Страница 11 из 71
Если в названной книге Рассинье еще думал, что газовые камеры, может быть, существовали, ибо нет дыма без огня [40], то позже в ходе обширных и долголетних изысканий он все больше приходил к убеждению, что газом вообще никакого не убивали или то были лишь отдельные случаи, дело каких-то безумцев. В «Драме европейских евреев» (1964) Рассинье писал [41]:
«Всякий раз, едва до меня за последние 15 лет доходили сведения, будто в свободной части Европы где-то живет свидетель, знакомый с камерами, я тотчас направлялся к нему, дабы выслушать его рассказ. И каждый раз конец был один: когда, на основе своих материалов, я задавал очевидцу ряд целенаправленных вопросов, он рано или поздно сознавался, что сам не видел описываемые события, а излагал рассказ близкого друга, погибшего в заключении, в правдивости которого он не сомневался. Так я исколесил по Европе тысячи километров».
Это стремление к правде и объективности навлекло на Рассинье ненависть заинтересованных и раньше и теперь в сохранении исторической лжи. Автору пришлось активно отстаивать перед судом свое право на публикацию «Лжи Одиссея». Ему вменяли в вину не только сомнение в существовании газовых камер, но и рассказ о том, что самыми большими палачами в лагерях были не эсэсовцы, а сами заключенные.
В книге Рассинье довольно много неточностей и это объяснимо, если вспомнить о тяжелых условиях его исследовательской работы, которую приходилось вести самостоятельно, без крупных средств и официальной поддержки. Рассинье был отважным первооткрывателем, рискнувшим плыть против течения и нарушить запреты, и потому не стоит педантично перечислять его огрехи. Рассинье скончался 28 июля 1967 года, опубликовав несколько книг о судьбе евреев в Третьем рейхе. Перед смертью он выразил желание, чтобы его работу продолжили другие.
Желание это осуществилось. Последователей Рассинье именуют «ревизионистами»; в широком смысле это название применяется к любому историку Второй мировой войны, который не согласен с расхожим мнением, будто в войне виновны только Германия и Япония, а в узком – к любому сомневающемуся в холокосте, т.е. планомерном истреблении евреев при Гитлере. В этом последнем смысле «ревизионизм» присутствует и в данной книге, где проблема ответственности за Вторую мировую войну совсем не затрагивается. Не будучи историком и не занимаясь самостоятельными изысканиями, автор собрал аргументы историков-ревизионистов из многих книг и огромного числа журнальных статей.
Сторонники геноцида евреев, называемые в науке «экстерминистами», изображают ревизионизм как праворадикальную, антиеврейскую и пронемецкую идеологию, что является заблуждением или ложью. Ревизионизм – это идеология в той же мере, как теория Вселенной Коперника. Утверждающий, что Земля вращается вокруг солнца, что в Освенциме никогда не было газовых камер и они не могли работать в этом качестве, не высказывает в политическом плане правое или левое мнение, а только научно проверенные факты. Считающий, будто солнце вращается вокруг Земли, будто халупы, демонстрируемые в Освенциме туристам как «газовые камеры», использовались для массового уничтожения людей при помощи инсектицида циклона Б, содержащего синильную кислоту, причем ни лагерь, ни эсэсовцы не пострадали, тоже выражает неверные или лживые, а не правые или левые взгляды. По этой причине в ревизионизме столь же мало пронемецкого, как и антиеврейского. Он выступает за наивозможно истинную историю, против ее искажения, независимо от происхождения, национальности или религии фальсификаторов.
Большинство ревизионистов действительно стоит на правых позициях и некоторые являются сторонниками национал-социализма. Но дважды два всегда четыре, даже если на этом настаивает национал-социалист. Во Франции главные труды ревизионистов печатает левое издательство «Вьей Топ». Из трех виднейших современных французских ревизионистов Робер Фориссон – независимый либерал без политических пристрастий, Анри Рок – член «Национального фронта» Ле Пена, а Пьер Гийом – левак, которого нельзя заподозрить в расизме хотя бы из-за его небелой жены.
Но вернемся к истории ревизионизма. У Рассинье были свои последователи: в Австрии – Франц Шейдл и Гейнц Рот, в Германии – Эмиль Аретц, Эрих Керн и Вольф Дитер Роте. Некоторые из этих авторов (Роте еще работает) сомневались, разумеется, не в существовании газовых камер, а лишь в числе погибших в них (согласно Аретцу, «несколько тысяч» евреев).
В 1972 году вышла брошюра «Ложь об Освенциме» немецкого крестьянина Тиса Кристоферсена, который с января по декабрь 1944 года трудился в филиале Освенцима – Райско над созданием растительного каучука и бывал как в Освенциме, так и в Биркенау. В брошюре утверждалось, что в Освенциме не было ни газовых камер, ни других видов массового уничтожения. Хотя «Ложь об Освенциме» не претендовала на научность, эта небольшая книжка сыграла важную роль в истории ревизионизма, так как подтолкнула к другим, более серьезным работам и без Кристоферсена, возможно, не появился бы «Миф об Освенциме» Штеглиха.
В 1974 году в Англии вышла брошюра Ричарда Харвуда (псевдоним Ричарда Ферроля) «Действительно ли погибло шесть миллионов?», опиравшаяся на Рассинье и из всех работ ревизионистов получившая, пожалуй, наибольшее распространение. В 1976 году в США было опубликовано замечательное произведение – «Обман XX века» Артура Батца, специалиста по электронике и вычислительной технике. Доказательства в нем были столь мастерскими, что полемизировать не отважился никто из представителей официальной исторической науки. Кроме обычных идиотских фраз об «антисемитизме» и «неонацизме» Батца упрекали лишь в том, что он не имел права заниматься подобным делом, не будучи историком.
В этой связи следует заметить, что большинство известных экстерминистов и ведущих ревизионистов не является историками-профессионалами. Основная часть главных, чаще всего цитируемых произведений о холокосте написана искусствоведом и коллекционером Джеральдом Рейтлинджером и политологом Раулем Гильбергом, подвизающимся в близкой к истории области. И никому из ревизионистов не приходит в голову называть Рейтлинджера и Гильберга некомпетентными из-за того, что они не изучали историю; их критикуют с совершенно иной стороны.
Особенно туго приходится ревизионистам в Германии и Австрии, где их травят наиболее мощно по причинам, которые будут разобраны в конце книги. Положение тамошних ревизионистов усугубляется еще и тем, что все они – правые националисты и номенклатуре легко их клеймить как «тоскующих о Гитлере». Два самых крупных ревизиониста в Германии – это отставной судья Вильгельм Штеглих, выпустивший в 1979 году книгу «Миф об Освенциме», и политолог Удо Валенди, издающий журнал «Хисторише Татзахен».
Штеглих написал замечательную работу, в которой «доказательства» в пользу газовых камер и систематического истребления евреев в Освенциме разбиваются пункт за пунктом, пока от них ничего не остается. Особенно впечатляет последняя часть книги, посвященной освенцимскому процессу, – в ней автор, будучи юристом и судьей, легко оперирует материалом.
Бывший учитель Валенди, подвергаемый остракизму из-за своей критики официальной историографии в ФРГ, издает «Хисторише Татзахен», постоянно по-партизански сражаясь с цензурой, которой, согласно конституции страны, вроде бы нет в ФРГ Журнал, базируясь на серьезных исследованиях, служит необычайно важным источником информации для интересующихся доказательной системой ревизионистов".
«Обман XX века» должен довести мифологов холокоста до столбняка, ибо критике нему не подступиться. Французский эстерминист Видаль-Наке воспринял книгу с воплем негодования: «Если бы за ложь присуждалась бы крупная премия, то, по моему мнению, книга Батца /.../ могла бы рассчитывать на сногсшибательный успех /.../ Можно ли опровергать? Разумеется, знатоку это сделать легко (отчего же Видаль-Наке в таком случае не опровергает?), но нужны время (а у Видаля его нет?) и усилия» (Les assasins de la memoire p. 74)