Страница 98 из 258
А пока относительно данного случая ты должен знать, что, когда эта упомянутая общеинтегральная вибрация, то есть то, что земные трехмозговые существа называют «белым лучом», входит своим свойственным ей присутствием в «сферы возможностей» присутствия инсапальной планеты для своего превращения, то тогда в ней, как и во всяком уже «определившемся» космическом возникновении, обладающем возможностью дальнейшей реализации, также происходит космический процесс, называемый Джартклом, то есть она сама остается как присутствие, но ее сущность, так сказать, распадается и отдельными «центротяжестными вибрациями» своего возникновения производит процессы эволюции и инволюции, и эти процессы реализуются так: одна центротяжестная вибрация происходит из других и превращается в третью и т. д.
Во время таких превращений эта упомянутая «общеинтегральная вибрация», то есть белый луч, действует своими центротяжестными вибрациями на другие обычные процессы, происходящие поблизости во внутрипланетных и надпланетных возникновениях и распадениях, и, благодаря «сродству вибраций», ее центротяжестные вибрации, в зависимости от окружающих условий и в соответствии с ними, смешиваются и становятся частью всего общего присутствия этих определенных внутрипланетных или надпланетных формаций, в которых происходят упомянутые процессы.
Так вот, мой мальчик, во время своих личных спусков на планету Земля я, сначала без всякого сознательного намерения со стороны своего разума, а потом уже вполне намеренно, замечал и, в конце концов, определенно констатировал у всех них возрастающее ухудшение и этого «бытийного органа».
Ухудшаясь от столетия к столетию, «чувствительность восприятия» и того органа – то есть органа, посредством которого там, главным образом, у присутствий трехмозговых существ происходит так называемое «автоматическое насыщение внешним», что является основой для возможности естественного самосовершенствования, – дошла до того, что во время нашего пятого пребывания там в эпоху, называемую современными существами там «расцветом Вавилона», тот их орган мог воспринимать и различать смешение центротяжестных вибраций белого луча только самое большее до третьей ступени его так называемых «семеричных слоев», то есть только до 343 различных «тональностей цвета».
Здесь интересно отметить, что немало трехмозговых существ вавилонской эпохи уже сами заподозрили постепенное ухудшение чувствительности этого своего органа, и некоторые из них даже основали в Вавилоне новое общество, которое породило своеобразное «движение» среди художников того времени.
У этого своеобразного движения художников того времени была следующая программа: «Находить и разъяснять Истину только через тональности, имеющиеся между белым и черным».
И они создавали все свои произведения, пользуясь исключительно лишь тональностями, переходными от черного к белому.
Когда я узнал о том своеобразном движении в живописи там, в Вавилоне, его последователи применяли в своих произведениях уже около 1500 вполне определенных оттенков так называемого «серого цвета».
Это новое движение в живописи там, среди существ, также стремившихся узнать истину хоть в чем-то, произвело так называемую «большую сенсацию»; и они даже послужило основой для возникновения другого, еще более своеобразного «движения», на этот раз среди так называемых вавилонских «нуксхомистов» – как раз тех существ того времени, которые изучали и создавали так называемые новые «комбинации сгущений вибраций», действующие определенным образом на чувство обоняния существ и производящие определенные действия в их общей психее, то есть среди тех существ там, которые поставили перед собой цель найти истину посредством запахов.
Некоторые существа, воодушевляемые тогда этим, основали, в подражание последователям упомянутого направления художников, подобное же общества, и девизом их нового движения было: «Искать истину в оттенках запахов получаемых между моментом действия холода при замораживании и моментом действия тепла при разложении».
Подобно художникам, и они тогда нашли между этими упомянутыми двумя определенными запахами около 700 вполне определенных оттенков, которые они использовали в своих разъясняющих экспериментах.
Не знаю, к чему бы тогда привели эти два своеобразных «движения» в Вавилоне и где бы они остановились, если бы вновь назначенный глава города, во время нашего пребывания там, не стал преследовать последователей того второго нового «движения», так как своим уже достаточно острым нюхом они стали замечать и невольно разоблачать некоторые его так называемые «темные делишки», в результате чего он употребил все возможные средства, чтобы подавить все, связанное не только с тем вторым новым движением, но и с первым тоже.
Что касается того их органа, о котором мы начали говорить, именно органа для восприятия видимости других космических возникновений, находящихся вне их, ухудшение его чувствительности, продолжавшееся также после вавилонской эпохи, дошло до того, что во время нашего последнего пребывания на поверхности этой планеты твои любимцы уже имели возможность воспринимать и различать, вместо 1 921 600 «тональностей цвета», которые они должны были воспринимать и различать, только результат предпоследней так называемой «семеричной кристаллизации белого луча», то есть 49 тональностей, и то лишь некоторые из твоих любимцев обладали такой способностью, в то время как остальные, может быть большинство, были лишены даже этой возможности.
Но особенно интересно то, что в связи с этим возрастающим ухудшением той крайне важной части их общего присутствия происходит жалкий фарс, то есть те современные трехмозговые существа там, которым еще удается различать упомянутую мизерную частицу общего количества тональностей – именно всего лишь 49, – смотрят с величайшим самомнением и с примесью импульса гордости на других существ, утративших способность различать даже это ничтожное число, как на существ, имеющих дефект в том их упомянутом органе; и они называют их больными, страдающими так называемым «дальтонизмом».
Последние семь смесей «центротяжестных вибраций белого луча», которые, так же как и ныне у современных существ там, были тогда у них, в Вавилоне, имеют следующие названия:
1) красный,
2) оранжевый,
3) желтый,
4) зеленый,
5) голубой,
6) синий,
7) фиолетовый.
Теперь послушай, каким же образом тогда в Вавилоне ученые существа, принадлежащие к группе художников, показывали различную полезную информацию и фрагменты достигнутого ими знания в закономерных неточностях великого космического закона, называвшегося тогда Законом Семи, посредством сочетаний упомянутых семи самостоятельных определенных цветов и других вторичных тональностей, производных от них.
В соответствии с тем определенным свойством «общеинтегральной вибрации», то есть белого луча, в процессе его превращений, о котором я только что говорил и который уже тогда был известен вавилонским ученым художникам, одна из его «центротяжестных вибраций», или один из отдельных цветов белого луча, всегда происходит из другой и превращается в третью, как, например, оранжевый цвет получается из красного, и далее сам переходит, в свою очередь, в желтый и т. д. и т. п.
Поэтому, когда вавилонские ученые художники ткали или вышивали цветными нитями или раскрашивали свои произведения, они вносили различия тональностей цветов в вертикальные линии, так же как и в горизонтальные линии и даже в пересекающиеся линии не в закономерной последовательности, в которой этот процесс действительно происходит, в соответствии с Законом Семи, а иначе; и в этих также закономерны «иначе» они помещали содержание той или иной информации или знания.
По четвергам, то есть в дни, которые ученые существа этой группы отводили для «священных» и «народных» танцев, с необходимыми объяснениями демонстрировались всевозможные религиозные и народные танцы, либо уже существующие, которые они только видоизменяли, либо совсем новые, которые они создавали.