Страница 3 из 54
Но на следующий день я уже находился в школе, которую кончал кумир нашей молодости. Я специально подъехал к двенадцати, когда учёба продолжалась, и педагоги ещё не должны были разойтись по домам. Здание – из красного прочного кирпича – стояло в тихой части города в компании таких же старых кирпичных домов, не очень далеко от бывшей квартиры родителей Р. Я остановился и долго изучал вывеску: буквы под стеклом сообщали, что здесь не просто какая-то школа, нет, это было нечто специально-экспериментальное, с углублённым изучением под чьим-то высоким патронажем, так что даже неловко казалось отвлекать серьёзных людей от их дел. Но выхода не оставалось, и я открыл наконец двери на толстой железной пружине и прошёл в вестибюль, почти пустой, несмотря на середину дня.
Направо виднелась дверь в столовую, где что-то булькало и стучало, прямо шёл длинный коридор, кончавшийся вдалеке большим зарешеченным окном, а мне нужно было налево, мимо раздевалки, рядом с которой сидели и стояли школьники. Особого плана я составить не успел, главным было – как я представлял себе – найти директора, чтобы выйти через него уже на людей, знавших Р. раньше. Я вежливо спросил, где находится кабинет директора, мне несмело ответили, одновременно, похоже, пытаясь понять, кто я такой и не исходит ли для них отсюда неясная опасность, и я пошёл на второй этаж, ощущая спиной всё ещё боязливые взгляды.
Кабинет находился в дальнем конце коридора, сразу за учительской, в которой беседовали две молодые женщины – видимо, учительницы, отдыхавшие в перерыве между занятиями – но как только я вошёл, они повернулись ко мне лицом, и мне не оставалось ничего другого, как спросить, могу ли я видеть директора. Сразу же они вскочили, и одна из них – постарше – как бы вынужденно, против желания – улыбнулась, и ответила, что меня не ждали так быстро. «А почему меня должны были ждать?» – Я ничего не понимал. – «А вы разве не из департамента?..» – «Нет, я по личному делу.» – Они сразу успокоились, и старшая из учительниц объяснила мне, что у директора – Маргариты Семёновны – сейчас урок, но минут через двадцать она освободится, а пока я могу посидеть вместе с ними. Они не были слишком любопытными, и когда я сел у окна, они снова уединились, и уже тихо продолжали разговор: старшая рассказывала, а собеседница время от времени переспрашивала и иногда смеялась, и тогда старшая присоединялась к ней и мелко подхихикивала. Кажется, они обсуждали общую знакомую, перемывая ей косточки, а я стал им совершенно безразличен. Скорее всего их стаж работы не превышал и пяти лет: они выглядели чуть постарше меня, и, естественно, не могли иметь никакого отношения к тому, что меня интересовало. Та, что помоложе, казалась красивее, хотя и не отличалась тоже особыми качествами, и я время от времени переводил взгляд со стендов в дальний угол, где они продолжали трепотню, не очень заботясь о том, какое впечатление это произведёт на постороннего человека. Им явно было наплевать, и наконец мне стало обидно, ещё некоторое время я сдерживал себя, но потом встал и пошёл к замолчавшим и снова обернувшимся ко мне и насторожившимся жрицам культуры. «Знаете, я собственно вот по какому делу. Вы, видимо, слышали, что Р. кончал вашу школу?» – «Это кто, актёр?» – «Естественно.» – «Так вот, я журналист и писатель, и собираю информацию о нём.» – Я решил быть откровеннее, чем при первой встрече: в конце концов педагогам не имело смысла бояться и что-то скрывать, и можно было рассчитывать на более доверительные отношения. Они переглянулись, и старшая наморщила лоб, пытаясь припомнить что-то важное для меня, и наконец нужная идея выплыла из глубоких тайников памяти. «Но тогда вам нужна Елена Сергеевна – завуч. Она работает давно, и кто-то тут приходил и спрашивал про Р. – так он беседовал с завучем. А директор – моложе, и пришла из другой школы, она вряд ли поможет.» – Молодая согласно закивала, и обе наперебой заговорили о том, когда и где я могу найти завуча. – «Но сегодня же комиссия из района…» – Старшая вспомнила о неприятном судя по всему моменте, и молодая тоже приуныла, они вскочили на ноги и засуетились вокруг столов, ставя стулья аккуратно у стен ровными шеренгами и складывая в стопки журналы и какие-то тетради, разбросанные в беспорядке. Я решил помочь им и занялся стульями. – «Так где я могу найти завуча?» – «Если наверняка – то придётся вам ждать её здесь. Но вообще у неё сейчас тоже урок, и, по-моему, следующий – тоже.» – Старшая учительница, как бы взявшая на себя переговоры, подошла к стенду и ткнула пальцем. – «Всё правильно, органическая химия у десятого класса. Так что придётся вам её подождать. Но на перемене она должна зайти сюда – за журналом.» – Мы наконец разобрались с мебелью, и я сел уже недалеко от них. – «А больше вы не знаете никого, кто мог бы мне помочь?» – Старшая нахмурилась, пытаясь что-то вспомнить, а вторая с интересом разглядывала меня. Безусловно, это стало следствием того, что я раскрыл свои намерения и выдал себя: возможно, ей было интересно пообщаться с писателем, и во всяком случае моё положение здесь явно изменилось к лучшему. Долго мы смотрели друг на друга, наши взгляды иногда скрещивались и пересекались, выдавая что-то вроде взаимного интереса, пока старшая неожиданно не встрепенулась. – «Был, был один учитель, он даже вроде был классным руководителем у Р., хотя может я и путаю. Но сейчас он на пенсии.» – Я сразу прекратил разглядывание и перевёл внимание на старшую учительницу. – «Вы это точно знаете?» – «Да.» – «А адрес, вы не могли бы найти адрес?» – «Откуда? Я проработала с ним только год – сразу после института – и почти не общалась. Может быть – Татьяна Сергеевна вам поможет. Она тоже очень давно в школе, и по-моему, у них что-то было такое… у Татьяны Сергеевны и… учителя, не помню уже, как его звали.» – «А где можно найти Татьяну Сергеевну?» – «Она ведёт английский в старших классах, сейчас посмотрим.» – Старшая снова обратилась к доске, на которой долго искала нужное место, шевеля от усердия губами и перемещая палец по вертикали и горизонтали, и двигаясь иногда даже под углом, пока радостно не крикнула. – «Вот она! Считайте, что вам повезло: сейчас у неё как раз кончается занятие, а следующий час свободен.» – «И где же у неё урок?» – «На четвёртом этаже, сорок пятый кабинет.» – Я задумался: проще было сначала заняться вновь открывшейся кандидатурой, и только потом уже имело смысл обратиться к завучу. Я встал. – «Очень вам благодарен. Я ещё вернусь, так что пока не прощаюсь.» – Круто развернувшись, я проигнорировал ищущий тёплый взгляд, что-то обещающий, но отвлекающий от главного: от дела, ради которого мне пришлось забыть все другие долги и обязательства, чтобы уйти на несколько месяцев в густую глубокую тень, в которой только и можно было выполнить мою большую и нелёгкую задачу.
Звонок на перемену прозвенел, когда я добрался до четвёртого этажа, пока ещё пустого. За нужной мне дверью стоял шум, кто-то кричал и заливался смехом, и я был немного шокирован, когда увидел открывающиеся двери и выбегающих старшеклассников. Двое высоких преследовали маленького и толстенького, шлёпая портфелями и стараясь попасть ему по голове, но голову как самое ценное жертва защищала дипломатом, и доставалось в-основном другим частям тела. Толстяк бежал достаточно шустро, но охотники всё равно не отставали, и он мужественно сносил особо болезненные удары, иногда выкрикивая что-то обидное и неприятное, задевающее преследователей. Они наконец исчезли на лестнице, а из комнаты выходили остальные – цветущие девушки вперемешку с высокими ребятами – и наконец в самом конце, когда поток чуть прервался, в дверях показалась маленькая старушка. Под мышкой она тащила плотную пачку тетрадей и книг, что было ей явно сложновато; когда я сделал шаг навстречу, она заметно испугалась и остановилась, настороженно глядя снизу вверх. – «Давайте, я вам помогу. Вы идёте в учительскую?» – «Да. А вы кто такой? И что вам надо?..» – «Видите ли, я по одному личному делу, и мне сказали, что вы можете помочь. Вы ведь Татьяна Сергеевна?» – Она сунула мне пачку и не спеша двинулась вперёд. Говорить стало сложно, потому что за спиной и по ходу движения стали открываться двери, и оравы визжащих школьников, видимо, самых младших классов, начали заполнять коридор.