Страница 18 из 48
- Все это тебе, конечно, не очень интересно, но ничего другого я сказать не могу. Но мне терять нечего. Я все обдумал. Ты - единственный человек, способный мне помочь.
Глаза Гэса сверкнули.
- Да, конечно, - сказал он, - я обязан тебе жизнью, и готов помочь, но как?
- Мне нужны твои мозги и твои фантастические компьютеры для решения одной проблемы. Иначе меня посадят в тюрьму.
- Дать! - крикнул Гэс и выстрелил. - Дать! - и выстрелил снова.
- Видишь ли, Колин, я здесь всего-навсего управляющий. "Кембридж Корпорейшен" берет за свои услуги кучу денег. Мы имеем дело только с правительствами, только им по силам оплатить наши услуги. Если бы все зависело только от меня, я бы помог тебе бесплатно, но ...
- Все замечательно, Гэс! Все логично и честно. Я готов уплатить по самым высоким расценкам, и даже с учетом того, что целые страны стоят в очереди с более важными проблемами, чем у меня.
- Рад это слышать, Колин.
- У меня есть ещё кое-что, Гэс.
- Дать! - крикнул Шутт и выстрелил. - Что ты имеешь в виду?
- Ты всегда говорил, что хочешь иметь миллион фунтов стерлингов.
Гэс вздрогнул, и это была далеко не наигранная дрожь.
- Ты можешь стать моим тайным партнером, когда поймешь, в чем дело.
- Зачем?
- Потому что за месяц я тебе сделаю миллион фунтов.
Вскоре они уже сидели у камина - такого огромного, что в него можно было запихнуть целого быка на вертеле. Офис коммандера Шутта имел размер тридцать на сорок футов при высоте потолков шестьдесят футов. Они сидели во французских креслах эпохи Людовика XIY. Кресла были настолько перенасыщены различными золочеными украшениями, что капитан начал озираться по комнате в поисках более удобного места. Но все стулья были столь же обильно вызолочены.
- Если ты говоришь, что за месяц мы заработаем миллион фунтов, то я согласен, - сказал Шутт, - но должен предупредить, что я бы ни от кого на свете не принял такого предложения, только от тебя, - он погладил пшеничные усы. - Но как это сделать? Что от меня потребуется?
- Ты должен думать, а делать буду я, - спокойно ответил капитан. - Для тебя нет никакого риска, тебе даже не придется покидать Аксельрод-Хаус, чтобы получить свою долю. Я уже не говорю об отсутствии финансового риска.
Шутт кивнул в знак согласия.
Капитан Хантингтон держался уверенно, хотя на самом деле не знал, о чем говорить дальше. В его речи постоянно фигурировала сумма в миллион фунтов стерлингов, которую он использовал, как наживку. Срок в один месяц был для него магическим символом, за который должна решиться его судьба.
- Я понимаю, - сказал Шутт, ради миллиона готовый на все, - но что же я должен придумать?
- Ты должен придумать, как мне украсть на два миллиона фунтов вин со складов "Крюз и сыновья" в Бордо. Мне знаком каждый дюйм этих складов. Я знаю, где лежит каждая бутылка самых уникальных вин в этом самом большом винохранилище Франции.
- Необычное дело!
- Конечно.
- Нет, действительно. Я хочу сказать, что уже много лет обдумывал нечто подобное - вроде хобби.
- Насчет вина?
- Нет, вообще насчет крупного ограбления. С помощью моих компьютеров я разработал сценарии четырех крупных ограблений с гарантированным успехом, но, естественно, не смог их осуществить, так как был слишком занят, и ещё они требуют известного количества профессионалов, которых у меня просто нет.
Капитан снисходительно улыбнулся.
- Ты должен завещать эти планы мне.
- Конечно! - Гэс сделал пометку в блокноте, - у тебя есть в распоряжении группа - э-э-э - профессиональных преступников?
- Пока нет.
- Но ты предполагаешь их участие в деле?
- Да, конечно, но ...
- Никто не знает, что ему потребуется через минуту. Возможно, нам потребуется взломщик сейфов, возможно - трое наемных убийц. Все зависит от тебя, дружище.
- Ты прав.
- Значит, ты должен знать, где их найти. Я уже давно понял, что самый простой способ быстро получить крупную сумму денег - это их украсть. Для меня это сложно - слишком велик риск засветиться. И подвести "Кембридж Корпорейшен". Тебе же, насколько я понял, терять нечего, и весь риск ты берешь на себя. Ты знаешь, что я доверяю тебе, как никому на свете, поэтому твоя идея мне нравится. Ты разбираешься в винах. Мне это все незнакомо сколько вина по объему тянут на два миллиона фунтов. Но я готов тебе помочь. Это - моя работа. Я сделаю это для тебя, потому что ты - мой друг и спас мне жизнь. И мы ещё осуществим те четыре ограбления, которые я разработал. Мы заработаем на этом миллионов десять и не заплатим не пенни налогов. Ты меня понимаешь, Колин?
- Да, конечно. Мы совершим эти ограбления, и я, если попадусь, сяду в тюрьму. Все очень просто.
В свои сорок семь лет капитан неожиданно понял, что детство кончилось. Война была лишь игрой. Автомобильные гонки были развлечением для великовозрастных мальчиков, воображающих себя мужчинами. Игра была болезнью, но все равно, оставалась лишь игрой. Он понял, насколько хрупкой является его жизнь. Из слов Шутта он понял, насколько часто тот разрабатывал планы похищения чужих денег и - возможно - убийства людей при этом. Преступление в его глазах было лишь вариантом решения логической задачи.
Но это - только со стороны. Он уже был соучастником этого преступления. Оно началось с того момента, когда он проиграл тем двоим китайцам, и его вышибли с флота. Капитан был загнан в темный угол, его окружали враги с дубинками и фонарями, все они слепили ему глаза и норовили ударить побольнее. Он метался под лучами света и ударами, а все кричали: "Ату его!" У него не оставалось другого выхода.
Война тоже была преступлением, но с определенными правилами. Он мог мысленно рассчитать ущерб, который намеревался нанести противнику и обосновать его справедливостью - с военной точки зрения.
Сейчас же капитан ступил на скользкую тропу настоящего преступления. Обратной дороги не было.
- Это будет одним из твоих сценариев. Вроде того, когда ты организовал визит высокопоставленного американского дипломата в Пекин под видом румына - забыл, как его звать - перед визитом президента США, как раз накануне выборов. Я уверен, что у тебя есть опыт подобных дел.