Страница 16 из 17
Комиссией было рассмотрено около 30 тысяч жалоб, ходатайств и заявлений. В результате восстановлено:
Кроме того:
а) изменена статья увольнения 2 416 человек.
б) отказано в восстановлении 1 889 человек.
Таким образом, фактическая убыль из армии командно-начальствующего и политического состава составляет:
1. За 1936—37 годы 19 674 человек или 6,9% к списочной численности (в том числе 2 827 человек политсостава).
2. За 1938—39 годы 11 723 человека или 2,3% к списочной численности (в том числе 3 515 человек политсостава), т.е. почти в три раза меньше против 1936—37 годов.
В результате проделанной большой работы, армия в значительной мере очистилась от шпионов, диверсантов, заговорщиков, не внушающих политического доверия иностранцев, от пьяниц и тунеядцев, а несправедливо уволенные возвращены в армию»101.
Если подвести итоги, то в 1937 – 1938 годах было арестовано 9 506 человек начсостава (из них 1 431 восстановлено в 1938—1939 годах) и уволено по политическим мотивам 18 822 (из них 9 121 восстановлено в 1938 – 1939 годах). Таким образом, итоговое число офицеров, репрессированных в 1937—1938 годах (без ВВС и флота) составляет 8 075 арестованных (среди которых далеко не все были расстреляны) и 9 701 уволенных из армии. Много это или мало? По данным, которые озвучил в своем выступление Клим Ворошилов на февральско-мартовском (1937 года) Пленуме ЦК ВКП (б), «армия располагает по штату 206 тысячами человек начальствующего состава».
Откуда же взялась нехватка командных кадров перед войной, на которую так любят ссылаться обличители Сталина? Дело в том, что в это время по вполне понятным причинам численность Красной Армии резко увеличивалась. При этом, естественно, создавались десятки тысяч новых офицерских должностей, которые необходимо было заполнить. К 15 июня 1941 года общая численность командного и начальствующего состава (без политсостава, ВВС, ВМФ и НКВД) составляла по списку 439 143 человека102.
Говоря о ослаблении Красной Армии в результате репрессий 1937 года нужно учитывать тот факт, что в середине тридцатых годов прошлого века вооруженные силы Советского Союза были, мягко говоря, не самой сильной армией в Европе. И причина даже не только в слабой технической оснащенности и т.п., а в том, что большинство командиров Красной Армии не соответствовало по своим личным и профессиональным качествам этому почетному званию. Назовем, как минимум, две причины: низкое моральное состояние командного состава (пьянство, массовые увольнения по собственному желанию – люди не хотели служить в такой армии (будем называть вещи своими именами) и т. п.) и невысокий образовательный уровень командиров.
Начнем с морального состояния офицерского корпуса Красной Армии. В 1934 году «за пьянство и моральное разложение» было уволено 1 513 офицеров. В 1935 году «по политико-моральным причинам, служебному несоответствию, по желанию и пр.» было уволено 6 719 человек. В 1936 году «за пьянство и политико-моральное несоответствие» уволено 1 942 человека. В их число не включены уволенные «по политическим мотивам (исключение из партии)» – 782 человека103. Причем увольнялись из армии не бывшие царские офицеры (их изгнали еще в начале тридцатых годов прошлого века), а выходцы из рабоче-крестьянской среды. Поэтому можно утверждать, что уходили они по собственному желанию или за пьянство.
Теперь поговорим об образовательном уровне офицеров Красной Армии. А он был, мягко скажем, низок. Так, в Харьковском военном округе в 1935 году три четверти командиров стрелковых рот и почти все командиры взводов были выходцами из младших командиров сверхсрочной службы и не имели военного образования, никогда не учились в военной школе. В Киевском военном округе, которым командовал Иона Якир – один из наиболее известных репрессированных военачальников, расстрелянный по делу Михаила Тухачевского, – в этом округе за полгода до начала репрессий свыше 40% командного состава имело образование в объеме пяти-шести классов и 48% не заканчивали военной школы. В Белорусском военном округе, которым командовал еще один известный командарм Иероним Уборевич (он тоже проходил по делу Михаила Тухачевского), накануне репрессий свыше половины старшего комсостава (это соответствует нынешним майорам и подполковникам) имели опять-таки 5 – 6-классное образование104.
Зато после «чистки» 1937 года образовательный уровень младших командиров резко возрос. В этом нет ничего удивительного. Просто на смену репрессированным и уволенным (по возрасту, состоянию здоровья и т. п.) из рядов Красной Армии пришли молодые выпускники военных училищ. Причем пришедшие заняли не только места уволенных, но и многочисленные новые вакансии. Красная Армия стремительно увеличивала свою численность. Так что вне зависимости от того, были в 1937 году репрессии или не было, большинство офицеров в 1941 году успело бы прослужить на командных должностях от четырех лет и меньше. Другое дело, что вновь пришедшие имели лучший базовый уровень военной подготовки. Напомним, что с 1936 года в пехотные училища принимали лиц, окончивших не менее семи классов, а в артиллерийские и бронетанковые – средней школы.
Аналогичная картина наблюдалась и в ситуации с высшим комсоставом Красной Армии. В первой половине тридцатых годов прошлого века число лиц имевших высшее военное образование колебалось от 30 до 40%. Перед началом репрессий 1937 года 29% имело академическое образование, в 1938 году их было уже 38%, а в 1941 году – 52% военачальников имело высшее военное образование. Например, в пик политических репрессий, с 1 мая 1937 года по 15 апреля 1938 года, из трех арестованных заместителей Наркома обороны ни один не имел академического образования, зато двое из назначенных его имели. Из командующих войсками округов арестовано три «академика», назначено – восемь; заместители командующих округами: соответственно арестовано четыре с высшим военным образованием, назначено – шесть; начальники штабов округов – арестованные не имели академического образования, четверо из 10 назначенных его имели; командиры корпусов – арестовано 12 с высшим военным образованием, назначено 19; начальники штабов корпусов – арестовано 14 «академиков», назначено 22. И так по всем должностям, за исключением командиров дивизий. 33 арестованных комдивов имели академическое образование, а среди назначенных таких было только 27. В целом по высшему командному составу количество назначенных, имеющих высшее военное образование, превышает число арестованных с аналогичным образованием на 45%105.
Хотя низкий образовательный уровень командиров Красной Армии – это лишь вершина айсберга. Значительно хуже было другое – в Красной Армии отсутствовала дисциплина. Мягко говоря, солдаты и сержанты не всегда выполняли приказы своих командиров, а грубейшие нарушения «Устава караульной службы» – например, самовольное оставление поста – были обычным явлением.
Главными виновными в отсутствии дисциплины в Красной Армии были… Владимир Ленин и Лев Троцкий. Красноармеец рассматривался ими не как профессиональный солдат, а гражданин Советской России, одна из задач которого – служить в армии. Точно так же, как и работать на заводе. Можно с мастером – командиром поругаться, можно в любой момент уйти с рабочего места – поста и т. п. Об этом как-то не принято говорить, но в Красной Армии, как и на производстве, проводились социалистические соревнования. Подразделения соревновались между собой… кто реже будет пререкаться с командирами. Эту тему так же регулярно обсуждали на комсомольских собраниях.
101
Цит. по Черушев Н. С. Статистика антиармейского террора // Военно-исторический архив. 1998 год. №3.
102
Очищение. // http://goo.gl/pc24GP.
103
Цит. по Черушев Н. С. Статистика антиармейского террора // Военно-исторический архив. 1998 год. №3.
104
Эдельман О. Незнакомая Красная Армия. // Время новостей. 2006 год. 13 августа.
105
Герасимов Г. И. Действительное влияние репрессий 1937—1938 годов на офицерский корпус РККА // Российский исторический журнал. 1999 год. №1.