Страница 23 из 32
В июне две тысячи триста девятнадцатого года Великая Новоукраинская армия выиграет бой в решающей битве в долине Желтой реки, что закрепит успех депутатов Верховной Рады.
В две тысячи триста тридцатом году незадолго до очередной свадьбы Юлiи Борзенюк, Новая Украина в другом составе земель отделится от Великой Новой Украины и образует независимую республику со столицей в Онтарио.
Герой революции генералиссимус Микита Грищук станет первым президентом республики и останется самой заметной политической фигурой Новой Украины до своей кончины от любви к прекрасной Алiне Киценко.
Алiна Киценко на своем новом спортивном аэрокаре пронесется над Днепром и бросит в чистые воды гадальный венок из полевых цветов.
Смелый и быстрый парень Микита Грищук бесстрашно прыгнет за венком, отобьется от пудовых осетров и первым схватит венок невесты.
(Рыбы – гигантские караси – сожрут десять человек в жениховской гонке.)
Алiна Киценко выйдет на свидание с Микитой, возьмет у него свой венок и забальзамирует его в пещере египетской пирамиды – на века!
— Зачем ты прыгнул за венком, скажи правду, Микита (—Навіщо ти стрибнув за вінком, скажи правду, Микита)! — Алiна Киценко возьмёт в свою холеную руку мозолистую ладонь Микиты Грищука. — Руководило ли тобой сознание спортивного интереса – так паралимпийцы прыгают в котел с гремучими змеями.
Или ты задумал дурное по отношению меня?
Может быть, деньги манили тебя, власть, слава, опьянение свободой слова и вероисповедания (Керувало Чи тобою свідомість спортивного інтереса — так параолімпійці стрибають в казан з гремучімі зміями.
Або ти задумав погане по відношенню мене?
Може бути, гроші манили мене, влада, слава, сп'яніння свободою слова та віросповідання)?
— Нет, моя дорогая девушка Алiна (Ні, моя дорога дівчина Алiна)! – Микита Грищук умоется своими слезами счастья: — Только похоть – столь удивительная в наши дни застоя – бросила меня в реку на съедение жадным карасям и осетрам.
Мой отец в прошлом году поймал карася с лодку (Тільки похіть — настільки дивовижна в наші дні застою — кинула мене в річку на поживу жадібним карасям і осетрів.
Мій батько торік зловив карася з човен), — Микита Грищук разведет руки в стороны, но всё равно размера не хватит для обозначения шедеврического карася. – Я не испугался смерти – лишь бы в койку с тобой или на сеновал (Я не злякався смерті — аби в койку з тобою чи на сінник).
— Сено нынче дорого! По карману ли оно тебе (Сіно нині дорого! Чи по кишені воно тобі)? — Алiна Киценко бросит нареченному жениху свадебную ленту из косы и с хохотом побежит в дорогие искусственные поля: — Догоняй меня, парень!
Я – не карась размером с лодку.
Не съем и не укушу (Доганяй мене, хлопець!
Я — не карась розміром з човен.
Не з'їм і не вкушу)!
Счастье волнами разлетится по волосам Алiны Киценко, ударится в низ живота Микиты Грищука и отзовется долгим певучим эхом, похожим на звук нанайского национального инструмента комуза. – Ольга поправила прядь волос, упавших на взмокшее чело. Она махнула залпом очередной стакан водки, закусила свининой, жирной и бесстыжей в застывшем белом жире: — Ух! Умаялась я видениями из прошлого, словно три дня пахала на клиента.
Часто ко мне приходят видения.
— А результат лотереи, бегов, биржи, курс доллара и евро ты в будущем видишь? – Оксана жадно схватила руку Ольги, словно брала клад из зарослей цветущего папоротника.
— Своё и наше будущее ты видела? А то только – Новая Украина! Нам-то какой толк из Новой Украины, что наступит через триста лет? – Наташа жадно поцеловала Ольгу в левое ухо – авансом.
— Нет, девоньки! Ни результатов лотерей, ни курсов валют, ничего полезного для меня я не вижу в будущем, словно я лошадь инвалидка.
Только – польза для моей страны!
А насчет своего взаимоотношения с женихом, который все и всех проклинает, добавлю: пусть проклинает.
На его проклятии будет зиждиться наш союз.
Новая Украина станет восьмым чудом света, пусть даже под проклятием москалюги.
Египетские пирамиды, висячие сады Срамиды в Вавилоне, храм Артемиды в Эфесе, Галикарнасский мавзолей, колос Родосский, Александрийский маяк падут к новым микрорайонам новой столицы Новой Украины.
Другая мысль, кроме Новой Украины – единство взглядов, пожатие рук, робкие поцелуи на политической основе с моим новым женихом – если, конечно, он превратится в жениха, как автобус Львив превращается в «Мазерати».
Политическая арена, да знаете ли вы, девушки, что значит – политическая арена в отдельно взятом селе? – Ольга взмахнула вилкой с малосольным огурчиком, похожим на пенис старого вялого гнома.
Огурец сорвался с вилки подобно камню из пращи маленького, но гордого Давида. Если бы огурец соответствовал ГОСТу заведения – маленький, но крепкий и хрустящий (хотя соленые огурцы никогда не хрустят, хрустят только маринованные), то он не сорвался бы с вилки и не улетел бы в глаз стриптизерше Снежане.
Обнаженная Снежана на гоу-гоу столе выполняла сложный трюк, который требовал от девушки полной концентрации внимания, мышечного напряжения и всех школьных знаний – поднимала ноги над плечами клиента.
Она работала, а мысли витали далеко – в области огромных денег от рогатых и безрогих оленей.
«С детства мне твердят, что имя Снежана – не подходит девушке с черными волосами и смуглой, как потертая золотая монета, кожей.
Почему я не сменила имя сразу, когда получала паспорт – путевку в жизнь с мужиками?
Упрямство доведет меня до разорения, скоро на порядочного венеролога денег не насобираю с жадных клиентов.
Под черные волосы и смуглую кожу нужно другое сценическое имя, например, например — Ингрид.
ООО! Как это я раньше не пришла к столь заметному изменению своей жизни, будто бы голову посыпала пеплом от шашлыка из баранины?
Сменю имя на Ингрид – красиво, в ногу со временем и сексуально агрессивно под цвет моей кожи и волос на лобке и на голове.
Все знаменитые шлюхи – Ингриды!»
Пока ещё Снежана, в задумчивости чуть не опустила ноги на плечи клиента – а контакт запрещен, разрешен только за дополнительную плату.
И тут – соленый огурец в глаз!
Позор, насмешки подружек, неуважение клиентов вплоть до лишения премий за гоу-гоу танец и, может быть, с работы выгонят.
Надо же – огурец в глаз получила, соленый, бочковой – не солидно.
Принц, когда приедет на белом коне, с презрением посмотрит на девушку с соленым огурцом в глазу, пусть девушку зовут не Снежана, а даже – Ингрид.
К счастью Снежаны, клиент не заметил, как огурец ударил в глаз стриптизерки (клиент Николай Андреевич смотрел в другую часть тела Снежаны, не в глаз).
Снежана отшвырнула соленый огурец на пол, продолжала таинственный танец, которому уже больше десяти тысяч лет.
Глаз опухал, наливался красным и тяжелым, но Снежана по имени Ингрид совершала маленький, потому что – женский, подвиг.
«Над нами, стриптизерками насмехаются бабки у подъездов.
Нас укоряют жены клиентов.
Нас побивают камнями в Иудее, но никто из охальников никогда не задался вопросом – насколько мы сильные духом, словно богатыри Невского озера.
Нас унижают солеными огурцами в глаза, а мы продолжаем, не заканчиваем песню танца, дорабатываем номер – так акробат со сломанными ногами не уходит со сцены до антракта, так партизан стоит на мине и поливает врагов из автоматического оружия!»
Снежана страдала, но об её страданиях знала только она и – соленый огурец.
Ольга размахивала пустой вилкой, будто стяг надежды водружала над зданием литовского Сейма.
— Политическая арена… мля…
Бык луганских зашел на наше поле с тыквами, гадина.
Может быть, бык и не виноват – мы его после политических дебатов съели, а, может быть – и виновен.
Незнание законов межи не освобождает от костра.
Я уверена, что луганские сами нарочно отправили быка на выпас на наше поле – чтобы бык разъелся и для разжигания страстей.