Страница 36 из 76
Растворившись в людском водовороте, Черный кардинал хотел поразмыслить о вещах отвлеченных и даже философских, но удавалось это ему из рук вон плохо. То ли погода не располагала — в воздухе витала близость лета и пахло сиренью, — то ли самому ему требовалась передышка, но Нергаль не без удовольствия чувствовал, что и он странным образом принадлежит этой массе наслаждавшихся радостью жизни, похожих на бабочку-однодневку существ. «Ах, люди-люди, — едва заметно улыбался начальник Службы тайных операций, — вечно-то вы гоняетесь за миражами, а заполучив желаемое, снова жаждете перемен…»
Остановившись у большого витринного стекла, Нергаль посмотрел на свое отражение. Увиденным остался доволен. Элегантный мужчина с гордо поднятой головой в безупречно сидящем сером костюме и такой же шляпе, образец холодности и корректности, но — и Черный кардинал это в полной мере осознавал — с ним что-то происходило. Что-то такое, что без натяжки можно было назвать человеческим, а это не могло не настораживать. Стянув с руки перчатку, Нергаль поправил ногтем большого пальца идеально тоненький ус. Нечто подобное случалось с ним и раньше, хотя сам он не любил о том вспоминать, но про себя вынужден был отметить, что порой испытывает к людям почти что симпатию. Человеческое, как известно, заразно, но надо знать меру, да и колоссальный опыт работы в Департаменте Темных сил должен был, как прививка, защищать его от суетных и мимолетных эмоций. Должен был, однако ж не защищал… А тут еще весна и эта Крыся Брыська!
«Нет, не красавица, — продолжил Нергаль свою прогулку, — но есть в ней что-то чертовски привлекательное… — Найдя нужное слово, прищелкнул пальцами, — изюминка! Зеленые глаза с усмешкой, словно одной ей известно что-то забавное, копна рыжих непослушных волос, вздернутый, в веснушках носик и при этом точеная фигурка египетской статуэтки. Такая женщина просто обязана носить имя Маргарита, а вовсе не Крыся и уж точно не Брыська! — Небрежным движением трости Мерный кардинал отодвинул в сторону растерявшегося зеваку. — Заполнившие гламурные журналы телки с воловьими глазами и накачанными силиконом бюстами лишены индивидуальности, в то время, как Крыся…» Мерный кардинал недовольно нахмурился: далась ему эта невоспитанная девчонка! Каких только красавиц за прошедшие тысячелетия он не перевидал! Владетельных особ и куртизанок, — кстати, ноги у царицы Савской вовсе не кривые, как утверждали завистницы — добропорядочных матрон и храмовых жриц, но чувства со временем имеют свойство замыливаться, а тут вдруг…
Усилием железной воли начальник Службы тайных операций оборвал ход ставших фривольными мыслей. Не хватало только увлечься собственной подчиненной! Ничего криминального в этом не было, служебные романы темным сущностям не возбранялись, но задуманному им делу любовная интрижка могла помешать. Мелкие пакостники, вроде Ксафона, позволяли себе еще и не такое, но только не он, жестокий и непреклонный, овеянный легендами Черный кардинал. Особенно теперь, когда на карту поставлена его карьера. Люди бредут по жизни, глядя себе под ноги, а когда поднимают голову, поведение их становится непредсказуемым. Почтенные отцы семейства влюбляются в ровесниц своих детей, скромные труженики бросают работу и нищими встают к мольберту. А сколько таких, кто, осознав пустоту бытия, тянется к стакану? Имя им — легион! Но это люди, а не темные сущности его масштаба! Уж кто-кто, а он-то точно знает, в каком мире живет. Черный кардинал усмехнулся. Впрочем, время терпит, сначала надо разобраться в природе зла, а там откроются совсем другие перспективы, в которых найдется место и для Крыси…
Дойдя до чахлого садика, где сидел на постаменте бронзовый печальный Гоголь, Нергаль опустился на лавочку и закурил. «Вот один из тех немногих чудаков, кто вознамерился пером улучшить природу человека, — подумал он мельком, глядя на скорбную фигуру литератора, но мысль была случайной, и Черный кардинал вернулся к тому, что уже не первый день занимало его воображение. — Когда, черт побери, впервые в его голову закрались сомнения?.. — попытался вспомнить Нергаль, вглядываясь в череду убегавших в прошлое дней. — Наверное, тогда, когда он задался простым вопросом: а кто, собственно, сотворил зло? Ведь не Тот же, Кто создал этот мир?» Именно тогда вместе с сомнениями и возникло ощущение, что чего-то главного он не понимает. Говоря подчиненным, что целью эксперимента с Серпухиным является изучение зарождения в душе человека семян зла, Нергаль не был до конца искренен. Впрочем, это и не удивительно, прямодушие в мире Темных сил — понятие редкостное, а то и экзотическое. На самом деле предстояло выяснить куда как большее и заглянуть в саму суть проблемы…
Осознавал Черный кардинал и грозившую ему в случае неудачи опасность. Очередной провал, после двух предыдущих, могли и не простить, поэтому начальник Службы тайных операций решил не привлекать к проведению эксперимента всю мощь Департамента Темных сил, а ограничиться возможностями нескольких мелких сущностей, от которых в любой момент легко будет избавиться. Шепетуху и Ксафона, не привлекая внимания, можно вернуть в Савелово, преданный Джеймс будет молчать, да и не проблема стереть его в порошок, а вот что делать с Крысей?..
Нергаль полез во внутренний карман своего модного, английского кроя пиджака и извлек из него сложенные в несколько раз листы бумаги. Зная приверженность шефа человеческим привычкам, камердинер побеспокоился подготовить для него биографию мадемуазель Брыськи, и, хотя никакой надобности в чтении не было, Черный кардинал решил в нее заглянуть. Без всяких бумаг начальнику Службы тайных операций было известно, что душа Крыси очень молода и не успела еще погрустнеть и утомиться от многократных возвращений на Землю, но в текст тем не менее он внимательно вчитывался. «Последний раз, — щурился Черный кардинал, — та, кого теперь зовут Брыська, родилась… Так, это неважно! Была в армии Филиппа II маркитанткой… Что ж, заметно! Не брезговала… Об этом намекал Ксафон! — Он перешел к изучению второй страницы. — За колдовство и свободный образ жизни схвачена инквизицией и при большом скоплении народа…» — начальник Службы тайных операций убрал бумагу в карман: судьба известная — аутодафе! Неплохая биография для слушательницы факультета Темных сил, но гарантии безопасности Нергалю она не давала…
Время между тем близилось к восьми. Оставив бронзового Николая Васильевича скорбеть о судьбе России, Черный кардинал поспешил в ресторанчик, где, как он знал, Крыся назначила Серпухину свидание. Едва поспевавший за ним Джеймс был крайне удивлен той прытью, с которой его высокий начальник передвигался по Москве. Гонка закончилась у дверей скромного заведения, в которые Нергаль вошел с подчеркнутой вальяжностью, как если бы не несся только что очертя голову, как опаздывающий на рандеву студент. Оглядев небольшой зал, он приблизился к угловому столику и, любезно приподняв шляпу, поинтересовался:
— Не помешаю?
Сидевшая в задумчивости Крыся вскинула голову.
— А, это опять вы! — В голосе ее звучало разочарование. — Из-за вас, между прочим, я получила от Ксафонова нагоняй. Набросился на меня с руганью, будто я оскорбила королевскую особу… — Достав из сумочки сигареты, она подождала мгновение, но Нергаль и не подумал предложить ей огня. Прикурила сама, кинув на устроившегося у дверей Джеймса недовольный взгляд. — Это чучело так повсюду за вами и таскается? Может, вы и спите в одной постельке?..
Черный кардинал на замечание невоспитанной девчонки не отреагировал, отодвинув металлическое кресло, подсел к столу.
— Слушайте, — продолжала Крыся, выпуская струйку дыма в лицо своего визави, — что вы вечно из себя строите? Сидит тут, воображает!..
Такое к себе отношение начальника Службы тайных операций, мягко говоря, удивило, он недовольно хмыкнул:
— Значит, Ксафон вам про меня ничего не сказал! — Закинув ногу на ногу, Нергаль небрежно бросил шляпу на соседнее кресло. Продолжал, принимая из рук камердинера тяжелый, оправленный в серебро стакан. — Спасибо, Джеймс, думаю, это именно то, что мне сейчас необходимо! — Сделал маленький глоточек виски. — Ну, так говорил или нет?..