Страница 25 из 63
- Я занимаю четыре.
- Я хочу, чтобы одну вы уступили нам, ведь мы будущие владельцы, да и потом, если я буду заниматься поисками жилья, то не смогу заниматься поисками денег.
Я думал, что она откажет из вредности, но блеск золота пересилил, и она нехотя уступила.
День клонился к вечеру, и это было мне на руку. Я выехал за ворота, ведя в поводу Росинанта вслед за Ланселотом. Доехал до ближайшего поворота и съехал с дороги. В двух милях от меня виднелась роща. Туда-то я и направился. Когда стемнело, я поиграл пальцами на своем браслете и опустил рядом мою птичку. Там было достаточно золота. Я взял ровно тысячу пятьсот монет, вышел, отправил птичку на орбиту. Хорошо, что на мне были рободоспехи! Иначе мне самому бы пришлось таскать шестьдесят кило золота.
Утром нашу вредную продавщицу ждал сюрприз.
Впрочем, она, увидев золото, вызвала стряпчего, и сделка была закончена к обеду.
- Я не был с ней любезен и выставил ее из гостиницы в течение часа, который ушел на то, чтобы мои новые слуги вынесли ее вещи на улицу. Конечно, это была мелка месть, но я купил право на нее за лишних пятьсот золотых. Разумеется, мы теперь занимали те самые четырехкомнатные апартаменты.
Мальчишка, приведший нас к этой покупке, получил свой честно заработанный золотой и предложение остаться работать при гостинице.
- Только если при кухне, - глядя в глаза, - нагло заявил он.
- Если не подойдешь, так нигде не удержишься, а так почему бы и не при кухне. Повар работу найдет.
- Да, хочу быть поваром, - подтвердил он.
- Может быть, и станешь поваром, но для начала побудешь поваренком, - ответил ему Питер.
Несмотря на бессонную ночь, мне пришлось снова надеть парадные доспехи и вместе с Питером отправиться во дворец, благо для этого нужно было пересечь небольшую площадь.
Стража при входе даже не повернула головы, хотя, я уверен, что они нас изучили очень внимательно. Зато едва тяжелая дверь красного дерева закрылась за нами, как к нам подошел строго одетый человек в черной мантии и черном бархатном берете. Он оглядел нас с головы до ног, что-то взвесил, сложил и вычел.
- Приветствую вас, милорды, от лица графа Эштвуда, владеющего этим графством милостью нашего короля и по праву наследования. Похоже, вы прибыли на нашу знаменитую охоту, но вот беда я не могу припомнить, что бы имел честь знать ваши имена.
- Я князь сэр Бенджамин Морли, а это мой племянник и наследник, сэр Питер Морли. Мы прибыли к графу по делам, а о грандиозной охоте, устраиваемой графом, мы узнали только по прибытии в столицу графства.
- Я, кажется, слышал о вас, милорды, вы те люди, которые купили часть родовых земель барона Брита Спирса? А откуда такой странный титул, в этих краях такого не слыхивали?
- Да, вы правильно информированы, я купил земли у милорда Спирса. А титул я принял родовой, мои предки были князьями, вот и я решил поступить также.
- Но, сэр! Это вносит путаницу в иерархию титулов, вот я, например не знаю, что он значит, насколько он высок. А мне положено знать.
- О, я вас просвещу. Титул князь весьма высок, но его может носить человек, имеющий совсем небольшие владения. Если же владения князя становятся больше, то к его титулу прибавляют названия новых земель. Если князь выигрывает битвы, то и места выигранных сражений прибавляют к титулу. Ну а если князь становится крупным землевладельцем со многими вассалами, то его уже именуют Великий князь. А если его владения становятся размером с хорошее королевство, то его называют Царь и Великий князь. Но я пока что просто князь.
- Очень замечательно вы все объяснили. Итак, в настоящий момент вы примерно соответствуете титулу барон, это просто для ясности. Прошу прощения за столь подробные расспросы.
- Да, и позвольте представиться: - сэр Дорси Дрю, барон, и главный герольд графства. Увы, не могу сейчас представить вас графу, вот после охоты сделаю это с удовольствием. А вы не желаете принять участие? Завтра пешая охота на кабана с пиками. А потом пир и награждение победителей. Потом еще охота с собаками на мелкого зверя, выступления актеров. Так что, только после всего этого я смогу вас представить графу.
- Пожалуй, мы примем участие в охоте на кабана, - отвечал Питер. Только мы возьмем с собой нашего пса, он не любит сидеть взаперти.
- А ваш пес не распугает дичь?
- Нет, что вы, милорд Дрю, он очень хорошо воспитан, мы оба за него ручаемся.
- Тогда не вижу препятствий, вашего слова мне вполне достаточно. Вы должны быть здесь завтра в десять утра. Я внесу вас в списки участников, а поскольку вас тут никто не знает, то завтра подходите прямо ко мне. А на сегодня, милорды, я вынужден с вами раскланяться.
- Рады знакомству с вами, милорд барон, - и мы поклонились ему в ответ.
Глава девятнадцатая - Графская охота
Охота в средние века была излюбленным спортом и времяпровождением. Большинство населения не имело возможности ею заниматься, да и необходимости особой не было - сельское хозяйство было выгоднее и надежнее обеспечивало сытое существование. Так что, постепенно этим стали заниматься исключительно лорды, оттачивая не только охотничье, но военное мастерство. Некоторые виды охоты были сопряжены с серьезным риском для охотника и требовали немалого умения управляться с оружием. А еще была необходима большая храбрость, сила и ловкость, в общем, все как на войне.
Охота на вепря, или дикого кабана опасна чрезвычайно. Завезенный на планету со старушки Земли, как и многие другие виды, он здесь стал крупнее, чем земной его собрат, наверное, произошла какая-то незначительная мутация, которая добавила мяса для удачливых охотников, но зато сделало весьма опасную охоту на кабана - смертельно опасной. Я ожидал, что охота будет происходить в лесу или на болоте, но все оказалось иначе. Огромных зверей, весом в двести пятьдесят-триста кило, привезли в клетках и устроили охоту на поляне для рыцарских турниров. Трибуны были полны зрителей, ну прямо, как гладиаторские бои в древнем Риме.
А вот желающих выступить было немного.
Один за другим вышли на ристалище пять рыцарей и только один из них сумел довести дело до конца. Остальных лучники уносили к лекарям, предварительно утыкав огромных кабанов длинными стрелами. После этого они становились похожими на громадных ежиков.
Я облачился в броню, прицепил оба меча и два длинных кинжала, взял арбалет и двинулся в направлении ристалища. Перед самым выходом мне сунули в руку четырехметровую пику с семидесятисантиметровым лезвием с "кабаньими клыками" установленными после этого лезвия. Это было основное оружие против кабана. Я вздохнул с облегчением эта пика и рядом не стояла с той, что приходилось использовать на охоте у Брита Спирса.
Впрочем, кабан в чем-то даже опаснее быка. Он настолько силен и быстр, что насаженный на пику может проскользнуть по ней и все равно достать охотника. Только перекладина из двух стальных лезвий - "кабаньи клыки", может помешать кабану в таком смертельном, для охотника, маневре.
Я встал на позицию и выпустил грунтозацепы из подошв рободоспехов. Затем сунул конец пики подмышку, а острие положил на землю и взял наизготовку арбалет.
- Выпускай, - крикнул я ловчему.
Клетка со скрипом отворилась и, подгоняемый уколами копий, оттуда вынесся кабан-переросток. Я поймал его в прицел, спустил курок и отбросил арбалет в сторону. Кабан несся с такой скоростью, что я едва успел управиться с пикой. Древко уперлось в титановый башмак, укрепленный на грунте. Сам я согнулся и выставил острие на уровне своего живота. Пока я проделал это, кабан стал холмом, несущимся на меня. Удар был сокрушительный, несмотря на то, что часть его погасило лезвие, впившееся в грудь вепря на всю длину.
Однако моя правая нога отъехала на полметра назад, пропахав глубокую борозду, и я растянулся на земле. Я убрал грунтозацепы и вскочил на ноги. Огромный кабан был убит. Пика пробила грудь прямо посредине, перекладина из кабаньих клыков была согнута так, так как едва не вошла в тело, в левом глазу зверя торчал хвост моего арбалетного болта. Трибуны взревели, визиг и крики слились в сплошной рев. Я, стоял как пьяный, и вдруг осознал, что, несмотря на видимую легкость победы, мне просто повезло.