Чужая игра

Элидор

– Слушай меня внимательно, Элидор. Ты отправишься домой. Только не надо возражать. Ты сам хочешь туда попасть. Можешь расценивать это как боевой выход по приказу разведывательного секрета ордена. Звездочку пусть забирают Демиурги. Она нам не так уж и важна. Что ты будешь делать на Айнодоре, решать не мне. Ты полностью свободен в своих действиях. Теперь о раскладе сил. Готы и исманы в ближайшем будущем начнут войну против Аквитона, Румии и иже с ними. Во главе Империи и Эзиса – рилдираны. После их победы планируется совместное нападение исманов и сипанщев на Эннэм. При условии, что все эти действия хорошо скоординированы, и при том, что у них есть несколько очень сильных магов, шансы на успех у рилдиран очень велики. Орден исчезнет. Официально. Нас можно будет найти в Ригондо или северных баронствах. Оттуда мы и будем действовать. Кроме этих сил, существует еще одна – Князь. Я непроизвольно дернулся.

– Эмоции зачастую сводят на нет все успехи, Элидор.

– Эмоции кончились, отец. Он – просто труп.

– Не просто. За ним стоит Готландия.

– Что это?

– Мы не знаем. Все что известно – это название и то, что там копятся очень крупные военные силы. На чьей стороне, по-твоему, он будет выступать?

– Понятия не имею. Эльрик утверждает, что он повелитель мертвых. И он не из нашего мира. По словам императора, кроме нашего существует еще бесконечное множество других миров. Но-в то же время Князь соперничал с рилдиранами. Если у него крупные силы, то он может просто подождать конца войны и попробовать добить победителей. Но это все предположения. Я очень смутно представляю его силы и возможности. Ясно только, что они очень велики.

Отец Лукас задумчиво покивал головой.

– Что ты собираешься делать на Айнодоре?

– Постараюсь убедить эльфов вмешаться в эту войну.

– Ты знаешь что-нибудь о планах Торанго? Я пожал плечами:

– Вернуться домой.

– Иди, сын мой. Загляни ко мне перед тем, как соберешься к Демиургам и на Айнодор.

***

Кина постучалась осторожно и вошла, услышав привычно недовольный рык:

– Ну!

– Доброе утро. – Эльфийка остановилась у порога, с восхищением глядя на Эльрика. Сидя на кровати по-исмански, шефанго причесывался, и длинные белые волосы его струились блестящей волной, сбегая на покрывало. – Ты тоже еще не ложился?

– Я уже проснулся. – Император отложил гребень, начал заплетать косу и только сейчас сообразил, что он без маски...

– Ой! – Кина приложила руки к щекам. – Эльрик, кой ты... страшный.

– Сам знаю. – Эльфийка, кажется, не собиралась хлопаться в обморок, и де Фокс сверкнул клыками. – Не красавец

– У тебя лицо... как маска. Жуткая.

– У меня лицо, как у шефанго.

– Ты не обижайся. – Эльфийка подошла ближе. – Я тебя вовсе не боюсь. Мне Величайшие подарок такой сделали. Как Элидору с Симом. Подожди, косу не так надо заплетать.

– Чего? – Эльрик поднял голову, и жесткие, непослушные пряди волос выскользнули у него из пальцев. Коса мгновенно распалась. – Слушай,

девочка! – Шефанго оглядел Кину с головы до ног. – Я носил косу, когда твоих дедушки с бабушкой ещё на свете не было. И не тебе бы меня учить.

– Но это не правильная коса. – Кина улыбнулась ему, как капризному ребенку, который сам не знает, что ему нужно. – Давай я тебе заплету.

Может, Эльрик и закатил глаза, разве же у шефанго поймешь? Но эльфийка уже взяла гребень и кожаную ленту которой Эльрик подхватывал обычно конец своей косищи

– Кина...

Женщины питали какую-то неизъяснимую тягу к его волосам. Де Фокс знал это прекрасно, хоть и не мог понять. И ни одной из многочисленных пассий не позволял вносить изменения в свою устоявшуюся за тысячелетия прическу. Вообще относился к косе трепетно, раз и навсегда приняв обычай Великой Степи: коса – честь воина. Если суждено тебе умереть – пусть. Главное – умереть достойно. Но если! сохранили тебе жизнь, лишив при этом косы, – не человек ты больше. Не воин. Вообще никто.

Глупо. Наивно. Однако въелось в душу, срослось. Не вырвешь ведь по живому.

– Не рычи, – фыркнула эльфийка. – Не боюсь я тебя. Ну-ка! – Она заставила его нагнуть голову. Нахмурилась. – Нет. Высоко. Сядь лучше на пол.

– Еще куда сесть?

Словно наблюдая за собой со стороны, Эльрик с бес конечным удивлением осознал, что послушно усаживается на пушистый, узорчатый коврик на полу. Здравый смысл онемел от изумления. Потом отвернулся и наглухо запер, за собой дверь, прошипев оттуда: «Женским капризам потакать можно, но надо ведь и меру знать».

– Умница. – Кина явно развеселилась. Обеими руками загребла невообразимую копну ослепительно-белых волос Эльрика, а потом рассыпала их по его плечам. Блестящие пряди заструились по полу мягким ковром. – С ума сойти! – искренне восхитилась девушка. – Все. Сиди так. Голову опусти.

Полчаса Эльрик честно терпел. Нет, Кина очень бережно обращалась с его буйной, подчас ему самому ненавистной гривой. И руки у нее были осторожными. И гребнем она не выдирала волосы остервенело, как делал это сам де Фокс. И не затягивала она ленту со злобной руганью в адрес так и норовящей расплестись косы. И... в этом-то и была загвоздка.

– Отойди, – выдавил наконец шефанго.

– Что, больно? Я уже почти все. – Эльфийка наклонилась. Ее теплое дыхание коснулось шеи Эльрика. – Ой, ты зачем когтями коврик подрал?

– Отойди. – Император дернулся сам. Поднялся на ноги. Увидел себя в тускловатом серебряном зеркальце и замер:

– Эт-то что?

– Где? – Кина чуть заробела. Подошла сзади.

– Вот это. – Де Фокс ткнул пальцем в зеркало, из которого смотрел на него... Там, в зеркале, был не просто шефанго. В лице его не осталось вообще ничего человеческого. Высоко, на самом темени заплетенная коса подчеркнула и без того выпирающие скулы; еще резче выдвинулся вперед узкий, тонко очерченный подбородок; совсем уж огромными стали однотонные, миндалевидного разреза жуткие глаза. Даже горбинка на сломанном когда-то давно носу стала заметнее.

– Ой, а в профиль-то... – Кина вывернулась откуда-то из-под локтя. – Просто жуть!