Страница 169 из 184
Действие третье
Явление первое
Цезарь, Антоний.
Антоний Брут согласился, встречу здесь назначив, Где ты недавно соблаговолил Терпеть его разнузданные речи. Ты скоро сможешь вновь услышать их, Поскольку хочешь этого. Цезарь Спасибо. Я знаю, Брута было нелегко Склонить к подобной встрече, и другому Я не рискнул бы порученье дать, Какое дал Антонию. Антоний О Цезарь, Как жаль, что ты к моим советам глух И терпишь Брута. Это первый случай, Когда я порученью твоему Не рад. Но Брута я просил, как друга, Хотя его как твоего врага Я знаю и за это ненавижу. Цезарь Для многих Цезарь плох. Но лишь один Из недругов моих меня достоин, И это Брут. Антоний Тогда не только Брут, Но первым Брут, а вслед за ним и кимвры, И кассии, и туллии должны Убиты быть, и многие другие. Цезарь Чем больше, чем непримиримей враг, Чем он сильнее, тем всегда приятней Мне было побеждать его, что я И делал — чаще, нежели оружьем, Прощеньем. Обласкать, когда к мечу Прибегнуть можно, силой убежденья Сердца, в которых ненависть кипит, Смирить и заручиться верной дружбой Того, кого ты волен погубить, — Вот лучшее возмездие достойным Врагам, мое возмездие. Антоний Пора Усвоить Цезарю, что он обязан Своим величьем самому себе. Но, главное, чтоб понял он сегодня, Когда и Рим в опасности, и он, Кто в равной мере их обоих любит. Конечно, только я. И я твержу Без устали тебе, что если Брута Не убиваешь ты, тогда тебя Не так отчизны занимает слава, Как личное тщеславие твое. Цезарь Быть может, хочется тебе, чтоб Цезарь Боялся? Антоний Пусть не за себя, — за Рим И он бояться может, даже должен. Цезарь За Рим во имя славы умереть Я должен, а не за себя бояться И не за Рим. В бою его врагов Я разгромил. Они как раз и были Врагами Цезаря. Одним из тех, Кто обнажил оружье против Рима, Был Брут, и я с оружием в руках Пленил его, однако не позволил, Чтоб справедливый меч войны сразил Его тогда. Ужель сегодня, в Риме, Я мог бы допустить иль приказать, Чтоб безоружного (о, небо!) Брута Сразил удар клинка из-за угла Или неправая секира. В этом Нет надобности. Даже захотев, Не смог бы я… А впрочем… Нет… не смог бы. К великому числу моих побед Победу над парфянами осталось Прибавить и над Брутом. От второй Зависит первая. Любой ценою Я должен Брута в друга превратить. За Красса отомстить — первостепенной Задачи нет сейчас, и в этом Брут Весьма полезен мне: ведь речь о славе И Цезаря и родины идет. Антоний Ты славен — дальше некуда. Цезарь Допустим. Но если предстоят еще дела, То сделанное раньше мной не ставлю Я ни во что. С парфянами война Неотвратима. Чтобы побежденным Остался Рим, покуда Цезарь жив? О, прежде я умру тысячекратно! Но полным распрей, полным прочих зол, Сражаясь в Азии, оставить город Я не могу, как не хотел бы я В крови и в ужасе его оставить. Лишь Брут уладить в силах… Антоний Значит, ты Антонию не доверяешь? Цезарь В ратных Деяниях моих ты часть меня. И я хочу, чтоб, в ужас повергая Парфянина, ты рядом был со мной. А в этом деле думаю на Брута Я опереться. Антоний Я тебе готов Служить во всяком деле. Что до Брута, То здесь ты слеп. Цезарь Быть может, он куда Слепей меня. Но я надеюсь нынче Открыть ему глаза. Сегодня я В ударе… Антоний Вот и он. Цезарь Вдвоем оставь нас, Я скоро буду у тебя. Антоний Прозреть Да сможешь ты, пока еще не поздно, И с кем имеешь дело ты, понять!