Страница 29 из 38
Таша! Ну как же так? Почему ты не отпустила прошлое? Зачем за него цеплялась? Почему не забыла, и просто не пошла дальше? Мы ведь жили не особо хорошо. Вечно без денег. Хаты съемные, грязные. Я ведь не из-за Ники с тобой порвал. Все к этому шло. Она просто послужила последним толчком. Я ведь не к ней ушел, а в никуда, в одиночество. Мы ведь с тобой такие разные. Не знаю как столько прожили.
Мне стало тяжело дышать, в грудину словно воткнули нож и ворочали им безжалостной рукой. Я застонал, голова кружилась, тротуар под ногами ходил ходуном.
Мысли в голове крутились взбесившейся юлой.
Первый год, до того как съехались, еще нормально было. Потом... Потом хуже, а потом... еще хуже. Бытовые мелочи, словно мелкие камешки в ботинке, которые не вытряхнуть - сначала незаметно, но чем дальше, тем больше и больше вызывают неудобство и раздражение.
Меня раздражало ее неумение готовить, Таша не могла сварит элементарного супа, а это при моей любви поесть сильно напрягало. Ее дико бесила моя привычка разбрасывать по квартире носки.
Меня выводила из себя ее любовь к сети. Все эти чаты, форумы и социальные сети, не понимал я этой иллюзорной жизни. Невнятные, убогие, по моему мнению, люди, скрывающие свои комплексы за красивыми сетевыми кличками. Ей не нравилась моя тяга к приключениям, и вечное влезание не в свои дела с желанием помочь.
Интересы у нас вроде схожие, но никак не пересекающиеся.
Мы оба любили читать, но обсудить прочитанное не могли, ее нравилось читать классиков и труды философов, западных и восточных. Все эти, трудно перевариваемые для меня дзены, дао и прочая эзотерическая лабудистика, не имеющая отношения к реальной жизни.
Я запоем читал фантастику и триллеры. При виде которых она начинала презрительно фыркать и кривить нос.
Музыка.
Рок, отечественный и зарубежный, был моим спутником по жизни. Таша не слушала ничего, что звучало на русском языке. Из наушников ее ноута постоянно лилась электронная хрень вроде Депешей, и забугорной эстрады.
Раздражало и вечное ее ворчание на мои, с ее точки зрения, не смешные шутки.
Мелочи, мелочи, мелочи. Которые складывались в огромную такую стену разделяющую нас. И претензии, претензии, претензии. Как высказываемые, так и умалчиваемые, но прекрасно читаемые во взглядах, голосе, жестах.
Мне казалось, что с нашим расставанием, она вздохнет свободней, а вышло наоборот.
Таша! Ну зачем было цепляться за прошлое? Его нет. Выходит правы был Аркадий Петрович, говоря что прошлое в наших головах часто меняет свой знак. Только у кого-то из положительного он переходит в отрицательный, а у кого-то, как у Таши, наоборот.
Последняя мысль привела меня в чувство.
Прошлого нет. Будущего тоже. Есть настоящее. А в настоящем у меня есть дело. Так что не время раскисать и рефлексировать, потом, может быть и поплачу над этим, но не сейчас.
Я смотрел на зажатый в кулаке мобильный, на последний входящий вызов, запоминая цифры.
Значит думаешь не найду тебя, тварь? Это даже хорошо, что ты так думаешь, сюрприз значит для тебя устрою, пренеприятнийший.
Я усмехнулся и пролистав контакты, нашел нужный номер.
-- Далил? Здоровеньки, булы. Узнал? Дело есть. Поможешь? Какое? На две тонны русских денег. Такое ответ устроит? О, и голос сразу повеселел, а я подумал, что ты не рад слышать старого товарища.
Далил, был единственным моим сокурсником, с которым я поддерживал отношения.
-- Телефончик один пробить надо, на момент кому принадлежит номер. Смогешь? Ну тогда записывай. Сколько времени понадобится? О'кей. Жду.
Я продиктовал номер и зашагал к Нике, размышляя что ей рассказать, а о чем умолчать.
Я дошел до аллеи, Ника, как я и просил, стояла там, где я ее оставил. Я остановился и помахал Нике рукой. Она замахала в ответ.
Телефон в моем кулаке зазвонил. Далил сработал оперативно.
-- Да. Слушаю. На кого говоришь? На Ирину Петровну Кожевникову? Семьдесят второго года рождения.
Твою мать! Облом! Этот кекс и вправду умен... Воспользовался чужой симкой... Стоп, стоп, стоп. Что-то не вяжется чужой номер, со словами о том, что убийство он не планировал. Да и образ забитого и всеми игнорируемого юноши, вряд ли ему больше двадцати, не стыкуется с предусмотрительным и хладнокровным убийцей, который оперативно раздобыл левую симку.
Я прикинул, выходило что Кожевениковой И.П. сорок два года. А если?
-- Далил, сможешь, пробить эту Ирину Петровну - кто она, где она, дети есть и кто если да, муж, племянники, ну в общем всю инфу и подноготную, которая есть на нее. Знаю что не законно. Червончик сверху, я думаю сотрет ту грань, за которую ты не хочешь заходить. Сам? Если бы мог, не просил бы. По скорому. Накинуть? За срочность. Ну ты жук. Накину, но только двадцать процентов. Давай, жду.
Я знал, от возможности по быстрому срубить легких денег, сокурсник не откажется. Были прецеденты. А все отмазы, это для набивания цены. Можно подумать, он этим никогда не занимался.
Ника бросилась мне на шею, обняла. Отстранилась, с тревогой заглянула в глаза:
-- Ты где был?
-- Этого искал.
-- Не нашел?
-- Пока нет.
Я смотрел поверх ее головы, уже зная что я с ним сделаю когда найду.
-- Фил. -- Тихо позвала Ника.
-- Да.
-- Не делай того, что задумал.
-- Ты о чем?
-- Я не знаю что ты хочешь, но не делай, мне страшно.
-- Почему?
-- Ты улыбаешься. -- Она не спрашивала - утверждала.
-- Да? -- Я несказанно удивился.
-- Да.
И вправду, только сейчас я заметил, что мои губы кривит ухмылка.
-- Что в этом такого?
-- У тебя плохая улыбка, сейчас плохая Так ты улыбался когда пришел к Стигу выручать меня.
-- Правда? -- Я стер с лица гримасу.
-- Да. Ты вошел с пистолетом в руке и улыбнулся так, что я испугалась. Я больше никогда не видела у тебя такой страшной улыбки. До сегодняшнего момента.
-- Глупости, я просто зол.
Ника покачала головой.
-- Что ты задумал?
-- Поехали домой. Там расскажу.
Всю дорогу до дома мы молчали. Я поймал сочувствующий взгляд водителя, асс дорог решил что мы поссорились. Пожалуй и я бы так подумал, но я знал Нику. Она не обиделась. Она боялась, но не за себя. За нас и наши отношения и того, за мои планы, что могут пошатнуть наши отношения.
В квартире я обнял ее.
-- Ника, делаем то, что решили. Собирай вещи и едем к Аркадию Петровичу. Побудешь там, дней несколько.
-- А ты?
Она даже не стала спрашивать, о чем мы говорили с убийцей.
-- Я, со всем что нарыл, еду к следачке. Дальше посмотрим на ее действия.
-- Может вместе?
Я покачал головой.
-- Нет. Тебя туда не пустят. Сколько я у нее пробуду неизвестно. А после его угроз, я не хочу оставлять тебя одну. К Петровичу, он пробраться не сможет. Только пока, ничего ему не рассказывай.
-- Ты думаешь они реальны? Угрозы?
Я не стал напоминать ей о том, что он сделал с Ташей, просто сказал:
-- Собирайся.
9
-- Да?
Это был Далил. Хорошо что он позвонил, когда я отвез Нику и вернулся. Домой я не пошел. Я сидел за столиком на веранде летнего кафе, вертел в руках чашку кофе и обдумывал план действий. Для себя я все решил, осталось дождаться информации.
-- Нашел? Излагай. Будут тебе деньги. Я тебя когда-нибудь кидал?
Сокурсник принялся делится инфой.
По его словам работала Ирина Петровна учителем в школе. Мужа не было, толи умер, толи в разводе. Квартира однушка, где-то на окраине автозавода. Из детей, только сын. Александр Сергеевич Кожевников, девятнадцати лет от роду, студент физико-математического факультета Водной академии.
Александр, значит. Саша? Алик? Похоже мой клиент. Сразу вспомнились его слова:
--...Я ее еле уговорил в кафе прийти, денег занял... ...Да и где я такую сумму возьму?...