в отношении кровавой гэбни он несколько заблуждается.
Хрущёв расхохотался.
— Угу. И не забудь надеть чёрный плащ и большой чёрный блестящий шлем, с закрытым забралом. Чтобы его кондратий хватил с гарантией.
Упомянутые Иваном Александровичем меры были приняты. Прежде всего, начали проводить широкую разъяснительную работу с местным населением, в том числе — с охотниками манси и прочими коренными народностями. За подтвердившуюся информацию о появлении «чужих» назначили солидную премию. В результате манси в течение 1959-1960 года выследили не менее десятка разведывательных групп и навели на них спецгруппы 2-го Главного управления КГБ СССР. (АИ)
В Долгопрудном было освоено серийное производство небольших беспилотных дирижаблей, используемых для наблюдения. Они хорошо пошли не только для нужд разведки, но и для лесного хозяйства, для наблюдения за пожарами, а также для нужд метеорологов, для разведки ледовой обстановки на Севморпути. Несколько позднее появились варианты, оснащённые электродвигателями, с солнечными батареями, топливными элементами и двигателями Стирлинга в качестве источников тока. (АИ)
В середине 1959 полковник американской армии в отставке Борис Фёдорович Пашковский был похищен и вывезен из США в Гватемалу, в бессознательном состоянии, на частном самолёте. Там его подвергли многодневному интенсивному допросу с применением специальных препаратов, в результате чего наша контрразведка узнала много интересных подробностей об организации «атомного спецназа» США. (АИ)
У маршалов Вершинина и Савицкого состоялся неприятный разговор с Первым секретарём ЦК КПСС, относительно эффективности ракет «воздух-воздух» первого поколения. Председателю ВЦСПС Гришину было поручено навести порядок в сфере самодеятельного туризма, чтобы свести к минимуму гибель туристов на маршрутах. Теперь каждая группа в обязательном порядке получала средства радиосвязи, выходы групп без предоставления информации о маршруте были запрещены. (АИ)