Лабиринт Выходов

- Жалко... Но вот вы, получается, всё это можете - скрывать отсутствие, держать в тайне... И говорите ещё, что волшебства не существует!

- Я говорил вовсе не это, а...

- Да помню я, помню. Воображение... И всё-таки - волшебство!

- Ну, пускай - волшебство, - улыбнулся Максимилиан.

Он улыбался - но на душе было тревожно. Почти так же как вчера, перед тем как он решился наконец заняться поисками ученика. Уже понятно, что в Школу Артур пойдёт - но от этого тревога не уменьшалась. Это не означает ещё, что сумрак, который грозит сделать свет сердца мальчика тусклым, рассеется.

6. Экзаменационный вопрос

- И ты там был? В Лабиринте? В Школе? Всё, что говорил этот Максимилиан - правда?

Едва Артур закончил рассказывать, Алька принялась за "допрос".

- Да, я был и в Лабиринте, и в Школе. И всё, что он говорил - правда.

- С ума сойти, - изумилась Алька. - Жуть как нелогично...

- Твоё любимое словечко, - незло усмехнулся Артур.

- А у тебя - "Я в шоке!", - не дала брату спуску Алька. - Так, значит, ни в чём этот Максимилиан не соврал - кроме одного. Обещал, что никто твоих исчезновений не заметит - а я заметила.

- Вот уж не знаю, почему, - Артур в недоумении покачал головой.

Время шло к вечеру. В комнате собирался полумрак, а света они не включали. В этих сумерках снежный шар, который так и лежал на полу, куда положил его Артур, ещё больше походил на огромный драгоценный камень. Или на магический кристалл. Андрей никак не мог отделаться от этого впечатления. Всё время, пока Артур говорил, шар притягивал его взгляд, как будто каждое событие, о котором шла речь, отражалось внутри этой сферы. Или - как будто ему самому хотелось волшебными красками нарисовать эти картины под толщей стекла. Сначала знакомая площадь, скамейка под елями. Потом - неведомая далёкая страна, по которой скитался несчастный поэт, в итоге своих скитаний обретший вдруг огромную чудесную силу. Потом - таинственный Лабиринт, состоящий из Выходов и, наконец, снова волгинская площадь. Притяжение продолжалось до сих пор - Андрей всё ещё всматривался в стеклянную сферу, даже ни одного вопроса Артуру не задал.

Алька взяла лист бумаги и ручку, сдвинула в сторону стоявшие на столе кружки и как-то невзначай опустевший конфетный пакет.

- Надо записать, что нам известно.

- Хлебом не корми - дай расследование устроить.

Не обращая внимания на замечание брата, Алька принялась чертить на листке. Андрей, не без труда оторвавшийся от созерцания шара, заглянул ей через плечо. Обычным записям Алька предпочла криптографию. На листе одна за другой появлялись схематичные картинки - шар со снежинками внутри, маленькая звёздочка и другая, значительно больше, сова, весы с двумя чашами. Птичье перо, о значении которого трудно было бы догадаться, если бы не соседство с нотным знаком - это обозначало поэта и музыканта. Наконец в самом углу листа Алька изобразила лабиринт, сильно смахивающий на те, которые рисовал Артур. Что от внимания Артура не укрылось. Но если он и хотел по этому поводу высказаться, сестра его намерению помешала:

- Ты не сказал, какой тебе пришлось сдать экзамен.

Артур ничего не ответил. Алька истолковала молчание по-своему:

- Ну, испытание, о котором говорил Максимилиан. Какое это испытание?

Дальше отмалчиваться было бесполезно.

- Я его ещё не прошёл. Это вопрос, на который нужно найти ответ. Он касается того, как Лабиринт работает...

- Они там, в своей Школе, с ума, что ли, посходили? Откуда ты можешь знать, как работает какая-то магическая штука для путешествий? Они сами-то знают - как? А то у них все слова загадочные, "воображение", да "подлинная жизнь", да "воплотилось в реальность" - их как угодно можно толковать.

- Да не в том дело...

- Так объясни толком, в чём!

- Для путешествий в нашем мире предназначен Внешний круг Лабиринта. А через Выходы Внутреннего круга увидеть можно то, чего на самом деле не существует... Несуществующие миры. Придуманные. Может, даже попасть туда... Я пока, правда, только смотрел. Мне Максимилиан показывал.

- На твоём месте я с такой уверенностью не утверждала бы, что эти миры, которые он тебе показывал, не существуют. Мало ли, что и где существует.

- Ну, они похожи на выдуманные. В некоторых светит зелёное солнце, другие состоят сплошь из огня - в общем, всякое такое, необычное.

- Ладно. Предположим. Но я так и не поняла, какое отношение это к экзамену имеет?

Артур пустился в объяснения. Мастер, впервые путешествуя по Лабиринту, проложил пути во многие уголки земли, в сто девяносто девять городов разных стран. Открыть Выход в далёкие края мог он один. Даже его спутнику музыканту это было не под силу - ему, как любому другому человеку, удавалось лишь перейти в открывавшийся Выход и обратно. И в первый раз обязательно нужно было следовать за Мастером. Так же и теперь: путешествовать можно только через уже существующие Выходы. И необходимо точно себе представлять, куда отправляешься. Поэтому первое путешествие можно совершить только вместе с кем-то, кто знает, где надо оказаться.

Но все эти правила - для Внешнего круга. Проводник в придуманный мир не нужен - ведь этот мир ты придумал сам.

- То есть, чтобы открыть Выход в придуманный мир, достаточно хорошо представлять себе этот мир, - заключила Алька.

- Жутко логично, - поддразнил её Артур. - Вообще-то, я тоже так думал... Находясь во Внутреннем круге, представил себе придуманный мир - но увидеть его так и не получилось. Чего-то не хватает, какого-то ключа... Я уже три недели пытаюсь понять, что это за ключ. И никак не получается. Боюсь, Максимилиан всё-таки ошибся, и я испытание не пройду. Наверное, тогда звездочёты сделают так, что я забуду о Лабиринте...

- Ну, мы-то с Андреем теперь о нём знаем, и напомним тебе, - успокоила Алька.

- Думаешь, вы так легко эту загадку отгадаете? Уж если звездочёты обратили внимание и на вас - вам тоже экзамен предстоит.

- Каждый ученик один и тот же экзамен сдаёт? - уточнила Алька.

- Ну да.

- А в Школе ты, Артур, уже бывал много раз, и, конечно, видел других учеников...

- Да. На уроках вместе со всеми пока не сижу, но кое-кого видел. Там есть ребята из других стран, но все друг друга понимают. Потому что язык любой страны там превращается в единый... Ну, это трудно объяснить - он как будто в твоей голове звучит. Любые иностранные слова понятны становятся.

- Это вроде действия тех "переводчиков", которые в фантастических фильмах помогают жителям разных планет между собой общаться? - предположил Андрей. - Где-то я видел, что эти "переводчики" в ухо засовывают, и они проникают прямо в мозг...

- Наверное, результат похож, - согласился Артур. - Только в уши ничего засовывать не будут, можете не бояться.

- Ну и дурак ты, братец, - сокрушённо покачала головой Алька. - Трудностей с пониманием нет - и за три недели ни у кого ответа на экзаменационный вопрос не спросил!

- Сама балда. Это же не обычная школа тебе. Если подскажут - толку не будет никакого.

- Учителя узнают? Ну да, с магическими-то способностями...

- Да это ещё полбеды, что узнают. Не сработает подсказка. Самому надо понять. Так и ребята говорят...

Алька прикинула про себя: если бы о бесполезности подсказки говорили учителя - можно было бы усомниться. Но другие ученики в таком деле врать не стали бы.

- Интересно, - задумчиво протянула она, - сколько времени живут на свете эти поэт с музыкантом? С помощью магии, наверное, сколько угодно проживёшь. И из какой они страны?

- Может, из Атлантиды, - неожиданно для самого себя сказал Андрей.

Ни Алька, ни Артур ничего об его интересе к Атлантиде не знали. Альке он просто не успел рассказать, а Артуру говорить и в голову бы не пришло - то есть, раньше не пришло бы. А теперь его словам больше удивилась почему-то именно Алька. Артур только улыбнулся.