Страница 22 из 82
В конце каждой недели обслуга натапливала баню. Баня предназначалась как для Аватаров, так и для местного населения, которое почти целиком составлял обслуживающий персонал и их семьи. Баня была общей в полном смысле этого слова. Женщины, мужчины, дети - все мылись и парились вместе. Еще раньше Вандерер заметил, что люди не стесняются своей наготы. К примеру, купаются в реке, разоблачаясь донага и не обращая внимания на находящихся рядом. Вот сам Вандерер по этому поводу почему-то комплексовал и стеснялся. И объяснения этому не находил. Хотя он каждый день купался в реке, и не ощущал необходимости в мытье, тем более что не раз умирал и возрождался девственно чистым, но решил, что парная поможет измученному телу расслабиться. Как ни странно, смерть и следовавшее за нею воскрешение не уносили без остатка усталость, и она понемногу накапливалась.
Впервые попав голышом в помещение, заполненное такими же голышами, он забился в уголок, стараясь не смотреть на людей. Однако это как-то не получалось. Взгляд то и дело выхватывал в слабом освещении бани мокро блестящие части тел. И причем почему-то все противоположного пола. А их здесь хватало. И "поношенных", и "в самом соку", и только оформившихся. Вот довольно пышненькая молодайка провиляла широкими бедрами почти вплотную к коленям несчастного Аватара и, о ужас, поместила их на лавку рядом с деревянной шайкой Вандерера. Как тот ни старался опустить глаза в шайку, те почему-то упорно поднимались на роскошную грудь с розовыми кружками сосков, чуть ли не щупая ее взглядом. К еще большему ужасу Вандерера, он почувствовал, что в паху у него тоже стало подниматься мужское достояние. Затравленным взглядом (не замечает ли кто) он окинул баню и с некоторым облегчением заметил, что стоит не у него одного. Никто этого не стеснялся и этим делом особо не интересовался. Ну, отпустят шуточку, мужик отшутится, а то и не обратит внимания, и все. Как ни в чем не бывало, почти касаясь бедрами, женщины и мужчины сидели рядом нагие, переговаривались, шутили, не стесняясь, рассматривали друг друга. Ван не выдержал, залез в парилке на верхнюю полку и принялся остервенело охаживать себя казенным веничком. Не долго длилось облегчение. Зашли две молоденькие фигуристые девушки и тоже полезли повыше. Одна разлеглась на полке ногами к Вандереру, а вторая, колыхая тугим телом при каждом движении, стала ее парить. Наш герой чуть не взвыл от этого зрелища. Скатившись вниз, выбежал из бани и плюхнулся в реку. Остудиться.
Само собой, ночью сны были наполнены соблазнительными красотками в чем мать родила. Он ворочался с боку на бок и не мог спать на животе.
Поскольку маскировка и разведка не пользовались большим спросом у Аватаров, Странник порой оказывался единственным учеником у бородатого рослого солдата с намечавшимся брюшком. Как можно было с такой комплекцией неслышно двигаться по лесу, Вандерер не представлял. Однако это было так. Более того, отойдя на три шага в реденьком подлеске, тот просто исчезал из виду. Как Вандерер ни старался, получалось у него плохо. Видя огорчение Аватара, Лис - таков был псевдоним этого инструктора у егерей, и он совершенно не подходил простодушному парню в мирной жизни, утешил его тем, что все приходит с практикой и никак иначе. Понемногу они стали разговаривать на темы, не касающиеся обучения. Если в своем ремесле - разведке, маскировке и диверсиях, которыми, как выяснилось, тоже занимались егеря, он был действительно лис, то в жизни оказался простым и прямым, как стрела, деревенским парнем. Видя старания и искреннее расстройство Аватара при неудачах, Лис сам стал переживать за Вандерера. А поскольку занятия по этой необязательной дисциплине стояли в самом конце дня, а домой Лис почему-то всегда уходил с неохотой, то они порой задерживались допоздна, отрабатывая тот или иной шаг, движение или идя по следу животного. Правда, Вандерер поначалу под страхом развоплощения поклялся бы, что здесь год никто не ходил. Парень преображался из деревенского увальня в хитрого и хищного зверя, когда занимался своей работой. По всему выходило, что это занятие было по душе ему самому. И однажды Вандерер поинтересовался, почему Лис оставил службу. Тот как-то вяло махнул рукой:
- Да... Любовь случилась. Знаешь, - он вдруг осчастливил Вандерера редкой на его лице улыбкой, - такая, что ничего не жалко.
Улыбка медленно увяла, и лицо снова приняло свое привычное немного нахмуренное выражение. Он пожал плечами.
- А потом она, любовь, как-то увяла. Да поздно уж. Раз женат.
Тут Вандерер открыл еще одну грань этого человека. Он оказался человеком долга. Хотя некоторые таких долгов не признавали.
Вандерер пробовал выяснить его отношение к Аватарам. И не только у него. Население Школы не замечало никаких странностей и несуразностей в поведении Аватаров. Они воспринимали Аватаров как естественную часть мира, такую же, как они сами, только более привилегированную. И Вандерер задумался - чем эти люди отличаются от Стаса? Ответа пока не было. Как, впрочем, и на многие другие вопросы.
Как-то они увлеклись, и Ван пропустил ужин. Лис предложил зайти к нему домой и восполнить упущение. Ложиться голодным после напряженного дня не хотелось, и Вандерер принял предложение. Домик Лиса ничем не отличался от своих соседей. Только во дворе пустовал вольер с собачьей будкой.
- А где же собака? - поинтересовался Аватар мимоходом.
- Та... - Как-то расстроено махнул рукой хозяин. - Пристроил в хорошие руки. Добрый пес. Умный. Только Вальке, жене моей, действовал на нервы лаем. Вот и... Она теперь в вольере птицу держать собирается. Ты проходи. Не стесняйся.
Внутри дом содержал кухню, столовую и две спальни. Все было чисто убрано, все на своих местах. Только как-то не по-домашнему, что ли. Вандерер присел у стола, рассматривая обстановку и пытаясь понять, что же не так. Лис на кухне гремел посудой.
- А где жена? - спросил Ван.
- Скоро придет. Она в Школе на кухне работает.
Тем временем он выставлял на стол нехитрую снедь. Хлопнула входная дверь и вошла невысокая худощавая женщина. Вполне симпатичное лицо немного портило застывшее выражение раздражения, видимо давно ставшее привычным. Да болезненные круги под глазами. Она замерла на миг на пороге, потом несмело улыбнулась и поздоровалась. Вандерер ответил, поднявшись. Лис неловко попытался объяснить:
- Вот, Валь, это Вандерер. Знакомься. Он из-за меня на ужин опоздал. Так я, это... Пригласил...
Лис как-то увял под взглядом жены, стушевался.
- Ну что ж, я помогу.
Как-то слегка зловеще проговорила женщина и под локоток затолкала мужа обратно на кухню. Оттуда Вандерер расслышал ее сердитое приглушенное шипение:
- Ты что, ирод, на стол тащишь? Я, что, вот для этого вот выготавливала? Бери сам готовь и угощай тогда кого ни попадя.
Лис бормотал что-то невнятное.
- Что ты бормочешь мне тут? Ни на что не способен, а туда же - рот раскрывает. Только едоков приводить горазд. Может, еще бражничать тут надумали? Ты посмотри на себя - тюха и есть тюха. Сидишь тут с тобой в этой дыре, вкалываешь как проклятая, а ты на моей шее ездишь.
Вандереру стало жутко неудобно из-за нечаянно спровоцированного им скандала. И почему-то еще неудобно за Лиса. После услышанного кусок в горло точно не полезет. Лучше уж на голодный желудок лечь спать. А может, что на кухне удастся перехватить. Надо было уходить. Как раз из кухни появился весь красный, с какими-то и бешенными, и одновременно жалкими глазами хозяин. Он тащил уже какую-то другую посудину, не ту что не успел донести до стола.
Вандерер заговорил с ним:
- Лис, ты извини, но я не смогу с тобой отужинать. Совершенно забыл, что у меня на это время бой назначен. И перед хозяйкой за беспокойство извиняюсь. Ну, пока.
Вандерер быстро вышел во двор. Отворяя калитку на улицу, услышал как в доме что-то грохнуло. Не успел далеко отойти, как за спиной стукнула калитка и слух уловил торопливые шаги за спиной. Лис быстро догнал, сунул в руки Вандереру что-то завернутое в свою куртку.