Страница 24 из 49
Его голос очень печальный и это меня удивляет. То, что рассказывал мне про графа Джонатан, совсем не сходится, его не только интересует передать наследство и женить Джонатана. Но граф волнуется за своего сына.
Я была права, думаю я. Он ищет контакт со своим сыном, потому что он страдает от таких натянутых отношений, но, похоже, не знает, как это сделать и надеется через женщину, которая будет с Джонатаном подобраться к нему поближе, который уже такое долгое время был отнят у него.
Его взгляд снова переходит на портрет, и я снова вижу его растерянность и море траура.
- Леди Орла была очень красивой женщиной. - говорю я и хочу ему показать моё сочувствие, больше я ничего не могу сделать.
- Да, это так. Картина все равно не передает всего этого. Она никогда не могла сидеть спокойно, она была слишком темпераментна. Я помню, как она бегала с Джонатаном в парке. Они всегда бегали наперегонки, потом она ловила его и они падали на поле и смеялись. Она давала жизнь этому дому. Без неё...
Он не оканчивает предложение, его охватили эмоции. Он пытается собраться, для этого ему требуется время. Я вижу, как он закрывается, точно так же как это делает Джонатан.
- Я каждый день мечтаю, чтобы всё вернулось назад и она была здесь. – он практически теряет самообладание, его тон голоса показывает это.
- Но её больше нет.
В этот момент входит Джонатан в помещение и тот смотрит злобно и обвиняющее на отца. Его глаза так злобно блестят и, похоже, он приготовился к перепалке.
Но не граф.
- Нет. Она мертва. - похоже, у него нет сил опять ссорится со своим сыном, он уходит за свой стол и садится.
То, что отец его не реагирует на него, сбивает Джонатана с толку, но его злоба остаётся в его взгляде.
- Пойдём, - говорит он и пытается схватить меня за руку, чтобы выйти со мной вместе. Но я волнуюсь о графе, который побледнел ещё больше, чем был.
- Вам не хорошо? - спрашиваю я и хочу пойти к нему, но Джонатан меня не пускает и крепко держит за руку. Но граф отмахивается.
- Всё в порядке, - пробормотал он. - Идите.
Джонатан тянет меня к двери после этого знака. Я иду и оглядываюсь назад на графа, который погрузился в себя.
- Ему же плохо. - я смотрю зло на Джонатана из-за его выходки, он не отпускает меня и тащит подальше от своего отца. - Мы не можем его тут просто так оставить.
- Нет, можем. – говорит Джонатан, пытаясь с трудом скрыть агрессию в своём голосе. – поверь мне, он сам справится.
- Ты не видел, как он расстроен? Он всё ещё оплакивает твою мать. – Джонатан смеётся от моих слов, и это не звучит как веселье, скорее злобно.
- Он никогда не оплакивал мою мать.
- Как ты можешь так говорить? - я просто шокирована его поведением и как он топчет чувства отца, всё для меня слишком быстро происходит, не только события, но и темп, с которым тащит меня Джонатан. Я просто не успеваю за всем.
Мы уже вышли из дома, вышли через одну из задних террас и Джонатан тянет меня в парк.
Озлобленная на Джонатана, я упираюсь ногами в землю и останавливаюсь, и заставляю его тоже остановиться.
- Джонатан, что с тобой такое? В чём ты его обвиняешь? Почему ты так озлоблен на него?
Он смотрит назад на дом. Мою ладонь он всё еще удерживает, почти раздавливая её.
- Он всё это инсценирует, Грейс. Он это уже много лет делает. Он играет безутешного вдовца и все ему верят, даже Сара. Но я всё знаю. Он не любил мою мать, Грейс. Он её делал несчастной. Он виновен в её смерти.
Глава 13
- Что ты имеешь в виду? - он что, вообще спятил?
Смерть леди Орлы было несчастным случаем, мне это подтвердила Сара. Большего я не знаю. Джонатан никогда не рассказывал, что именно с ней случилось и я не затрагивала эту тему, потому что я не хотела делать ему больно. Интернет тоже сильно не пригодился в этом вопросе. Все, что там было написано, просвещало только несчастный случай. Конкретики никакой не было. Ну, или кто-то очень постарался, чтобы никакая информация не просочилась в прессу.
- Ну, так что с ней случилось?
Джонатан резко выдыхает, и запрокидывает голову назад, видно, что он очень сильно борется со своей яростью, которую уже никак не скрыть.
- Она упала с лестницы, - сказал он с сжатыми зубами.
- Здесь? – спрашиваю я, указывая при этом на дом.
- В этом помещении, - он кивает.
У меня от неожиданности сжимается горло и я с трудом сглатываю. Знать конкретные факты, где и что случилось, делает всё только ужаснее.
- Так это был несчастный случай, или нет? – я почти боюсь задавать этот вопрос. – Это твой отец толкнул её?
Джонатан увиливает от моего взгляда.
- Нет. – говорит он. – Но он всё равно виноват.
- Но почему?
Джонатан тянет меня дальше в парк, видимо, он не может устоять спокойно на месте.
- Потому что он с ней поссорился в тот вечер. А потом это случилось, понимаешь?
Мои мысли смешались, пока мы дальше бежим по парку. Это, по крайней мере, я теперь поняла, почему граф при воспоминаниях о жене впал в такое отчаяние. Если так, то он, наверное, и сам винит себя в смерти своей жены. Но всё равно, это ничего не значит, почему Джонатан отвергает её траур?
- Но это всё равно был трагический несчастный случай, Джонатан. Он этого не хотел.
- Если он не хотел этого, то должен был оставить её в покое. Они не только в тот вечер поссорились, Грейс, они постоянно ругались. Сколько я её помню. Когда она умерла, он продолжил. В первую очередь он отправил меня в интернат, что было заранее спланировано, а Сару отправили к тёте Мэри. Мы ему были не нужны, и его не интересовало то, что моя мать была мертва, из-за него. Поэтому я ему ни секунды не верю, что он скорбит по моей матери. Он этого не делает, Грейс. Он бесчувственный и холодный.
Джонатан остановился. Он так возбуждён, что аж дрожит.
- Джонатан, это... - Я хочу ему сказать, что мне очень жаль, смерть его матери ужасна и что он ошибается по поводу своего отца. Но он мне не позволяет и закрывает мой рот своим жёстким поцелуем, который меня эффективно заставляет молчать.
- Я больше не хочу об этом говорить, хорошо? - выдыхая, говорит он, когда высвобождает меня. Он проводит пальцами по волосам, и в его глазах я вижу смесь гнева и жажды и ещё чего-то. Отчаяние?
Он опять берет меня за руку и ведёт меня дальше по парку. Мы уже отошли далеко от дома и шатров, их оказалось два, я даже не увидела второго. Подготовка идёт полным ходом и машины время от времени заезжают во двор. Но в парке мы одни.
- Куда ты меня ведёшь? - спросила я, когда Джонатан потянул меня за руку в какой-то лес через пару метров. Тут стоит пара берёз с низко висящими ветками, а вокруг кусты зелёные.
Он мне не ответил на вопрос, но ответ читается в его глазах. Меня охватило желание, когда он меня протолкнул задом между ветвей под дерево.
- Джонатан, - прошептала я, запрокинув назад голову, освобождая для него шею, когда он поцеловал меня за ухо и схватил обеими ладонями за грудь. Я знаю, что нужна ему сейчас, что он хочет меня так же, как и я его.
Сексом мы ещё не занимались под открытым небом, эта мысль так возбуждает, что дыхание просто замирает, потому что Джонатан не даёт время на раздумья. Он задирает мне юбку и снимает мои трусики, быстро растягивает мою блузку. Когда он с меня её стянул и повесил на ветку, я почувствовала теплый июльский ветер на моей голой коже, и как кора дерева щекочет спину, волна пробегает по всему телу и вторая горячая волна, когда он достаёт мою грудь из лифчика и сжимает её, что одновременно доставляет и боль и наслаждение. Соски напрягаются, и я обхватываю его голову, пальцы погружаю в его волосы, держась за него, пока он сосёт по очереди мои соски. Молнии стреляют по всему телу, направляясь в одну точку, что делает меня очень влажной и жаждущей его, я не сопротивляюсь, когда он стягивает с меня ещё и лифчик, я остаюсь абсолютно нагая. Это переносит меня на иной этап ощущений, возбуждения, что заставляет моё тело просто гореть. Джонатан отпускает мои груди и просовывает одну ладонь между моих ног, и они открываются ему на встречу. Я чувствую, как его пальцы проникают в меня, как будто он хочет посмотреть, готова ли я принять его. Потом он их вытаскивает и ещё сильней прижимает к дереву, давая почувствовать его эрекцию, и целует меня снова, пока не доводит меня до головокружения.