Страница 194 из 258
Когда этот претендент на «американское мультимиллионерство» заказал упомянутое изысканное блюдо толстошеему повару, последний, не спеша, тяжело поднялся со своего места и прежде всего снял со стены малюсенькую, так называемую там «холостяцкую сковородку».
Затем, зажегши свою «карликовую плитку», он поставил на нее сковородку, и, двигаясь все так же тяжеловесно, подошел к одному из многочисленных шкафов, вынул из него банку каких-то консервов, открыл ее и выложил содержимое на упомянутую сковородку.
Затем, таким же образом он подошел к другому шкафу и опять вынул банку каких-то консервов, но на этот раз положил на сковородку только небольшую часть содержимого и, размешав полученную смесь, аккуратно все это выложил на поставленную им на стол тарелку и опять сел на свое прежнее место, возобновив прерванное чтение газеты.
Официант, заказавший это «изысканное блюдо», вскоре вернулся в кухню, неся очень большой так называемый «медный» поднос, на котором было огромное количество пустотелого металла, того, что называется медными ножами и вилками, и, поставив блюдо с этой странной пищей на упомянутый поднос, понес все это в ресторан.
Когда я вернулся и снова сел за свой столик, я увидел, что за другим столиком неподалеку сидит мистер и причмокивает губами, поедая блюдо, приготовление которого мне случилось увидеть.
Выглянув опять из окна на улицу, и наконец заметил в толпе ожидаемого мной мистера, поэтому, тотчас заплатив по счету, вышел из ресторана.
А теперь, мой мальчик, придерживаясь формы мышления нашего дорогого учителя, пожалуй стоит рассказать тебе также немного о «речи» этих американских существ.
Тебе следует знать, что до прибытия на тот континент я уже мог говорить на языке существ того континента, а именно на так называемом «английском языке».
Однако, с самого первого же дня своего прибытия в главный город этой Северной Америки, я уже испытал большое неудобство во время своего «словесного общения», потому что, как оказалось, хотя эти существа пользуются этим английским языком для своего словесного общения друг с другом, этот их английский язык довольно специфичен и поистине весьма своеобразен.
Итак, ощутив это неудобство, я решил выучить и этот их своеобразный «разговорный английский».
На третий день своего прибытия туда, по дороге к своему новому знакомому мистеру, к которому я шел специально, чтобы попросить его рекомендовать мне учителя этого «английского языка», я неожиданно увидел отраженную на небе прожекторами «американскую рекламу» со словами:
ШКОЛА ЯЗЫКОВ ПО СИСТЕМЕ М-РА ЧАТЕРЛИЦА,
Северная 293-я улица, 13
Языки и время обучения были указаны и, в частности, об «американском английском языке» говорилось, между прочим, что он может быть освоен в пределах от пяти минут до двадцати четырех часов.
Сначала я ничего не мог понять, но все же решил пойти на следующее утро по указанному адресу.
Когда на следующий день я нашел этого министра Чатерлица, он принял меня лично, и, когда услышал о том, что я хочу изучить «американский английский язык» по его системе, он прежде всего объяснил мне, что по его системе этот разговорный язык может быть изучен в трех формах, каждая из которых соответствует специальным требованиям.
«Первая форма, – сказал он, – это разговорный язык для человека, который вынужден у нас зарабатывать наши американские доллары.
Вторая форма требуется человеку, который, хотя и не нуждается в наших долларах, тем не менее любит заниматься долларовым бизнесом, и, кроме того, для того чтобы в его светских отношениях с нашими американцами все думали бы, что он не «кто-нибудь», а настоящий «джентльмен» с английским воспитанием.
Что касается третьей формы английского языка, то эта форма необходима всякому, кто хочет уметь достать везде и всюду и в любой час – шотландское виски».
Поскольку время изучения второй формы английского языка по этой системе подходило мне больше всего, я решил заплатить ему сразу взимаемые им доллары, для того чтобы узнать секрет его системы.
Когда я заплатил ему полагающиеся доллары и он внешне совершенно небрежно, однако в действительности не без той жадности, которая также уже стала свойственной всем существам твоей планеты, – положил мои доллары во внутренний карман, он объяснил мне, что для того чтобы изучить эту вторую форму, нужно запомнить только пять слов, а именно:
1) maybe (может быть),
2) perhaps (возможно),
3) tomorrow (завтра),
4) oh, I see (о, понятно),
5) all right (прекрасно).
Он добавил, что если мне случится разговаривать с одним или несколькими их мистерами, мне следует только время от времени произносить любое из этих пяти слов.
«Этого будет вполне достаточно, – добавил он, – чтобы убедить всякого в том, что, во-первых, вы очень хорошо знаете английский, и, во-вторых, что вы не новичок в долларовом бизнесе».
Хотя система этого высокочтимого Чатерлица была очень оригинальной и достойной похвалы, все же мне так и не представилось случая применить ее на практике.
А случай не представился потому, что на другой день я случайно встретил на улице старого знакомого, так называемого «редактора» с континента Европа, который в разговоре сообщил мне доверительно еще более идеальный секрет американского языка.
«Знаете что, мой дорогой доктор, поскольку вы являетесь подписчиком нашей газеты там, я не могу не открыть вам одного секрета здешнего языка».
И далее он сказал:
«Зная несколько наших европейских языков, вы можете, применяя этот мой секрет, овладеть здешним языком в совершенстве и действительно разговаривать обо всем, о чем пожелаете, а не просто заставлять других думать, что вы знаете английский язык, – для каковой цели, я не отрицаю, система Чатерлица действительно превосходна».
Далее он объяснил, что если, произнося какое-нибудь слово, взятое из любого европейского языка, вы воображаете, что у вас во рту горячая картофелина, то в результате обычно получается какое-нибудь слово английского языка.
Если же вы представите себе, что эта самая горячая картофелина еще и посыпана молотым «красным перцем», то у вас уже будет произношение местного американского английского языка в совершенстве.
Он посоветовал мне, кроме того, не стесняться в выборе слов из европейских языков, поскольку английский язык состоит вообще из случайного смешения почти всех европейских языков и поскольку этот язык содержит несколько слов для выражения каждого простого понятия, в результате «вы почти всегда попадаете на нужное слово».
«Ну, а в случае, если вы невзначай употребите слово, совершенно отсутствующее в этом языке, беда не велика, в худшем случае ваш слушатель только подумает, что он сам его не знает.
Все, что вам следует делать, это помнить упомянутую горячую картофелину и… больше «не морочьте себе голову» этим.
Я ручаюсь за этот секрет и могу без риска сказать, что, если при точном следовании моему совету ваш «язык» здесь не окажется идеальным, вы можете отказаться от вашей подписки».
Несколько дней спустя мне нужно было поехать в город Чикаго.
Это второй по величине город на том континенте и, так сказать, второй главный город «Северной Америки».
Провожая меня в Чикаго, тот мистер, мой нью-йоркский знакомый, дал мне рекомендательное письмо к одному тамошнему мистеру.
Как только я прибыл в этот город Чикаго, я прямо направился к этому упомянутому мистеру.
Этот чикагский мистер оказался весьма любезным и очень обходительным.
Его звали «мистер Беллибаттон».
Этот любезный и обходительный мистер Беллибаттон предложил мне вечером в тот же день пойти с ним в дом каких-то его друзей, чтобы, как он выразился, я «не скучал» в чужом городе.
Я, конечно, согласился.
Прибыв, мы нашли там довольно большое число молодых американских существ, гостей, как и мы.
Все гости были чрезвычайно веселы и весьма «навеселе».