Страница 44 из 117
Скорее всего, социализация людей была медленным и постепенным процессом, который шел параллельно с развитием искусственной среды обитания и, в определенной мере, следуя экспоненциальному закону увеличения численности населения Земли. Схематически предполагаемое развитие социальности человека от времени представлено на Рис. 6.
Рис. 6 ПРИНЦИП ВОЗРАСТАЮЩЕЙ СОЦИАЛЬНОСТИ
Можно предположить, что первые люди в течение сотен тысяч лет сходились только для спаривания или жили изолированными семьями (участок «социализация в простейших формах»), но разумность подсказала, что небольшими группами легче охотиться и защищаться. Образование таких групп стало первым этапом социализации первобытных предков современного человека. Постепенно пришло понимание, что те же цели, т.е. охотиться на более крупных животных и ввести некоторую специализацию для выполнения других жизненно необходимых занятий можно осуществлять еще легче и эффективнее, если группы будут более многочисленными. Это был следующий, более высокий этап социальности. Следование этому принципу привело постепенно к образованию стай первобытных
людей, племен, народов и т.д., знаменуя собой все более высокие этапы социальности. Увеличение численности объединившихся особей привело к появлению стран, а выполнение различных функций, необходимых для выживания сообщества, к разделению на профессии. Т.о. процесс слияния мелких сообществ в крупные идёт столько времени, сколько существует человечество. График включает также нижний горизонтальный участок, соответствующий периоду появления сознания, предшествовавшего даже простейшей социализации людей, и очевидный верхний участок, соответствующий максимально возможной социализации – образованию единого всепланетарного человеческого общества, которое сформируется на Земле, когда человечество преодолеет все племенные предрассудки и перестанет быть разделенным на отдельные «самобытные» социумы.
Социализация - непрерывный процесс и выделение на кривой четырех заштрихованных участков и границ между ними – «простейшая», «переходная», «выраженная», «историческая» - является сугубо условным. Единственным основанием для такого деления является желание подчеркнуть, что социальность, развиваясь по экспоненциальному закону, сначала росла долго, медленно и в примитивнейших формах, затем происходил быстрый рост, но не оставивший материальных следов, третий участок уже выделяется находками захоронений и тщательно обработанных каменных орудий, и четвертый - соответствует историческому периоду и современности, от которого сохранились многочисленные археологические памятники, остатки сооружений и письменные свидетельства. Из графика видно также, что четвертый период составляет очень небольшую часть от всей истории социализации. Обе составляющих социальности – численность живущих совместно людей и их специализация в этот период резко возросли, достигнув почти максимума.
Т.о. осознанное стремление к личной или групповой комфортной и безопасной жизни выливалось во все растущую социальность сообществ. Это и явилось сутью реальной истории цивилизации, которая носила хаотический характер, но стимул всегда оставался неизменным: повысить комфортность собственных ощущений в самом широком смысле этого слова. Этого было невозможно достичь без увеличения численности вовлеченных людей и их специализации. Процесс социализации общества испытывал значительные колебания, многочисленные и продолжительные флюктуации, но в среднем, за значительные промежутки времени, следование принципу роста социальности оставалось неизменным: усредненная кривая Рис. 6 непрерывно возрастает от древнейших времен до наших дней, характеризуя растущую социальность поведения людей. Этот анализ позволяет сформулировать Принцип Возрастающей Социальности, который и отражает кривая. Предположение, что этот принцип верен для всех эпох, как писалось выше, -естественен, потому что стимулом к его реализации являлась осознаваемая выгодность социального образа жизни, преимущества которой, по сравнению с сохранением одиночного образа жизни, были очевидны.
СОЦИАЛЬНОСТЬ И СТАБИЛЬНОСТЬ
Разумеется, рост численности сообществ неизбежно порождал противоречия между людьми и столкновения интересов, и, следовательно, нестабильность общества, угрожавшую его членам. Стабилизация разросшихся сообществ достигалась введением внешних ограничителей поведения, которые назывались традициями, обычаями и неписанными правилами, и внутренними ограничителями, которые ныне называют моральными и нравственными нормами. При этом недостаток осознанности и знаний замещался многочисленными предрассудками и мифами: наделением членов своего сообщества какими-то выдуманными качествами, которые привели к понятиям нации, национального суверенитета, национальной экономики, незыблемости власти и границ, врагов, разделению наций и религий на плохие и хорошие и т.д., которые также были призваны служить стабилизации разросшихся сообществ. Все это оправдывало социальное расслоение, эксплуатацию, дикие обычаи, формы использования принудительного и чужого труда, поддержку выгодных теорий общественного развития и т.п. Позже роль “правил поведения” сыграли многочисленные кодексы и законы, ставшие обязательной частью совместного существования большого числа людей. При этом внутренние ограничители – мораль и нравственность, изменялись в каких-то частностях, оставаясь неизменными по сути, т.е. в тех главных частях - в меру их понимания в разные эпохи - которые служили обеспечению стабильности общества и индивидуальной безопасности. А введение новых правил, регулирующих совместную и взаимозависимую жизнь, вместо старых, проводилось сознательно.
Ныне население Земли представлено многомиллионными и даже миллиардными социумами, образовавшимися из тысяч мелких племен и народностей – хотя никто не знает чем различаются эти понятия - чьи имена вообще не дошли до нас. Всего полторы тысячи лет назад, например, изолированно существовали остготы, хазары, юты, лангобарды и т.д., которые охраняли свою самобытность также ревностно и также бессмысленно, как и мы сейчас, но где ныне эти «гордые племена»? Разумеется, их потомки никуда не делись, а просто растворились в человечестве в результате тысяч неизвестных «перекрестных опылений». Та же судьба, несомненно, ждет всяких «французов», «немцев», «евреев», «чеченцев», «конголезцев», «перуанцев», «японцев», «русских» и т.д. И чем быстрее это произойдет, тем меньшего числа жертв это будет стоить.
ХАОТИЧНОСТЬ ПРОЦЕССА СОЦИАЛИЗАЦИИ
Рост социальности людей всегда в среднем оказывался способом улучшения качества жизни личной, групп или племен, или решения накапливающихся противоречий, в основе которого лежало осознание выгодности социального поведения, а не следование несуществующему природному инстинкту. Поэтому, если бы люди вдруг решили поступать вопреки “осознаваемой выгодности” – хотя бы из каприза, то социальности не было бы и в помине! Так что Принцип Возрастающей Социальности – не «закон общественного развития», якобы неумолимо действующий и внешний по отношению к человечеству. Никакой “исторической неумолимости” в Принципе Возрастающей Социальности нет, как, впрочем, и в любых других исторических процессах, и остается надеяться, что люди не будут поступать назло себе самим, подобно ребенку, который обидевшись на маму говорил: - Вот пойду и нарочно себе уши отморожу!
Рост социальности не предполагал и обязательный рост гуманистических представлений в современном понимании. Потому что исходным стимулом было лишь желание с чужой помощью добиться прозаического личного или группового благополучия – «комфортности ощущений», а предположение о гуманной социализации было бы эквивалентно предположению о “запрограммированности социализации”, т.е. отсутствию врожденных эгоистических инстинктов и природного стремления к саморепликации. Это означало бы и программу появления только достоверных знаний, что находится в зияющем противоречии с реальностью. Гуманистические представления появились заметно позже, как составляющая моральных категорий, и стали откликом на требования стабильности уже значительно выросших социумов.