Страница 13 из 38
Я поднялся. Посмотрел на Нику - вид у нее был несчастный.
-- Но, я подумаю.
-- Жаль, что он не согласился, такой материал пропадает, -- Аркадий Петрович смотрел в широкую спину уходящего парня и удрученно качал головой.
-- Ну ты, шеф даешь, -- Кай рассмеялся, -- вот вроде и ума палата, и людей видишь насквозь, словно рентгеном просвечиваешь, а его не просчитал. Он вернется, зуб даю, вот увидишь. На штуку баксов забиться могу. Бубновый интерес у него здесь, почище любого делового имеется.
Он посмотрел на Нику и подмигнул ей.
8
Я вертел в руках мобильник никак не решаясь набрать номер. Наконец открыл исходящие вызовы - вот они, одиннадцать цифр, вдавил кнопку, слушая сигнал вызова.
-- Таша.
-- Да. -- Не голос - смесь эмоций. Радость, страх, ожидание и... и обреченность, словно она знало что-то такое, о чем я и не подозревал.
-- Таш... Я... Я еду домой.
Часть 2. Таша.
2 - 3 августа.
1
Я помешивал угли в мангале, изредка переворачивая шампуры с нанизанными кусками свинины и брызгая на мясо смесью из сухого красного и маринада. Я понимаю - настоящий шашлык должен быть из баранины, но вот не люблю я ее. Ближе мне как-то свинина, да и возни с некогда блеющим мясом не в пример больше. Испортить его раз плюнуть. А испоганить кривыми руками свинину гораздо сложнее. Знай присматривай за мясом - переворачивай, не давая пригорать; да не пересушивай - вовремя поливая маринадом.
Из раскрытого окна тетушкиной дачи доносился приятный тенорок Боно негромко выводящий по-забугорному:
Is it getting better
Or do you feel the same
Will it make it easier on you now
You got someone to blame
You say...
One love
One life
When it's one need
In the night...
И уже совсем тихо, приятный девичий голос подпевал на родном и великом:
Одна любовь -
Одна жизнь,
И это все что нужно
В ночи...
Одна любовь,
Которую нужно нам разделить,
И она уйдет, дорогая, если тебе
Всё равно...
Августовский вечер плавно переходил в ночь. Духота сменялась приятной прохладой. Над головой, словно кто выплеснул ведро звезд. Шашлык шипел на углях брызгаясь жиром, еще немного и можно снимать. А к этому моменту и вино в погребе дойдет до нужной температуры. А дальше ужин в приятной, можно сказать любимой, кампании. И ночь, и свежие простыни, пахнущие душистыми травами и свежим ветром, и руки любимой, обнимающей за плечи и...
-- Фил, -- прервала мои грезы Ника.
Голос ее мне совсем не понравился, слышались в нем напряжение и страх.
Она выключила музыку и выглянула в окно. Ее вид мне не понравился еще больше чем голос. Серо-зеленые глаза потемнели, на лице растерянность и страх, такой же, какой звучал в голосе.
-- Что случилось? -- Я уже поднимался с нагретого мною обрубка бревна.
-- Посмотри.
Не тратя время на обход дома, дверь находилась с другой стороны, я перепрыгнул через подоконник и оказался внутри садового домика.
Ника уже протягивала мне планшет.
-- Читай.
Я пробежал глазами короткую заметку в ленте новостей.
"Сегодня ночью, от компетентного источника, нам стало известно о зверском убийстве молодой девушки."
Можно подумать что девушка может бы старой. О Господи, кто только учит таких псевдожурналистов.
"Тело Натальи Ивановны Вековой, было обнаружено расчлененным в квартире которую она снимала... Помещение залито кровью... Голова находилась... А тело..."
Бред!
Я положил планшет на стол и не глядя на Нику вышел.
Таша как же так? Я не мог поверить. Что бы ее не просто убили, а расчленили. Кто, твою мать! Кто?
С Ташей мы все-таки расстались. Не сразу. Деньги на съемную квартиру у нас кончились, и мы разъехались по разным районам. Она к матери, я к тетушке. Этот разъезд оживил наши отношения, мы вновь начали выходить в люди, посещать друзей и просто гулять. Как четыре года назад, когда мы только познакомились.
Я заканчивал последний курс универа. С задроченными программерами из группы я практически не общался, неинтересно было. Хотя учился я на отлично, но вместо программных кодов, плат и прочей лабуды меня тянуло к спорту, девушкам, приключениям и кампаниям. Тем, что любят собирать в полутемных квартирах, а то и вовсе в переделанных подвалах, играть на гитарах, петь и читать стихи, как свои так и чужие, и конечно пить и курить.
Вот на одной такой вечеринке я и заприметил Ташу. Мы начали встречаться, а после того, как я закончил учебу и устроился на работу, съехались. Я был влюблен? Без сомнения, особенно вначале. Испытывал страсть и хотел ее? Да и да. Мне было хорошо с ней? Большей частью да. Я любил ее? Пожалуй что нет. Чувствовал сродство душ? И опять... Нет? Или да? По крайней мере первый год.
А какими были бы ответы, на те же самые вопросы, если бы я задавал их от лица Таши. Аналогичными? Я не знал.
Где-то через месяц, после моего устройства в небольшую конторку специализирующейся на перепрошивке и ремонте планшетов и сотовых телефонов, мы опять съехались.
Но все в наших отношениях пошло не так, разладилось все. Таша все больше уходила в виртуальный морок всемирной паутины, словно там ей было интереснее, чем в реальном мире. Я же, через силу ходил на работу, и через силу же возвращался домой. Если съемную хату с барахлившим душем, и продуваемыми всеми ветрами обшарпанными окнами, можно назвать домом. Ушли страсть и зов, как души так и плоти.
В начале мая, буквально перед праздниками, мы окончательно разошлись. Тихо и спокойно. Словно не было былой страсти и огня в отношениях. Она осталась на съемной квартире, хата была оплачена до конца месяца, я отправился к тетушке.