Страница 1 из 16
ИНОЙ ЖИЗНИ ДЛЯ СЕБЯ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ!
Книга седьмая.
ХАЛЯВНЫЕ БАКСЫ.
Введение.
Я – человек простой, не гений и не дурак точно. Ну может
одна извилина в черепушке отличается от обычной для гомо
сапиенса формы, потому что применительно к геологам
«простой» – это как лейтенант или старлей в армии, а меня
очень быстро сделали старшим геологом партии, что
соответствует чину капитана, может даже майора. И тараканы в
моей голове отсутствуют. Имею в виду больших, предпочитающих
мозги жутких «правдолюбцев», хитрых карьеристов, бездушных
мошенников, а то и просто бандитов – то-есть всех, кого народ
за глаза или открыто называет подлецами и негодяями.
Маленькие-то тараканчики, как и у всех без исключения,
конечно присутствуют. Хотя понять они ли это, а
не загадочные проявления души, не представляется возможным.
Пример? Да запросто! Что такое для мужика страсть к охоте или
рыбалке? Конечно, проявления авантюрной и романтической
натуры. А для его жены? Конечно, маленький таракашка. Пример
из интеллектуальной области? Пожалуйста. Что такое желание
пополнить домашнюю библиотеку новыми интересными книгами?
Конечно, проявления интеллигентности и утонченности
мышления. А непреодолимое стремление жены расставить их на
полке не по жанру и теме, а по ранжиру, качеству или цвету
переплета? То- то и оно, сами понимаете что.
С одним маленьким таракашкой в моей голове жена
мирилась всегда. И не возмущалась, если у меня появлялось
желание наведать места, где прошли лучшие годы. Имею в виду
студенческие, их-то по- другому никто и не считает. Места же эти
в Москве, где я постиг основы профессии в Геологоразведочном
институте, в том, что раньше находился на Моховой напротив
манежа. Вот и навещал столицу раз в один – два года, по пути в
отпуск из солнечного Казахстана в хмурую Смоленщину, где
обитали мои предки - только до поры до времени, до всем
известной «перестройки», закончившейся полным бардаком в
стране.
С ее приходом геологам первыми стало « не до жиру – быть
бы живу». Какие отпуска и поездки, если отрасль разваливали
сразу и сознательно, прекрасно понимая, что открытых и
разведанных месторождений столько, что от услуг романтиков
поля можно отказаться лет эдак на десять – пятнадцать.
Но жизнь идет полосами. Обязательно трудная кончается,
и начинается другая, когда можно вздохнуть с облегчением и
вспомнить, что пора навестить и постаревших родителей, и сына,
успевшего окончить институт, конечно Московский – по моему
настоянию.
И вот, после долгого перерыва, познав все «прелести»
переходного этапа от социализма к капитализму, уже другим
человеком, для которого главное не государство а деньги,
полученные или добытые полюбому, я снова шагаю по знакомым
улицам и проспектам, неожиданно для себя удивляясь,
восхищаясь и возмущаясь одновременно. Удивляясь вездесущей
красочной рекламе на всевозможные, ранее часто запрещенные
темы, количеству появившихся забегаловок, в которых можно не
только перекусить, а и успокоить душу, не пряча бутылку под
столом. Восхищаясь невиданному во времена генсеков обилию
товаров в магазинах, возможности в любое время дня и ночи
выпить и перекусить, если на то есть желание. Возмущаясь
толпам на улицах и в общественном транспорте, количеству лиц
явно не Московского рождения, часто таких, кого в былые
времена не подпустили бы к городу ближе сто первого
километра. Возмущаясь засилью машин невиданных ранее
марок, заполонивших не только улицы и проспекты, а и тротуары,
и даже дворы зданий, вплоть до выходов из подъездов.
Торопиться мне некуда. После института сын обосновался в
Москве, и остановиться у него на несколько дней я могу всегда.
Бросил в квартире дорожные вещи, и пока чадо с женой
зарабатывают денежки, отправился на экскурсию по подзабытым
местам. Очень интересно! Читаю рекламу, разглядываю витрины
магазинов, в некоторые захожу лишний раз убедиться, что на
прилавках есть все, вплоть до птичьего молока. Вот они, новые
рыночные отношения! Глаз радуют! Правда, цены на товары тоже
рыночные, честно говоря, приличные, иногда и запредельные, но
товар-то – лежит на прилавках и никакой очереди! Может зря нас
капитализмом с пеленок пугали? Вон он как шагает, не знаю как
по стране – но по Москве семимильными шагами точно.
Больше часа я наслаждался обновленными видами хорошо
знакомого мне города, подошло время посидеть, организовать
что-то вроде второго завтрака. Раньше, при развитом
социализме, подходящее место пришлось бы долго искать, потом
стоять в очереди. Сейчас же на каждом шагу красочные витрины
заманивали, зазывали посетить заведение и окунуться в полную
нирвану.
Я выбрал понравившуюся коробочку из стекла и стали, над
входом в которую реклама обещала все вкусно и недорого,
вошел в помещение и устроился за одним из шести столиков.
Приятно-то как! Светло, чистота стерильная, посетителей
человек пять не больше, а у дальней от входа стены – бар с
витриной причудливых бутылок с красивыми этикетками. Да, в
сфере обслуживания капитализм явно переплюнул не
воплощенные бывшей властью ожидания, надежда на которые
долгие годы теплилась в душе каждого.
Не успел оглядеться, а ко мне уже спешила официантка в
стильном и аккуратном костюмчике, подчеркивающем нужные
места привлекательной фигуры и не скрывавщим стройные
ножки красавицы. Я не мог не улыбнуться, вспомнив официанток
доперестроечных времен: всегда не очень красивые, как правило
пожилые и в неопрятном одеянии, они редко вызывали лично у
меня положительные эмоции. А таких вот симпатюшек, если и
встречал, то в редких престижных ресторанах, в которых столь
же редко отмечался по совсем невероятным поводам, да в
самолетах аэрофлота в качестве стюардесс.
Подошедшая красавица мою улыбку заметила,очаровательнейшей
своей ответила, и задала обычный в подобных случаях вопрос:
«Что вы желаете?»
Я с восхищением смотрел на девушку, совершенно забыв,
что же собирался заказать. И не придумал лучшего, как с
сожалением вздохнуть: с такой красавицей любой мужчина
мечтал бы поговорить, посидеть за бутылкой вина, ну и так
далее. Все это девушка легко прочитала на моем лице, еще раз
улыбнулась и опустила глаза на маленькую книжечку в руках,
сделав вид, что готова записать заказ. Пришлось фривольные
мысли из головы выкинуть:
«Сто грамм хорошей водочки, ну и закусить что-то, вроде
сосиски».
Девушка кивнула головой, бросила на меня мимолетный
взгляд – как мне показалось, заинтересованный, и направилась в
сторону буфета – бара, очень завлекательно покачивая
умопомрачительной попой. Н-да, капитализм не всегда имеет
волчий оскал, иногда это и чарующая улыбка искусительницы.
Через пару минут я сделал глоток качественного напитка,
пожевал кусочек сосиски, и откинувшись на спинку стула,
вытянул ноги - дать им возможность отдохнуть после
непривычного для геолога асфальта. Немногие посетители
заведения были заняты такой же расслабухой, а очаровательная
официантка возле бара разговаривала с одним из сослуживцев,
не забывая наблюдать за присутствующими. Возле меня она
оказалась моментально, как только отодвинул в сторонку пустые
тарелочку и стаканчик.
«Желаете еще что-то?» - со знакомой улыбкой задала
очередной вопрос.
Я с сожалением вздохнул – принятые сто грамм не