Страница 180 из 258
В этих математических объяснениях приводились следующие соображения.
Этот самый, так сказать, услужливый Гайдаропуло одному ему известным способом высчитал число колебаний всех семи китайских целых нот и принялся объяснять, что в китайской «семитоновой октаве» те целые ноты, которые называются «ми» и «си», вовсе не являются целыми нотами, а лишь половинными нотами, поскольку число имеющихся у них колебаний примерно совпадает с числом колебаний тех греческих половинных нот, которые, согласно делению греческой октавы, находятся как раз между китайскими целыми нотами «ре» и «фа» и между «си» и «до».
Он сделал далее предложение, что, очевидно, китайцам было удобно иметь опору голосу, то есть «центр тяжести» голоса, также на этих половинных нотах, и поэтому они разделили свою октаву не на пять целых нот, как греки, а на семь, и так далее в том же духе.
Как я уже говорил, после этого объяснения господина Гайдаропуло все остальные современные ученые новой формации совсем успокоились, приклеив ярлык и к этой отрасли своей официальной науки.
И теперь у них эта отрасль под названием «теория закона колебаний» живет, как сказал бы наш мудрый учитель мулла Наср-эддин, «припеваючи».
Относительно данного случая я еще помню и волей-неволей не могу удержаться, чтобы не высказать вслух то мудрое высказывание нашего всегда чтимого муллы Наср-эддина, которое он формирует следующими словами: «Эх… вы, курфуристанские олухи, не все ли вам равно, мул или заяц у вас для сельской работы? Разве у того и другого из этих животных не по четыре ноги?»
Эти твои современные любимцы, конечно, не знают и даже не подозревают, что эти два самостоятельных деления октавы на целые ноты, ныне имеющиеся у них и называемые ими китайским и греческим, в основе своего возникновения имеют две совершенно различные причины: первое, то есть китайское деление, является, как я уже сказал, результатом досконального – беспрецедентного на Земле как до этого, так и после – познания великими учеными близнецами-братьями закона Гептапарапаршиноха; второе, то есть греческое, деление было сделано только на основе так называемых «опорных звуков голоса», имевшихся в голосах существ-греков того периода, когда была оставлена эта «пятитоновая греческая октава».
Этих опорных звуков голоса, или, как они иногда еще называют, «легких звуков голоса», образовано у твоих любимцев и поныне еще образуется почти столько, сколько существует самостоятельных групп, на которые они разделены и еще продолжают разделяться, и происходит так потому, что эти легкие звуки голоса вообще образуются у существ в результате многих внешних, а также и внутренних окружающих условий, от них самих не зависящих, как, например, географических, наследственных, религиозных, и даже в зависимости от «качества питания» и «качества взаимных влияний», и т. д. и т. п.
Твои современные любимцы, конечно, не могут понять, что как бы ни старались эти-то древние греки, или, так сказать, каким бы добросовестным ни было их отношение к этому «делу», они при всем своем желании не смогли бы найти в делении звуковой октавы на определенные тона, ни больше, не меньше, чем эти пять целых нот, поскольку совокупность всех независящих от них условий, как внутренних, так и внешних, давала им возможность полагаться при воспроизведении своего пения только на свои пять опорных звуков голоса.
«Опорными», или центротяжестными, звуками в голосах существ вообще являются и называются те ноты, которые, во время воспроизведения различных звуков соответствующими органами, существа проявляют в соответствии со свойствами, закрепившимися в них и зависящими от общего функционирования их присутствия – каковые свойства, в свою очередь, являются результатом наследственности и приобретенных способностей, – свободно, легко и длительное время, не вызывая никакого напряжения со стороны их отдельных функционирований; другими словами, опорные звуки получаются тогда, когда ритм результата такого их проявления полностью гармонирует с другими функционированиями их общего присутствия, ритм которых уже закрепился в них вследствие всех внешних и внутренних условий их общего бытийного существования.
Благодаря различным условиям местного характера, а также различным усвоенным наследственным свойствам, у существ почти каждой группы или каждого географического места формируются различные «опорные звуки голоса», или центротяжестные ноты, и, следовательно, деление октавы местах поверхности этой твоей планеты, совершенно различно.
В настоящее время среди твоих любимцев существуют такие группы, которые обладают способностью воспроизводить центротяжестные ноты в звуковой октаве не только пяти или семи центротяжестных звуков, но даже тринадцати семнадцати целых нот.
Иллюстрацией к тому, что я только что сказал, может служить небольшая группа существ, обитающая на континенте Азия, пение которых я лично очень любил слушать и которые в своих физиологических возможностях – хотя они имели данные для проявления только трех опорных звуков, – могли, тем не менее, при пении воспроизводить до сорока отдельных определенных звуков.
Их пение было необычайно восхитительным, и в то же время, как бы страстно они не пели, все же воспроизведение спокойных и длительных звуковых колебаний получалось у них только на том или ином из этих трех их «органических опорных звуков».
Эту их физическую особенность – именно, какое бы число определенных звуков существа этой небольшой группы ни воспроизводили, из всей октавы своего голоса они всегда получали так называемую «неизменяющуюся совокупность колебаний» только на этих трех присущих им опорных звуках, а на протяжении всего своего проявления эти опорные звуки обладали свойством вызывать так называемую «централизацию» и эхо во всем присутствии существа, – я хорошо уяснил себе, когда, заинтересовавшись их пением, начал исследовать эту редкую у твоих любимцев особенность с помощью трех специальных так называемых «камертонов», с заказанных мной, и нескольких очень чувствительных так называемых «виброметров», которые у меня были и которые были изобретены для меня лично моим сущностным другом горнахуром Хархархом.
В китайском делении октавы на целые ноты это бытийное свойство совершенно не учитывалось.
Основу китайского «подразделения октавы на семь целых нот», а также основу всей информации, составляющей всю сумму специальной области знания, связанной с законом Девятеричности, составляли результаты тех сознательных трудов и добровольных страданий двух великих близнецов-братьев, за которые их высшим телам было даровано блаженство, и теперь они пребывают на той святой планете, на которой мы имели счастье недавно быть.
Как бы то ни было, мой мальчик, все же в настоящее время я очень сожалею, что с помощью современного звукопроизводящего инструмента рояля, который я привез с поверхности твоей планеты, нельзя будет объяснить тебе полностью законы колебаний всех источников, реализующих общекосмический «Ансанбалуязар», как это идеально можно было сделать на замечательном лав-мерц-нохе, созданном последователем великих близнецов-братьев не менее великим, также китайским ученым существом, Кинг-Ту-Тозом.
На этом замечательном «поясняющем аппарате» лав-мерц-нох Кинг-Ту-Тоз расположил и настроил, согласно соответствующим вычислениям, сделанным великими братьями, ровно столько струн для порождения колебаний, сколько имеется последовательных источников во Вселенной, от любой планеты до Протокосмоса, в присутствиях которых закономерно изменяющиеся в ходе трогоавтоэгократических процессов вибрации космических веществ сливаются соответствующим образом для реализации всего дальнейшего.
Однако, мой мальчик, хотя звукопроизводящий инструмент рояль, который и привез с поверхности твоей планеты, является очень типичным изобретением твоих современных любимцев, все же ввиду того, что, как я уже сказал, основная настройка струн его целых нот и половинных нот еще не изменена, то имеющимися на нем струнами, все-таки можно было бы экспериментально показать по крайней мере законы колебаний, исходящих из любой основой общекосмической октавы веществ, то есть исходящих из одной из семи основных совокупностей источников; и благодаря этому можно себе представить и познать все взаимодействующие колебания, исходящие из всех остальных источников, поскольку, как я уже тебе говорил, все разномасштабные космосы, так же, как и самостоятельные седьмые части этих космосов, почти в точности подобны Мегалокосмосу, и в каждом из них семеричные источники колебаний имеют те же самые взаимодействия, что и в Мегалокосмосе; и поэтому, поняв закон колебаний для любого центра тяжести, можно примерно понять и законы колебаний всех центров тяжести, если, конечно, принять во внимание разницу в их масштабах.