Страница 8 из 16
из карьера при его расширении! А техники лишней - еще одного
экскаватора я пока нигде не замечал. Получалось, что в
ближайшем будущем вести работу на два фронта - и руду из
карьера добывать, и сопку сносить, чтобы этот же карьер
вовремя расширить, пока не планируется.
Может, все так и расчитано? В начале сезона золотишко
понемногу доставать – платить-то работягам нужно, да и на
горючку, запчасти, деньги требуются. А потом все силы бросить
на снос этой чертовой, мешающий сопки. Тогда о хороших
заработках можно не мечтать – вторую половину сезона придется
перекладывать с места на место пустую породу.
Возможно я рассуждал слишком грубо – начальство всегда
найдет, как вывернуться из щекотливой ситуации. Конечно, пол
сезона заниматься только пустой породой невозможно – простые
работяги вопросами замучают. Вот и спланируют в карьере
ковыряться, но потихоньку. А основные силы бросить на снос сопки.
И все это одним экскаватором?
Похоже, что так и есть – вон как Сергей на мои наблюдения
отреагировал, и чуть ли не потребовал молчать в тряпочку. Он то
наверняка планы начальства знает, да и сам в их числе значится.
А подозрительная смерть механика, случайно «упавшего» в
карьер? А если и он догадался, что без второго экскаватора за
сезон заработаем гроши? Поднял вопрос там, где не нужно? И за
это поплатился?
Стоп – остановил себя. Так можно черт до чего додуматься.
Вот фантазер! Дня не проработал, толком и узнать ничего не
успел – а выводы уже сделал, причем в худшем варианте!
Нельзя, нужно охладиться и по крайней мере немного
поработать, приглядываясь к ситуации. Ребят дождаться, с ними
посоветоваться.
Вскочил с кровати: «Здесь будь!» - приказал Чапе, и
побежал в столовую, прогоняя из головы тревожащие мысли.
Часть четвертая.
Два дня махал кувалдой, отбирая пробы в намеченных
Сергеем местах. Пару раз он ко мне наведывался, проверял все
ли я делаю качественно, и тут же уходил, не сделав никаких
замечаний. Конечно, монотонная работа не очень радовала, но
потихоньку начал втягиваться, как в нее, так и в длинный
двенадцати часовой рабочий день. С непривычки уставал, но по
вечерам находил силы пробежаться вблизи лагеря. Обошел
карьер, заглядывая вниз, нашел и внимательно осмотрел место,
с которого, по словам Сергея, недавно упал и разбился насмерть
механик артели. Ничего интересного не заметил, кроме
маленькой железной пирамидки с небольшим крестом на
верхушке. Глянув вниз, понял, что спускаться в карьер и
пытаться найти что-то там – бесполезно: на моих глазах в
нужном месте бульдозер сгребал в кучу разбросанные камни,
уничтожая последние свидетельства недавней трагедии, если
они там еще оставались.
Честно говоря, без привычного общения с друзьями,
коллегами по прошлой работе, было скучновато. Конечно, число
знакомых на новом месте увеличилось, но, как я уже отмечал,
они не отличались общительностью – ремонт техники после
рабочей смены забирал остатки свободного времени. И близости,
не говоря о дружбе, пока не намечалось. Только в столовой
пампушечка-повариха Варюха искренне мне улыбалась, ложила
в миску кусочек повкуснее и поаппетитней, не пропускала
возможности поговорить о пустяках. А в домике каждый раз
встречали щебетаньем две птички, однако дел своих не бросали
и меня не боялись нисколько. До самочки, когда та сидела в уже
отстроенном гнезде, я осторожно дотронулся пальцем, и она не
улетела, а только тихонько пискнула.
Вечером третьего дня начал обустраивать жилище. Пристроил
одностволку в укромном месте, которое сразу и не найдешь,
прикрепил под гнездом ласточек фанерку, чтобы отходы их жизни
и деятельности падали на нее, а не на пол, и начал из
разномастных обрезков досок сколачивать подобие стола и
табуретки. За этим занятием застала меня Варя - постучала в
распахнутую дверь, на что Чапа не гавкнул, а закрутил обрубком
– уже догадался, кто его кормилица. Переступила порог и сразу
же увидела пернатых постояльцев, отметивших ее появление
привычным пересвистом:
«Ой, ласточки у вас поселились! Значит, человек вы
хороший, и они это поняли!» С улыбкой оглядела помещение и
произведения моего столярного мастерства:
«Неуютно у вас!» - отметила реальность, и посоветовала, -
«Занавесочки на окно нужно повесить, и марлю на дверь, чтобы
комары вечером не закусали».
Я конечно, заулыбался, показал рукой, чтобы садилась на
кровать – а больше и некуда, и разговор поддержал:
«Да, на окно и дверь повесить что-то нужно. А стены не
мешает обоями оклеить, грязь под ними скрыть.»
«Правильно», - согласилась женщина, уже устроившись на
кровать и поглаживая примостившегося рядом Чапу, - «как
другие, в грязи вы жить точно не будете! Это нашим (наверное,
имела ввиду рабочих) ничего не нужно, есть кровать и ладно. В
домик зайти невозможно, грязь сплошная, да запах не приведи
господи!» Она еще раз внимательно осмотрела жилище, и как
дело решенное, констатировала: «Занавесочки я принесу, а обои
придется заказать, что б привезли». Повернулась ко мне: «Только
что б к вам никого не подселили! А если и найдут кого – вас
слушался и чистоту поддерживал!»
Я не мог не рассмеяться, услышав столь откровенную
заботу о моей персоне:
«Варя, я же геологом работал, постоянно по отрядам
мотался! И конечно», - здесь я имел возможность сообщить
женщине о моем статусе женатого человека, - «жена все эти
шторки, занавесочки и клееночки в рюкзак мне запихнула. Так
что все есть, кроме обоев. А за участие – тебе большое
спасибо!»
«Не за что благодарить-то,» - Варя грустно вздохнула, -
«хотела вам приятное сделать, а не получилось.» И приняв вид,
что внимательно рассматривает стены, высказалась обо мне и
моей половине: «Хорошая у вас жена, обо всем подумала. И
красивая наверное,» - улыбнулась и посмотрела на меня, - «у
такого мужчины другой и быть не может!»
«Жена как жена», - начал я менять тему, - «но и она
предусмотреть все не могла. Кое о чем тебя попросить
придется».
«О чем это?» - на лице женщины мелькнула надежда.
«Нет у меня тазика и тряпки, пол протирать», - нашел для
Вари возможность что-то для меня сделать, и перешел к
главному, - «и расскажи, что за люди здесь собрались, с кем
дружить можно, а от кого лучше подальше держаться.»
«Ведро старенькое и тряпку я вам завтра подберу. Если
хотите, и пол в домике помою!» - бодро начала с улыбкой, а
дальше с удовольствием рассказала все о работягах, давая
каждому характеристику с чисто женской точки зрения.
Теперь я знал, с кем из артельских можно подружиться, с
кем не стоит, а от кого лучше держаться подальше. Последних
оказалось еще трое – это без того, о котором я узнал в первое
посещение вагончика-столовой. Очень полезная информация,
когда в коллектив только вписываешься. А дальше в нужный
момент задал для меня главный вопрос:
«Варя, а что здесь недавно случилось, почему человек в
карьер упал и разбился?»
Женщина сделала большие глаза, уставилась на меня с
испугом, и перешла почти на шепот:
«Не спрашивай ни у кого о том парне! Не знаешь ничего – и
живи спокойно!»
С ее желанием я не согласился. Подошел к кровати, сел
рядом:
«Варя, я же знаю, что дело не чистое. Парень-то хороший
был, или за дело в карьер упал?»
«Ничего не знаю!» - Варя замотала головой все с тем же
испугом на лице, - «Он не простым рабочим был, он вокруг
начальства крутился! Что для него повариха какая-то!»